Некоторое время назад аналитики обнаружили странное: Всемирный банк пересчитал данные по России, и оказалось, что страна вырвалась на четвертое место в мире по параметру ВВП (валового внутреннего продукта) по ППС (паритету покупательной способности) еще в 2021 году. Отечественные СМИ немедленно разнесли эту радостную весть. Но у многих возник вопрос: что это было?
Для начала, что такое ВВП – валовый внутренний продукт. Понятие придумал Саймон Кузнец, американский экономист, родившийся в белорусском Пинске. Несколько упрощая, можно сказать, что речь идет о чистой прибыли всех компаний страны до выплаты налогов. Допустим, фирма производит стулья. Берем себестоимость стула, состоящую из цены досок и фанеры, лака, болтов, электричества, амортизации станков, зарплаты персонала. Вычитаем себестоимость – получаем прибыль до налогов. Сумма абсолютно всех таких «прибылей» и именуется ВВП.
Однако, если мы хотим сравнивать страны между собой, нужна единая система координат, хотя бы приведение всех цифр в одной валюте. Как правило, используется либо доллар США на текущий момент – тогда корректны сравнения только по одному году. Либо из-за того, что доллар, как и все другие современные валюты, постепенно обесценивается, берется какой-то фиксированный год, допустим, 2020-й. По остальным годам делается поправка, исходя из накопленной долларовой инфляции. После таких манипуляций появляется возможность смотреть на картину в динамике – кто и насколько вырос или упал.
Все это так называемый ВВП по номиналу. По этому показателю США со своими 25,4 трлн долларов все еще безусловный мировой лидер. Следующим идет Китай с почти 18 трлн. Потом сильно отстающие со своими примерно 4 трлн Япония и Германия.
Однако есть страны большие и маленькие, мерить их одним аршином как-то некорректно. Поэтому показатель делят на количество жителей, получая ВВП на душу населения. Тут у нас лидеры Монако, Люксембург и Бермуды. Если не брать карликовые государства, список такой: Норвегия, Ирландия, Швейцария, Катар, Сингапур, США.
Нетрудно заметить второе искажение. На одни и те же сто долларов в Монако и, допустим, ЮАР можно купить абсолютно разное количество товаров и услуг. Десять тысяч евро в Люксембурге и столько же в Словении – совсем не одно и то же. Чтобы сгладить разницу цен, высчитывается «реальный ВВП с учетом паритета покупательной способности» – ВВП по ППС. Если на душу, то список лучших из лучших таков: Люксембург, Сингапур, Ирландия, Норвегия, Катар. Если же просто сравнивать страны, список из шести лидеров иной: Китай, США, Индия, Россия, Япония, Германия.
Существует несколько организаций, которые рассчитывают ВВП стран и регионов. Раньше обычно ссылались на «Всемирную книгу фактов ЦРУ». Сегодня чаще обращаются к расчетам или Международного валютного фонда (МВФ), или Всемирного банка (ВБ). Именно с сайта последнего взяты все приведенные выше позиции и цифры. Что касается МВФ, то эта организация предпочитает показывать не ВВП по паритету, а долю в мировой экономике. Доля России, как они полагают, снизилась за последние три года с 3,07% до 2,95%. В своих рассылках экономисты МВФ признают-таки, что Россия пятая экономика мира с 5,3 трлн по ППС, впереди нее Япония. Однако экономисты из Всемирного банка насчитали в 2022 году России 5,99 трлн. То есть расхождение между коллегами из МВФ и ВБ составляет сущую мелочь: 661 млрд долларов – 11-12,5% ВВП России.
Как такое возможно? Легко. Есть, как известно, ложь, большая ложь и статистика. Первичные данные для расчетов и ВБ, и МВФ предоставляют или министерства экономики, или статистические ведомства самих стран. По крупным государствам, которые информацию не дают, данные восстанавливают эксперты по косвенным признакам. Например, СССР свой ВВП никогда не считал, таких данных не собирал. Известный в последующем британский историк экономики Ангус Мэддисон прослыл в 1970-х большим специалистом по ВВП СССР, именно он рассчитывал его для ОЭСР.
Может быть, Россия перестала предоставлять данные, и из-за этого цифры «поплыли»? Государственная дума предлагала выйти и из МВФ, и из Международного банка реконструкции и развития (входит в группу ВБ). Однако правительство инициативу не поддержало, пояснив, что это приведет к потере места в совете директоров и перераспределению в нем голосов в сторону Запада. А нужно продолжать отстаивать там интересы и свои, и партнеров. Так что Россия все еще член названных организаций, и первичные данные им дает. Информация, конечно, может корректироваться со временем. Но два с половиной года после окончания периода уж слишком большой срок.
Впрочем, имеется такой рычаг при расчетах, как «дефлятор». Чтобы определить паритет покупательной способности для каждой конкретной страны, ищутся корректирующие коэффициенты по группам товаров и услуг. В Люксембурге вы, условно, на доллар купите буханку хлеба, в ЮАР – десять буханок такого же хлеба. Значит, дефлятор в данном случае – десять. Вычисление дефляторов задача и сама по себе нетривиальная, требующая большого числа вводных. И одновременно тут есть широкое поле для манипуляций. Поэтому расхождения могут быть очень существенными. Перепроверять дефляторы тяжело и муторно, да и вряд ли нам покажут, как они были получены.
И ВБ, и МВФ – родственные структуры, возникшие для обслуживания Бреттон-Вудской глобальной финансовой системы, появившейся по итогам Второй мировой войны. Из-за установленных с самого начала правил игры обе организации находятся, по сути, под контролем Вашингтона. Тут невольно может возникнуть вопрос: «А зачем им пересматривать ВВП России двухлетней давности?» Возможно, конечно, что сердобольные сотрудники банка обнаружили свою оплошность и из самых лучших побуждений ринулись менять цифры. Вариант не исключен, однако гораздо больше это похоже на поведение американских статистиков, которые сначала занижают разного рода показатели, чтобы фондовый рынок не обрушился, а спустя полгода-год тихо их подправляют, сообщая об этом шепотом. Корректировка спустя годы выглядит уж больно подозрительно.
Другая версия. Это некий намек со стороны Вашингтона, что он оценил устойчивость к санкциям российской экономики. Эдакое похлопывание по плечу: «Что же, что же, молодцы! Умеете держать удар! Хвалим!». В таком примерно ключе регулярно уже с год появляются статьи в западной деловой прессе, где авторы расхваливают экономический блок российского правительства, главу Центробанка. В России все еще некоторые продолжают пересылать друг другу подобные материалы и бурно радоваться. Конечная цель такой лести – расколоть российские элиты.
И все же самая разумная гипотеза другая. В 2022 году Россия выпала, по сути, из глобальных финансов. С одной стороны, ее выключили извне, отрубив SWIFT, введя миллион «санкций из ада», арестовав активы на Западе. С другой стороны, и сама Россия ввела разного рода ограничения, препятствующие выводу капитала. В США верили, что они контролируют кровеносную артерию и абсолютно любая страна, лишенная доступа к долларовой инфраструктуре, начнет быстро чахнуть. Комментаторы в 2022 году обожали рассуждать о 2% мировой экономики, которые не могут тягаться с 47% «развитого мира». Но катастрофы не случилось. Россия, во-первых, довольно много что производит. Во-вторых, торговлю в национальных валютах в обход доллара никто не отменял. Да, это не так удобно, но работать через так называемые свопы, когда центральные банки обмениваются пакетами валют, вполне возможно.
Для США итог эксперимента, подтверждающий, что можно как-то обходиться без доллара, является гораздо большей проблемой, чем отсутствие успехов у ВСУ. Все это надо как-то объяснять, иначе много кто захочет на выход. Еще хуже для Штатов то, как выглядит график российского ВВП по ППС. До корректировки получалось так, что Россия бросила вызов Западу на Украине, отключилась от мировой финансовой системы – и после этого у нее пошел рост. Пример выглядит заразительным. Уж лучше признать, что еще в довоенном 2021 году у России случился какой-то рывок.
Так что не стоит так уж радоваться такого рода сообщениям. Даже хорошие, казалось бы, новости могут быть пропитаны лукавством. Да и вообще показатель ВВП не идеален. Расчет ВВП по услугам – это притча во языцех. Там масса способов манипулировать цифрами, и страны с большой долей услуг в экономике постоянно к ним прибегают. Если же у тебя есть болезненная фиксация на ВВП, ты скорее сделаешь машину, которая быстро сломается, чем качественную. Потому что, когда в ближайшие годы она выйдет из строя, ты сможешь собрать и продать еще одну такую же – и показать таким образом рост своего валового продукта. Впрочем, это уже другая история.