ВЗГЛЯД: Глеб Олегович, на минувшей неделе тема Химкинского леса получила продолжение. Как вы и предсказывали, подводя итоги предыдущей недели, по результатам выступлений общественности принято решение о приостановке строительства дороги.
Глеб Павловский: Истерика спала, Чирикова удовлетворена, Лужков еще раз наказал Шереметьево. Дороги нет, но просека уже есть. По моему, власти несколько озадачены тем, как мало нужно обществу. В сложившейся ситуации это, конечно же, разумное решение – освободиться от бросовых активов.
Есть люди, которые всегда со дня на день ждут революцию. Это революционеры френд-ленты, они от нее возбуждаются. А есть охранители, которые со дня на день революцию выслеживают и разоблачают
ВЗГЛЯД: С точки зрения политики здесь есть выигравшие и проигравшие?
Г. П.: Зависит от того, в чем игра. Есть люди, которые всегда со дня на день ждут революцию. Это революционеры френд-ленты, они от нее возбуждаются. А есть охранители, которые со дня на день революцию выслеживают и разоблачают. Те и другие с утра бросаются к утренней прессе, а ею для блогера является френд-лента. И потом долго бьются в падучей. Они заводятся друг от друга, как эпилептик, подсматривающий за паралитиком. Вот они и коллекционируют школьные фантики с «выигрышами» и «проигрышами». Здесь главной реальностью считают митинги и их разгоны. Запретила милиция стенды Боно на концерте – удар по революции! Юрий Шевчук спел с Боно – революция победила, ура, долгий множественный оргазм.
Это люди верующие, они хорошо предсказуемы. Но власти верят в выборы, а не в революции. И сейчас для них реальны именно выборы в регионах осенью этого года. С их точки зрения, победа на выборах стоит и Бооса в Калининграде, и Химкинского леса. В итоге победила дружба: революционеры взяли свою кукольную Бастилию, охранители получили подтверждение угрозы мятежа, Евгения Чирикова спасла просеку и теперь требует засадить ее магнолиями. А партия власти сбросила с плеч опасный кризис и может уверенно готовиться к выборам. Апологет власти сказал бы, что та всех переиграла. Но власть действовала в своих интересах и просто нашла верный выход. Лес, как вы понимаете, совершенно ни при чем, это бросовый актив.
Зато все забыли летние пожары, сгоревшие леса и несчастных, которые не пережили смог. Забыли, как исполнительная власть, московская и федеральная, растерялась, так что президенту в итоге пришлось вмешаться. Теперь «Единая Россия» вправе сказать, что обратила внимание главы государства на проблему. Хотя, я думаю, Дмитрий Медведев видел проблему сам и выбирал момент для вмешательства.
ВЗГЛЯД: Интересно, решение власти по поводу Химкинского леса может как-то изменить отношение к так называемой «стратегии-31»? Правда, московские власти закрыли Триумфальную площадь на реконструкцию...
Г. П.: Наши оппозиционеры решили по крайней мере одну проблему городских властей – финансовую. Реконструкция Триумфальной площади, а там парковка, а где парковка, там магазинчики, магазинчики... Очень большие деньги.Что касается «стратегии-31», то ее ложность в ее неполитическом характере. Стратеги верят в «25-й кадр», достаточно примитивно понимая общественное мнение. Которое кодируют цифрой «31» в привязке к чередованиям через месяц – забавно, но политики в этом нет, это миф, миф «раскачки системы». Веруя в миф, они оставляют властям полную свободу политического маневра.
ВЗГЛЯД: В чем здесь свобода маневра?
Г. П.: В выборе формы ответа на перфоманс, который внесистемная оппозиция устраивает для самой себя. Можно его разрешать. А можно запрещать. А можно, позапрещав, разрешить. В сущности, речь идет всякий раз о переносе даты и места концерта.
Разумеется, есть необходимый современному горожанину объем свободы. Его нельзя изменить запретами, но им можно управлять, перебрасывая с места на место. И тогда люди будут собираться у котлована лужковского шопинг-молла «в защиту» Конституции, которой не читали. Как и в деле с Химкинским лесом, возникает мнимая ценность. А мнимая ценность всегда очень удобна для бюрократии: можно, выбрав момент, разменять ее на ценность реальную – как только это кому-то нужно.
Это похоже на тему коррупции, которая так же удобна для властей во все времена. Когда припечет, всегда может найтись недорогой «крайний», товарищ, который украсит собой список потерь. Кстати, в политике начинающегося предвыборного сезона тема воровства и коррупции приобретает центральное место для власти: Владимир Путин, говоря в пятницу о «Единой России», заметил с горечью, что и здесь сталкивается с корыстными интересами, – таких заявлений он до сих пор не делал. Вокруг темы «корыстных интересов» наметился предвыборный консенсус, и предстоит поиск зрелищных «корыстолюбцев». Некоторые из них грядущих больших выборов 2011–2012 года не переживут – ну, я имею в виду, политически.
Разумеется, есть необходимый современному горожанину объем свободы. Его нельзя изменить запретами, но им можно управлять, перебрасывая с места на место
ВЗГЛЯД: Еще одна тема минувшей недели – на мой взгляд, несколько странная – публичное заявление мэра Москвы Юрия Лужкова о том, что парковка автомашин возле Государственной думы незаконна. Как вы считаете, это спор хозяйствующих субъектов? Или здесь есть политическая составляющая?
Г. П.: Юридически Федерация создает с собственностью довольно туманную ситуацию. И, как всегда, в правовом смоге выживают хитрецы, рейдеры и крючкотворы. Московское правительство – мастер на все руки. Только что мы это видели на примере пожаров, которые, с точки зрения московского мэра, не имеют к нему отношения: горел один субъект Федерации, а угорел другой!
ВЗГЛЯД: Почему тема была вынесена в публичное пространство?
Г. П.: На первый взгляд, зачем новый скандал и без того всеми атакуемому Лужкову? Но на самом деле это не так. Что делает московский мэр? Переводит внимание в свой регистр, в чем является чемпионом. Для этого он выбрал самый, если можно так выразится, склочный и «крикливый» субъект, коим по определению является многоглавая Госдума. И сообщает ему: не там ставите машины! Подымается жуткий крик. Все прекращают обсуждать тему пострадавших от смога, а обсуждают парковки и парковочные столбики. Это беспроигрышная политика. Ну и, конечно, мэр показывает, кто в столице хозяин, а это всегда нравится его специфической группе поддержки в Москве: вчерашним лимитчикам, считающим всех вокруг «понаехавшими».
ВЗГЛЯД: На минувшей неделе Украина отметила очередной День независимости. В этот день президент Украины Виктор Янукович сделал ряд заявлений. В том числе сказал, что надо бы немного поменять конституцию, усилив президентскую власть. Вы согласны, что так будет лучше?
Г. П.: На Украине 24 августа традиционное начало сезона. На День независимости местные политики съезжаются с итальянских, французских и иных курортов на родину и рассказывают друг другу, кто какие из них купил. Поэтому заявления, которые делаются в этот день, достаточно важны.
Виктору Януковичу никогда не нравилась конституционная реформа, которая была проведена перед уходом Леонида Кучмы, не нравилось разделение сил между президентом и парламентом. Вернее, оно не нравилось Януковичу, когда он готовился стать президентом, и нравилось, пока он был в оппозиции, а теперь, когда стал президентом, опять не нравится. Но конституция Кучмы во многом отражает реальность разделенной страны.
Украина все еще не стала единым государством и не является единой нацией. В ней несколько протонаций с конфликтующими государственными идеями. И главный вопрос власти на Украине – как создать единую нацию. Есть две стратегии. Одна – федерализация страны: передача власти в существующие регионы, возможно, с их укрупнением. Такая система, возможно, даст землям срастись в более-менее сбалансированный организм. Второй вариант – собрать власть в руках президента, и тот будет символизировать украинское единство. В этом пункте идеи Януковича несильно отличаются от идей Ющенко. Виктор Ющенко просто был слишком слаб, чтобы реализовать проект суперпрезиденства.
ВЗГЛЯД: Какой вариант, с вашей точки зрения, выгоднее для России?
Г. П.: России более выгоден вариант, связанный с меньшим риском на границах. То есть тот, который в меньшей степени раскалывает Украину. И, на мой взгляд, менее рискованный вариант – федерализация Украины. А что касается мечты Януковича, то она вызовет резкий раскол элит и глубокий кризис – украинцы вообще и украинские элиты особенно не терпят единоначалия, это установленный факт. К тому же это сейчас у власти на Украине дружественный нам Янукович. Но представим себе, что такая сверхвласть оказалась в руках Ющенко в августе 2008 года, когда тот пытался всеми силами разогреть конфликт между Россией и Грузией. Россия заинтересована в стабильной Украине, но не в президенте-диктаторе.
ВЗГЛЯД: Кстати, о дружественных государствах и президентах-диктаторах. В минувшую пятницу появилась информация, что в ответ на фильм НТВ «Крестный батька» в Белоруссии снимается некий фильм в ответ. Как вы к этому относитесь?
Г. П.: Ну, этого следовало ждать. Я не большой поклонник подобного обмена грязевыми бомбами, но в нем есть положительная сторона. В конце концов, телевидение – только телевидение, а фильм – только фильм. Поэтому пока власти мочат друг друга «телебомбардировками», журналисты получают возможность расследовать те или иные вещи, ну а все прочие – острое зрелище. В общем-то, вреда большого нет.
ВЗГЛЯД: А если говорить о более действенных уколах, которыми обмениваются Москва и Минск?
Г. П.: Здесь ничего хорошего нет, и выход из тупика придется искать. Россия не может позволить себе, чтобы отношения с Минском стали похожи на отношения с Киевом времен Ющенко или, упаси, Господи, с Тбилиси.
ВЗГЛЯД: Вы видите хорошее решение?
Г. П.: Могу только сказать, что любое решение должно основываться на реальности. А реальность в том, что Александр Лукашенко не уйдет. Это надо понимать очень ясно. Он может нравиться или не нравиться кому-то, но он никуда не уйдет. И его возможности по сохранению своей власти, или даже по ее расширению в случае конфликта с Москвой, довольно велики. Из этой реальности надо исходить.
ВЗГЛЯД: Может быть, стоит дать Лукашенко то, что он хочет?
Г. П.: Ну нет! В политике такие подарки заканчиваются только вымогательством дальнейших подарков. Надо договариваться.