Летом прошлого года в Москве весьма внушительным тиражом был издан роман Елены Чудиновой «Мечеть Парижской Богоматери». Книга посвящена захвату мусульманами в недалеком будущем Европы и превращению ее в «Еврабию», где торжествует ислам и преследуется христианство. Исламское господство представлено в романе как страшная тоталитарная чума. Разумеется, все симпатии Елены Чудиновой на стороне Европы; более того, она пытается писать своего рода «плач по Европе».
Закрепки литургические
Европа сама хочет стать исламской. Европа, как стареющая вдова, жаждет обрести хозяина
Не мне судить о том, сколь задевает роман религиозные чувства мусульман. Это не мое дело, хотя, наверное, не следовало бы писать многое из того, что там написано, и вовсе не из-за «политкорректности», а из заботы о единстве России, 15% коренного населения которой составляют мусульмане.
Следует, тем не менее, признать проницательность Елены Чудиновой, выносящей жесткие оценки европейскому либерализму и особенно «обновленческому католицизму» Второго Ватиканского собора. В конечном счете именно «Ватикан-II», отлучение «польским папой» Иоанном Павлом II архиепископа Марселя Лефевра, перестройка собора Нотр-Дам де Пари с уничтожением «языческих» изображений кардиналом-обновленцем Жан-Мари Люстиже, а главное, Novum Ordum в служении мессы (лицом к народу, а не к алтарю, то есть спиной к Богу) – вот, по мнению Чудиновой, подлинные, тайные причины будущего «падения Парижа».
Вновь и вновь вспоминается о. Павел Флоренский: «Мир держится на закрепках литургических». На последних остатках древней литургии в римо-католической мессе до недавнего времени держался готовый теперь рухнуть остов Европы – западной периферии Великого Континента.
Тем не менее, понимая все это, нельзя не признать: сегодня книга Елены Чудиновой вредна и разрушительна прежде всего для России, ибо пока только политический союз с исламским миром может спасти ее от более страшного рабства у глобального тоталитаризма Соединенных Штатов и международных финансовых организаций. Ведь мусульманское завоевание Европы разрушит основную передовую американскую базу по внедрению «нового мирового порядка».
Произойдет ли, однако, все описанное в романе Елены Чудиновой? Во всяком случае, сама она приводит свидетельство совсем недавнего времени. Шейх Юсеф Кордауи, выступая 15 марта 2004 года по телеканалу «Аль-Джазира», заявил: «У Пророка спросили, какой город будет захвачен первым, Константинополь или Рим? Ответ был следующим: первым будет Константинополь. Остается второй город, надеемся, что он будет завоеван… Это означает, что мы вернемся в Европу как завоеватели после того, как нас дважды изгоняли, первый раз с юга Андалузии, второй раз с Востока». Было добавлено, разумеется, что «на этот раз Европа будет завоевана не мечом, а молитвой и идеологией». Но даже если поверить в это, большая ли разница для нас, миром или войной достигнут падения Рима? Когда произносится фетва, она исполняется.
В другом примечании к собственному роману Елена Чудинова указывает: «Только в одной Дании в период 1990 - 2000 гг. ислам приняло, по самым скромным подсчетам, от 3000 до 5000 европейцев. Первый канал датского телевидения начал в 2004 году трансляцию пятничных проповедей из мечети Копенгагена. На датском языке проповедует имам Абдольвалид Бедарссен, датчанин. В Германии число обращенных в ислам этнических немцев составляет от 13 000 до 60 000 человек, причем число обращенных за 2003 год вдвое увеличилось в сравнении с 2002 годом».
Европа сама хочет стать исламской. Явленный образ этого союза – Ванесса Редгрейв и Ахмед Закаев. Европа, как стареющая вдова, жаждет обрести хозяина.
Проигранная война
Русская церковность в полном соответствии с изначальной традицией создает свой образ Святой Земли, отождествляя ее с самой Святой Русью |
Следует при этом иметь в виду, что Европа как таковая сформировалась именно как регион, противостоящий Исламу, и нынешняя борьба Запада с Исламом полностью аутентична его исторической природе. Само понятие «европейцы» впервые появляется в хрониках VIII века в описаниях битвы Карла Мартелла при Пуатье в противовес «сарацинам» – мусульманам. Впервые же хула на пророка Мухаммеда появляется в «Золотой легенде» XII века; впрочем, некоторые исследователи считают главу о Мухаммеде позднейшей вставкой – в данном случае это не важно. Антиисламский пафос европейских писателей того времени вполне понятен – он стал фоном для крестовых походов по завоеванию Палестины, когда она собственно и была провозглашена Святой землей. До этого «святую землю» понимали скорее символически и месту земных страданий Христа не придавали особого сакрального значения. Со времен крестовых походов западная историография подчеркнуто иерусалимоцентрична, в то время как восточно-православная скорее обращена к поискам Христа внутреннего, «умного света».
Характерно, что уже четвертый крестовый поход закончился всеевропейским антиправославным погромом – захватом Константинополя и его разграблением. С тех пор «сарацины» и «схизматики» сливаются в сознании европейцев если не в одно целое, то по крайней мере в некий блок.
В отличие от римо-католического мира, принявшая православие Русь хотя и интересовалась Святой землей, всегда делала это как бы вскользь, пóходя, выделяя те мотивы святоотеческого наследия, которые подчеркивают, что Израиль есть сама Церковь Христова. Великий князь Андрей Боголюбский, цари Иоанн Грозный и Борис Годунов, а далее патриарх Никон осуществляли градо- и храмостроительство по образцу описанного в Апокалипсисе св. Иоанна Богослова небесного града «Нового Иерусалима», перенося библейские образы на Русскую землю. Не вступая в формальный конфликт с палестиноцентризмом, русская церковность в полном соответствии с изначальной традицией создает свой образ Святой земли, отождествляя ее с самой Святой Русью. «Спор об Иерусалиме» становится для русских людей неактуальным, как бы «не своим» делом.
Именно поэтому православная Русь никогда не противостояла Исламу. Рюриковичи всегда отказывались от любых предложений европейцев об антиисламском союзе и какого-либо участия в крестовых походах, в том числе и в захваченный турками Константинополь. Более того, начиная с Иоанна III, русские цари осознавали себя как представители и предстоятели не только православной, но и исламской общности, а Василия III западные путешественники вообще подозревали в «тайном мусульманстве». Иоанн III, а за ним Иоанн IV решительно отвергали все достаточно соблазнительные псевдоимперские предложения римо-католиков с условиями антиисламской «христианской империи». Даже брак Иоанна III с Софией Палеолог не поколебал этой политики. Публицист XVI века, скрывшийся под псевдонимом Иван Пересветов (некоторые исследователи подозревают, что это был сам царь Иоанн Васильевич), писал о соединении «веры русской» и «правды турской».
Логика нейтралитета
Хотят евреи строить «Третий Храм» – пусть строят. Хотят мусульмане его взрывать – пусть взрывают |
В наши дни мир между Православием и Исламом может проявляться или в совместной борьбе с исламским миром против западного глобализма, или в позиции нашей страны как «третьей силы» и некоего арбитра. В любом случае главное – избрать модель оптимального развития самой России. Совершенно очевидно, что какой бы выбор ни был сделан – присоединение к новому «восточному блоку» или нейтралитет, – сама Россия должна превратиться в единый и неколебимый военно-тягловый стан по типу старомосковской Руси Иоанна III и Иоанна IV, но с использованием всех современных технологий. А это немыслимо без коренной перестройки – в истинном смысле этого слова – всей современной политической системы, в основу которой должны быть поставлены Вооруженные силы России с их аппаратом разведки, пропаганды, физической и психологической подготовки молодежи. Необходимо вспомнить знаменитую формулу Константина Леонтьева о том, что народ должен быть «отечески стеснен», а государство «сурово вплоть до жестокости» при предельно смягчающей, «утишающей» функции Церкви, которая должна решительно предпочесть «александрийское» богословие «антиохийскому», по возможности трактуя все, что касается Израиля и Иерусалима, символически, без какого-либо отношения к ближневосточной Палестине. Это логика нейтралитета, это логика Православия.
Хотят евреи строить «Третий храм» – пусть строят. Хотят мусульмане его взрывать – пусть взрывают. Нас это не касается. Мы знаем, что Иерусалим есть у нас почти в каждом селе, и этого достаточно. К сожалению, книга Елены Чудиновой из тех, которые с точки зрения геополитики «работают» не на Россию. Быть может, и, скорее всего, у автора и не было такого желания. Но есть неумолимая логика.
Будем говорить прямо и о следующем: надежды на православную проповедь в Европе, питаемые некоторыми русскими людьми в связи с тем, что римо-католицизм стремительно отходит в небытие, тщетны. Европа не станет православной, ибо ненавидит Россию. Ненавидит и боится. Корни этой ненависти не в коммунизме и не в «царизме – жандарме Европы», и не во временах Батыя. Они уходят в эпоху, когда Римская курия разорвала отношения с православным Востоком. Так будет продолжаться до тех пор, пока Европа не будет сокрушена. Сокрушена не Россией. Но Россия не должна этому мешать. Ибо будущий простертый над Европой «зеленый занавес» сохранит нашу страну и сделает ее независимой. Поэтому установить союз или по крайней мере перемирие с Исламом, не поступаясь Православием, – сейчас едва ли не самое главное.