Глава Совета по правам человека, советник президента Михаил Федотов сообщил в понедельник, что Дмитрий Медведев отверг выводы экспертного заключения, поданного ему двумя неделями ранее. Напомним, члены Совета по правам человека (СПЧ) 15 марта передали главе государства заключение экспертов, утверждавшее, что президент имеет право помиловать любого заключенного, не дожидаясь от него соответствующего ходатайства.
Соответствующих шагов по процедуре предпринято не было, поэтому президент, естественно, не мог совершить эту процедуру помилования
«Президент с ним (экспертным заключением – прим. ВЗГЛЯД) не согласен. Президент в своей резолюции указал, что он не понимает, почему он должен миловать человека, который у него не просил о помиловании», – сказал Федотов.
В начале февраля рабочая группа СПЧ по гражданскому участию в судебно-правовой сфере предложила президенту помиловать более 30 осужденных и обвиняемых по уголовным делам, в том числе бывшего главу ЮКОСа Михаила Ходорковского и экс-главу МФО «МЕНАТЕП» Платона Лебедева. В начале марта Медведев обязал Генпрокуратуру проверить законность приговоров, вынесенных бизнесмену Михаилу Ходорковскому и еще 31 осужденному.
Как сообщала газета ВЗГЛЯД, представитель СК Владимир Маркин в воскресенье сообщил, что структуры ЮКОСа финансировали общественные организации, которые впоследствии занимались экспертизой по второму делу Михаила Ходорковского.
Директор Московского бюро по правам человека, член Общественной палаты Александр Брод в интервью газете ВЗГЛЯД прокомментировал решение Кремля отказать в помиловании бывшего главы ЮКОСа и других людей из списка правозащитников.
ВЗГЛЯД: Александр Семенович, авторы заключения утверждали, что глава государства вправе миловать даже тех осужденных, которые не подают прошения о помиловании. Насколько обоснован в таком случае его отказ?
Александр Брод: Наш президент – профессиональный юрист. Он знает эту процедуру. Сам осужденный или его представители подают ходатайство, собирают документы и подают их в комиссию по помилованию, которая есть в каждом субъекте РФ. Затем комиссия принимает свое решение и направляет его в администрацию президента, где его и рассматривают.
Однако соответствующих шагов по процедуре предпринято не было, поэтому президент, естественно, не мог совершить эту процедуру помилования. Если кто-то из осужденных не согласен с решением суда или считает приговор жестким, то для этого существуют другие процедуры обжалования в международных судах, в том числе и в Европейском суде по правам человека.
ВЗГЛЯД: Проводилось ли когда-либо помилование без соответствующего ходатайства?
А.Б.: Я таких примеров не знаю.
ВЗГЛЯД: А осужденному необязательно для этого признавать свою вину?
А.Б.: Да, конечно. Если он не признает вину, но, тем не менее, подает соответствующее ходатайство, он может быть помилован. Не соглашаться с приговором, с решением суда – это право любого гражданина. Кроме помилования, он может также претендовать на условно-досрочное освобождение или на отмену приговора. Это вполне согласовывается с правами личности.
ВЗГЛЯД: В связи с чем вообще могло появиться экспертное заключение, если не было ходатайства о помиловании?
А.Б.: Насколько я понимаю, эксперты оценивали именно соблюдение всех процессуальных норм вокруг Ходорковского, а по поручению президента прокуратура и Следственный комитет проводили проверку.
ВЗГЛЯД: Насколько мог повлиять на экспертов тот факт, о котором сообщил Маркин: организации, которые занимались экспертизой по делу Ходорковского, сами некогда получали деньги от ЮКОСа?
А.Б.: Я считаю претензии Маркина необоснованными. Фонд «Открытая Россия» Ходорковского финансировал культурно-просветительские проекты, а также интернет-проекты, связанные с деятельностью этих организаций. Но это было давно, уже прошло значительное время. Я не думаю, что это финансирование могло побудить экспертное сообщество к обращениям к президенту.
ВЗГЛЯД: Лидеры радикальной оппозиции уже заявили, что решение Медведева свидетельствует о его слабости как лидера. Вы согласны?
А.Б.: Президент действовал строго в соответствии с законодательством и с процедурой о помиловании, поэтому ни о какой слабости речи быть не может.