Президент России Дмитрий Медведев в среду провел заседание Совета по содействию гражданского общества и правам человека по поводу ситуации на Кавказе. Позже стенограмма беседы была опубликована на сайте Кремля.
У нас есть регионы Севера, у которых тоже есть своя культурная историческая особенность. Это не повод говорить, что в Архангельской области так, а в России по-другому
Встреча президента с правозащитниками была очень детальной: судя по всему, Медведев был искренне заинтересован узнать как можно больше мнений по проблематике. Немало внимания было уделено обстановке в Дагестане. Об основных проблемах в республике рассказал главный редактор еженедельника «Свободная республика», председатель дагестанского отделения правозащитной организации «Мемориал» Заур Газиев. Говоря о коррупции, он выразил мнение, что то, «что сходит с рук чиновникам на Северном Кавказе или, в частности, в Дагестане, сошло бы с рук, например, в России».
На это Медведев заметил, что для решения всех тяжелейших проблем «нам нужно следить еще и за тем, что мы говорим», указав на слова Газиева о различии ситуации в Дагестане и России. «Если мы так начнем рассуждать, то тогда нужно умыть руки и сказать: «Пусть этим занимаются другие». Дагестан – это Россия, и я просил бы всех использовать только такую терминологию. Это крайне опасно», − предупредил глава государства.
Он согласился с мнением, что значительная часть населения Кавказа нуждается в «полноценной интеграции в российский социум». «Звучит по-книжному, но это правда, это именно так. А также нужно двигаться к созданию, как было тоже правильно сказано, полноценной российской идентичности, которая бы включала в себя все наши народы», − уверен Медведев.
Эксперт аналитического управления Центра политической конъюнктуры России Оксана Гончаренко, которая специализируется на проблематике северокавказских республик, считает, что в этой ситуации президент абсолютно прав. «Мы говорим, прежде всего, об отношении людей. И вопрос стабильности на Северном Кавказе − это не только вопрос силовых структур, борьбы с терроризмом и финансирование со стороны федерального центра. Это также вопрос культуры и отношения людей из других регионов к тем, кто проживает на территории Северного Кавказа, и наоборот. И, конечно, постановка вопроса о том, что в России так-то, а в Дагестане, Ингушетии и Чечне по-другому, в корне неверно», − сказала Гончаренко газете ВЗГЛЯД.
Политолог подчеркнула, что население России должно воспринимать свою территорию одним целым. В тех же Поволжских республиках, сказала она, тоже существуют мусульманские общины. «У нас есть регионы Севера, у которых тоже есть своя культурная историческая особенность. Это не повод говорить, что в Архангельской области так, а в России по-другому. Никому такое в голову не приходит. Поэтому проведение любых различий по национальному признаку – создание потенциальных угроз дестабилизации», − сказала она.
Эксперт напомнила, что долгие годы русскоязычное население Северного Кавказа было весьма значительным и проблем межнациональных отношений в радикальных формах не было. «Не нужно создавать эти барьеры сейчас, когда республики стали почти моноэтничными, я не говорю о тех, где исторически много национальностей, как в Дагестане, и есть свои особенности, связанные с деятельностью боевиков. Проблемы, конечно, есть, но вводить дополнительные преграды нецелесообразно ни с какой точки зрения», − уверена Оксана Гончаренко.
Председатель Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева на встрече с президентом России высказала мнение, что в северокавказских республиках, сначала в Чечне, затем в Ингушетии, в Дагестане и в Кабардино-Балкарии власти подозревают всех граждан «в сочувствии боевикам». Поэтому, по ее словам, «ведущая роль отведена силовым структурам, и ставка делается на подавление, на внушение страха». «Результат этой стратегии повсюду один и тот же – непрекращающаяся партизанская война, несмотря на серьезные усилия подавить ее. Это показывает, что к боевикам постоянно поступает пополнение», − считает Алексеева.
На эту реплику президент ответил в заключительном слове, отметив, что в некоторых вещах «нам нужно аккуратнее быть в терминах». Медведев признался, что для него неприемлем термин «партизанская война», «потому что обычно это встречается даже в выступлениях наших товарищей, которые здесь говорили об этом». «Партизанская война, а участвуют в ней боевики или террористы. Все-таки либо они террористы и боевики, либо они партизаны. К сожалению, зачастую этим грешат наши коллеги, которые занимаются правозащитной активностью на Западе, но, мне кажется, мы-то уж должны быть более корректны в этих терминах. Это не партизанская война», − подчеркнул российский лидер.
Поэтому, действительно, президент здесь прав. Пусть работают вместе. Может, что-нибудь и получится
Оксана Гончаренко не исключает, что у некоторых правозащитников образ «партизанской войны» возникает по ассоциации с неким подпольем, в котором существуют боевики, но термин «партизанская война» эксперт считает «совершенно некорректным». «Тем самым мы говорим о том, что население этих республик поддерживает эти движения, что неверно. Стоит говорить о действии террористических групп, сформированных по сетевому принципу, которые в некоторых северокавказских республиках существуют, хотя и в меньших объемах, чем раньше. Это именно деятельность террористических группировок», − отметила политолог.
Глава Совета при президенте по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека Элла Памфилова обратила внимание на то, что в нескольких республиках Северного Кавказа суды «себя полностью дискредитировали». «С этим что-то надо делать. У людей не должно быть ощущения, что они бессильны перед лицом жестокости и бесправия», − заявила Памфилова.
В ответ президент сказал, что «категорически против» фраз про дискредитацию судов. Он убежден, что такие слова ведут к развалу правовой системы и абсолютному неуважению к суду. «Да, среди судей есть люди, которые взятки берут, люди, которые боятся принимать решения. Но как только мы говорим о том, что они себя дискредитировали, выход какой? Разогнать суды, новые набрать? Это уже у нас было в 17-м году. Поэтому в этом плане я просил бы всех быть максимально корректными, какие бы суды ни были – это наши суды, и мы обязаны исполнять их решения», − сказал Медведев.
Гендиректор совета по национальной стратегии Валерий Хомяков поддержал позицию президента, признав, что «с ним сложно спорить». По его словам, из-за клановости и «запредельного уровня коррупции» тема Северного Кавказа стала «головной болью». «То, что заявляли правозащитники, с этим сложно спорить. Но с другой стороны, прав и Медведев. Он прав в том, что ничего не изменишь. Ну, придут другие судьи и будут точно такие же, только еще более изощренные», − сказал Хомяков газете ВЗГЛЯД.
Представитель московского отделения «Мемориала» Светлана Ганнушкина* сделала акцент на гибели своих коллег, рассказав о деле сотрудницы Датского совета по беженцам Заремы Гайсановой, которая, по ее словам, исчезла 31 октября 2009 года «во время спецоперации, которой руководил лично Рамзан Кадыров». «Куда, спрашивается, исчезают люди во время спецопераций, почему никто не может понять, что случилось с ними?» − задалась вопросом Ганнушкина.
В заключительном слове Медведев попросил участников совещания не противопоставлять друг другу руководителей Северокавказских республик. По его словам, это лидеры «с разным опытом». «На Кавказе люди очень обидчивы. Люди вообще обидчивы, а на Кавказе особенно. Вы все как раз с Кавказа, большая часть здесь присутствующих. Знаете, как только начинают говорить: Кадыров плохой, Евкуров хороший… У всех есть недостатки, мы это все знаем, и если вы думаете, что я чего-то не знаю, то это не так», − заверил президент.
Он добавил, что «не надо никого сталкивать лбами, даже если вам кто-то по каким-то причинам неприятен или кажется человеком, который принимает ошибочные решения или даже плохие решения, потому что в конечном счете это может принести дополнительный вред».
Валерий Хомяков выразил мнение, что если Юнус-Беку Евкурову удастся закрепить успех в Ингушетии, то это может стать некой технологией, которая поможет понять, какими качествами должен обладать руководитель северокавказской республики, что и как он должен делать. «Если там будет позитив, то мы все сможем хотя бы вздохнуть. Но это огромнейший и долгий процесс», − подытожил Валерий Хомяков.
* Признан(а) в РФ иностранным агентом