При следующей встрече Россия – США на высшем уровне и на уровне глав внешнеполитических ведомств стороны сосредоточатся на теме ограничении складируемых боезарядов. Об этом в интервью, которое будет опубликовано в среду в газете «Время новостей», заявил замминистра иностранных дел России Сергей Рябков.
Американцы не пересмотрели свои планы. Наоборот, мы видим, что происходит интенсификация работы в сфере ПРО, в том числе в натовском формате
Дипломат признал, что Москва обеспокоена тем, что США в рамках реализации договора о сокращении наступательных потенциалов (СНП) не уничтожают боеголовки, а складируют их. По его словам, Россия не согласится с идеей установления ограничений только на оперативно развернутые боезаряды. «Для нас небезразлично, что происходит с теми боезарядами, которые не установлены на носителях, а находятся на складах», – заявил Сергей Рябков.
Он также заметил, что неоднократные попытки обсудить эту тему с предыдущей администрацией США не увенчались успехом. «Надеемся, что новая администрация найдет возможность взглянуть конструктивно на этот вопрос», – цитирует слова замминистра «Интерфакс».
Отвечая же на вопрос о том, будет ли необходимость в самом существовании договора о СНП в случае, если США и России удастся достичь договоренности взамен истекающего договора о СНВ, Рябков напомнил, что СНП работал «только во взаимосвязи с СНВ-1». «СНП имел значение как средство понижения потолков боезарядов в контексте того, о чем было договорено в СНВ», – подчеркнул дипломат.
«Мы не готовы принять ни в каком виде идею о том, что после истечения действия договора о СНВ можно оставить договор о сокращении наступательных потенциалов и, исходя из его положений, выстраивать отношения в сфере стратегических наступательных вооружений. Это ущербная логика, и, как я понимаю, администрация Обамы тоже склонна именно так подходить к этому вопросу», – сказал Рябков, добавив, что в заявлении президентов России и США, подписанном в Лондоне 1 апреля, говорится, что нужна полноформатная договоренность на замену договора о СНВ.
Также Сергей Рябков подтвердил резко негативное отношение Смоленской площади к натовским учениям в Грузии, которые запланированы на май. Дипломат считает их поддержкой агрессора и повышением боевого потенциала грузинских вооруженных сил.
«Как бы нам ни пытались в порядке контраргументов объяснить, что учения планировались давно, что это не чисто натовские учения, а учения в рамках программы «Партнерство ради мира», что учения носят командно-штабной характер... Все это дешевые и неубедительные аргументы», – заявил Рябков.
При этом дипломат раскритиковал военную поддержку Тбилиси со стороны Вашингтона. По мнению России, этим нарушается несколько договоров, которые достигались совместно с США и с другими странами. Главным образом это касается Васенаарских договоренностей в сфере режима контроля за поставками вооружений, «которые предписывают воздерживаться от поставок вооружений в зоны конфликтов».
Стоит отметить, что Рябков также прервал череду оптимистичных заявлений российских политиков и дипломатов на предмет того, что США могут отказаться от развертывания третьего позиционного района ПРО в Восточной Европе. «Американцы не пересмотрели свои планы, и я не думаю, что это может произойти. Наоборот, мы видим, что происходит интенсификация работы в сфере ПРО, в том числе в натовском формате», – подчеркнул он.
Говоря же о проблематике Ирана с его ядерной программой, Рябков заявил, что контакт «шестерки» международных посредников (Великобритания, Германия, Китай, Россия, США и Франция) по урегулированию иранской ядерной проблемы с представителями иранской стороны должен состояться в ближайшее время.
«Мы ожидаем от предстоящих переговоров продвижения по двум направлениям. Прежде всего, мы должны достичь прогресса по вопросу о начале полноформатных переговоров с Ираном», – сказал Рябков. И отметил, что «есть определенная формула – «замораживание в обмен на замораживание». «Она компромиссна, позволяет Ирану и «шестерке» сдвинуться с места, выйти из состояния того тупика, в котором мы давно находимся», – отметил замминистра.
«Второе направление – американо-иранское. Здесь тоже есть определенные перспективы», – подчеркнул Рябков. Кроме того, он считает, что «есть возможности вести активный диалог с Ираном и по региональным делам, в частности по Афганистану». По его словам, «уже были некоторые первичные контакты по этой теме, они будут продолжены».
«Взаимно подкрепляющая работа по вопросам, связанным с иранской ядерной программой, и региональным делам в итоге должна создать некоторую критическую массу, которая позволит говорить о том, что нового отката или возврата в нынешний тупик не произойдет», – отметил Рябков.
Дипломат уверен, что действующие санкции в отношении Тегерана, предусмотренные резолюциями СБ ООН, никто не отменял. «Они остаются в силе, и мы считаем, что введение санкций по трем резолюциям СБ соответствовало поставленной изначально «шестеркой» задаче свести к минимуму распространенческие риски, связанные с реализацией ядерной программы в Иране», – добавил замминистра.
Наконец, отвечая на вопрос о том, может ли Москва в будущем пересмотреть некоторые параметры своего военно-технического сотрудничества с Ираном, замминистра заявил, что Россия никогда не осуществляла в Иран поставок, которые противоречили требованиям соответствующих резолюций СБ и увеличивали риски региональной дестабилизации. «Системы, которые Россия поставляет Ирану, – это системы отнюдь не наступательные», – резюмировал он.