«Русского марша» в Латвии не будет. Рижская дума наложила запрет на проведение мероприятия, запланированного активистами русских партии в Латвии на 8 сентября.
В категорию «неграждан» попадает большинство жителей Латвии, поселившихся в республике после 1940 года
Организаторами так называемого «Русского марша» в Риге выступали Латвийская национал-демократическая партия и союз «Родина». Предполагалось, что около 500 человек из нескольких городов страны пройдут от здания сейма (парламента Латвии) и памятника Барклаю-де-Толли вдоль по Старой Риге с лозунгами «Русские - коренные жители Латвии, половина страны!», «Русским - русское образование!», «Латвия - наша страна!» и «Русские не сдаются!».
Главная мысль, которую марширующие планировали донести до правительства республики – «Гражданство – всем!» (в Латвии существует специфическая юридическая категория – «неграждане»). А кроме того, заявить о необходимости возрождения в Латвии русских школ и придании русскому языку статуса второго государственного. В официальном сообщении «РНС-Родина» значилось, что «мы, русские, коренной народ Латвии, 40% ее населения, должны защищать свои права и интересы», а марш станет «началом конца латвийской этнократии».
В пятницу в рижские власти отказались давать добро на проведение марша. Глава министерства внутренних дел Латвии Ивар Годманис назвал организаторов «абсолютными экстремистами». По словам министра, подобное действо на улицах столицы Латвии недопустимо. «Организаторы могут идти в суд и пробовать отстаивать свою правду», - предложил оставшимся без марша активистам партий Годманис.
Его позицию разделяет и Полиция безопасности, которая утверждает, что проведение «Русского марша» приведет к разжиганию межнациональной розни.
Запрет марша был ожидаемым. По законам Латвии для проведения шествий с некоторых пор не требуется согласование местных властей – достаточно простой заявки в местное самоуправление, в данном случае – в мэрию Риги. Однако мэрия все-таки наделена правом запретить шествие, если оно, например, «обращено против государственной власти» или может вызвать общественные беспорядки.
И, по мнению местных властей, «русский марш» - как раз такой случай. В интервью «Интерфаксу» мэр латышской столицы Янис Биркс уже заявил, что «такого марша по Риге допускать нельзя», заметив, впрочем, что «все решит комиссия», «взвесит все «за» и «против».
Речь идет о согласительной комиссии, заседание которой состоялось в пятницу, и организаторы марша на него были приглашены. Шансов, что комиссия даст на акцию «добро», было крайне мало, доводов «против» явно больше – с мэрией Риги солидарна и полиция города.
Стражи латышского порядка указывают на общую схожесть запланированного «Русского марша» с аналогичными акциями в Москве и Киеве, которые привели к массовым беспорядкам. Кроме того, полиция безопасности (ПБ) уверена, что «во время мероприятия будут пропагандироваться идеи этнической нетерпимости», а «лозунги балансируют на границе разжигания национальной розни».
Несмотря на то, что прибалтийские республики гораздо чаще попадают в поле зрения СМИ как реаниматоры нацизма (ограничение русского населения в правах, марши ветеранов СС, суды над героями Великой Отечественной войны), в данном случае мнение официальной Риги действительно имеет под собой определенные основания.
Дело в том, что Латвийская национал-демократическая партия (ЛНДП) обладает весьма специфическим имиджем и в свое время активно сотрудничала с РНЕ Александра Баркашова. Лидер партии – 29-летний Евгений Осипов – прославился в республике не только защитой русскоязычного населения, но и ярыми антисемитскими взглядами. Фактически, он является представителем так называемых скинхедов.
В свое время правозащитное движение «ЗаПЧЕЛ» («За права человека в единой Латвии») сильно подпортила себе имидж, включив Осипова в свой предвыборный список. В заявлении партии тогда говорилось, что Осипов «отказался от коловрата» и «вырос из военных сапог Баркашова», но одного взгляда на сайт ЛНДП достаточно, чтобы понять – взгляды у Осипова все те же.
Дата 8 сентября была выбрана им «потому, что это годовщина Ништадтского мира и Куликовской битвы, когда русский народ начал освобождение от монголо-татарского ига». Сам марш он называет «последним предупреждением латвийским властям», а в дальнейшем планирует перейти «радикальным формам протеста — таким как, например, во Франции».
Параллели, которые ряд СМИ проводят с разрешенными в Риге маршами ветеранов Waffen SS, тоже не совсем уместны. Мэрия города тут как раз последовательна – марш эсэсовцев также был запрещен официально (а равно и марш антифашистов). Более того, в этом году после заявления легионеров, что марш и пикет пройдут в любом случае, у места их традиционного сбора – памятника Свободы – в авральном порядке начались ремонтные заборы, а сам памятник был обнесен забором, что сделало пикет невозможным.
Последний раз такое «мероприятие» прошло в Латвии в 2005 году и закончилось столкновениями неонацистов с активистами русских партий.
Высшие круги латвийской власти, в отличие от рижской мэрии, занимали в этом вопросе промежуточную позицию. С одной стороны, глава МИД Латвии Артис Пабрикс называл марши эсесовцев «скромным собранием седых ветеранов» и призывал Россию «не лезть во внутренние дела Латвии». С другой, он был первым, кто выступил за запрещение подобных маршей. В ответ латышские неонаци сожгли в костре тряпичную куклу, символизирующую главу МИДа.
Напомним, что в категорию «неграждан» попадает большинство жителей Латвии, поселившихся в республике после 1940 года.
По сравнению с «гражданами», они заметно ограничены в правах – не голосуют на выборах, не имеют право занимать ряд должностей и работать по некоторым специальностям (например, адвокатами или землемерами). Для получения гражданства необходимо пройти процесс «натурализации», который включает в себя экзамены по языку и истории, уплату пошлины и клятву верности Латвийской Республике. Исключения составляют бывшие агенты КГБ и иностранных спецслужб, уголовные преступники, а также «выразители идей тоталитаризма». Им гражданства не видать априори.
По данным Управления натурализации, основными причинами, по которым «неграждане» не идут на натурализацию является убежденность, что гражданство им полагается по праву, недостаточное владение латышским языком, размер пошлины, меньшие расходы «неграждан» на визы в ряд стран (в том числе в Россию – для «неграждан» установлена меньшая сумма сборов).
Сейчас такой специфический статус имеют чуть меньше 400 тыс. человек или 17% населения страны. Большинство из них – этнические русские.