Случившаяся на днях пограничная перестрелка между Афганистаном и Пакистаном вряд ли может перерасти в масштабную войну. Причина не только в отсутствии у сторон необходимых ресурсов – для длительного конфликта нет и особого желания. Конфликт не является с точки зрения региональных правительств наиболее подходящей формой существования. Мир на Среднем Востоке и в Южной Азии* хрупок, но положение в регионе уже более устойчиво, чем всего 3-4 года тому назад.
Основная причина – сокращение возможности влиять на региональную жизнь тех держав, для которых все происходящее представляет собой только часть дипломатической борьбы с Россией или Китаем. То есть в первую очередь стран Запада. Хотя они, особенно Вашингтон, и сохраняют сильные рычаги в регионе. Однако даже авторитет американцев как источника финансовых ресурсов постепенно снижается на фоне внутриполитической борьбы в США и общего сокращения их материальных возможностей.
Не особенно растет и турецкое присутствие: сочетание недостаточных средств и больших амбиций не является преимуществом в отношениях с прагматичными народами Центральной Азии. Турки пытаются продвигать свои концепции, однако в их основе находится претензия на лидерство. Это легко считывается региональными правительствами и вызывает ироничную реакцию. Да и в целом положение Анкары не выглядит особенно устойчивым в долгосрочной перспективе.
Иными словами, приграничье СНГ на его южных рубежах находится сейчас в состоянии неустойчивого, но движения к более стабильному и предсказуемому развитию. Такое положение не является пока совершенно неуязвимым для разрушительного влияния внешних сил. Основная ответственность за то, чтобы регион оставался одним из наиболее мирных и динамичных центров Евразии, лежит, само собой, на правительствах стран – друзей и союзников России в регионе. Именно поступательное внутреннее развитие стран Центральной Азии – залог того, что на их территории не возникнут очаги экстремизма, угрожающие России или Китаю.
Москва, со своей стороны, уже оказывает региону самое активное практическое содействие. Что, кстати, стало главным мотивом саммита СНГ, прошедшего на прошлой неделе в Душанбе, и государственного визита президента Владимира Путина в Таджикистан. Важным вкладом в стабилизацию положения вокруг Афганистана стало признание 3 июля 2025 года Россией первой в мире Исламского эмирата. Это решение хоть и привело в смущение участников региональной политики, но заставило всех серьезно активизироваться. Прямое последствие сейчас – это увеличение числа официальных контактов и рост трансграничной торговли. Все это России только выгодно, поскольку вносит вклад в благосостояние наших соседей.
Находясь в афганско-узбекском пограничье, первое, на что обращаешь внимание, – это повысившийся по сравнению даже с прошлым годом уровень шума от двигающихся в обе стороны железнодорожных составов и автомобильных фур. Именно он является основным индикатором роста торговли, связывающей через Термез страны СНГ и Южной Азии. На тишину рассчитывать не приходится, но ее отсутствие – позитивный признак по сравнению с теми годами, когда в соседнем Афганистане шла непрекращающаяся война.
Сейчас соседняя страна, несмотря на все трудности и внутренние противоречия, выглядит более устойчиво, чем можно было ожидать после бегства оттуда американских войск. Правительство соседнего Узбекистана энергично стремится воспользоваться открывающимися в Афганистане возможностями, развивает с ним не только транзитную, но и приграничную торговлю, символом которой стал за прошедший год Международный торговый центр «Айритом» в нескольких сотнях метров от знаменитого моста Дружбы через реку Амударью. Мост был построен в 1982 году советскими строителями, но только после политических перемен в Афганистане четыре года назад гражданские грузы полностью вытеснили военные.
Сам Международный торговый центр – это пространство в 36 гектаров, на котором сосредоточены торговые площади, большой медицинский кластер, пара приличных отелей и доступные рестораны с детскими площадками. Вся инфраструктура ориентирована на афганцев, приезжающих целыми семьями как работать, так и отдыхать. Поэтому МТЦ действительно стал символом мирной жизни в Афганистане, политики открытости, которую проводит последние годы официальный Ташкент. И вообще разворота региональной жизни от десятилетий военной тревоги к исторически более привычным торгово-экономическим отношениям.
Примечательно, что практически все афганцы, которые держат магазины и торгуют на площадях МТЦ, свободно или почти свободно владеют разговорным русским языком. Он по-прежнему остается наиболее распространенным средством международной коммуникации во всей Центральной Азии, а соседи подстраиваются под страну пребывания.
С теми же немногими, кто русским владеет недостаточно, можно легко объясниться по-английски – 20 лет американской оккупации не прошли даром. Фактор такого длительного пребывания в Афганистане войск США вообще не стоит недооценивать: там и сейчас сохраняется достаточно значительная группа населения, для которой привычно иметь дело с американцами.
Другая особенность состоит в том, что торговля в основном происходит между самими гражданами Афганистана: они владеют магазинами, в которые их соотечественники приезжают «из-за речки» закупаться российской, казахстанской и узбекской продукцией. На нее в соседней стране есть устойчивый спрос. Тем более что даже внешний вид приезжающих афганцев позволяет судить о стабилизации в стране, заметном снижении у ее граждан уровня военной тревоги.
Параллельно узбекистанские компании продают сделанную в республике промышленную продукцию. В последние годы Ташкент много внимания уделяет развитию производств, что позволяет предложить соседней стране альтернативу как западным, так и китайским товарам. И, само собой, именно страны СНГ занимают ведущие позиции на афганском продовольственном рынке.
Присутствует и чисто афганская продукция – чай с кардамоном, специфические казаны для готовки, произведенная в Афганистане керамическая посуда очень приличного качества, традиционная и современная одежда афганцев. И, конечно, изобилие полудрагоценных камней, за которые можно весело поторговаться с радушным продавцом. А самый экзотический товар – это пластиковые ковры, сделанные из переработанной тары для питьевой воды, оставшейся после американской оккупации. При этом совершенно неотличимые на вид от настоящих традиционных афганских ковров.
Рядом с МТЦ процветает созданный правительством Узбекистана несколько лет назад флагман региональной трансграничной торговли – международный карго-центр «Термез». Им, при всесторонней поддержке республиканских властей, заботливо управляет весьма уважаемый в приграничье предприниматель Надир Джалилов. Этот центр является примером успешного опыта государственно-частного партнерства для реализации не только коммерческих, но и стратегических задач международного сотрудничества. В настоящее время карго-центр располагает весьма современной инфраструктурой для поддержки трансграничной торговли.
Да и сам город Термез – это уже не пыльная «дыра» из армейской присказки: в городе, как и везде в Узбекистане, идет строительство новых жилых кварталов, появились кофейни – вещь совершенно здесь ранее невообразимая, но являющаяся показателем активизации потребительских настроений. У экспертов в Узбекистане и других странах есть разные мнения насчет того, насколько устойчивой является выбранная модель развития. Сопутствующие ей неизбежные риски, в виде роста внешней задолженности и перегрева ожиданий со стороны населения, также нельзя сбрасывать со счетов. Однако сейчас именно Узбекистан стал признанным экономическим лидером Центральной Азии.
С точки зрения России способность узбекских властей одновременно держать границу на замке в вопросах безопасности и при этом наращивать многостороннюю торговлю является важным достижением. Ведь именно это – ответственная политика в отношении собственного развития и соседей – и является единственным, чего Москва ожидает от своих друзей и союзников в Центральной Азии. Пока именно в этом регионе выдержать баланс между самостоятельной внешней политикой и интересами России получается лучше всего.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ