Первый – и самый сильный – удар западные санкции нанесли по российской финансовой системе. Байден обещал доллар по 200 рублей. Многие эксперты прогнозировали крах российского фондового рынка и серьезные проблемы значительному числу российских банков. Но этого не произошло. Российская экономика устояла. Устояли и российские банки (и в целом финансовая система).
Сейчас критика действий руководства ЦБ России звучит сразу с двух сторон. Центробанк критикуют (не очень громко) за меры, препятствующие свободному распоряжению своими денежными средствами (в первую очередь свободе покупки валюты и свободного вывода капиталов на другие финансовые рынки). Громче и последовательнее руководство Банка России критикуют за высокую стоимость кредитов для производства, жесткие требования банкам по резервированию, а также за скачки курса рубля. Попробуем разобраться, насколько справедлива эта критика и к кому она должна быть обращена.
Статьей 75 Конституции Российской Федерации установлен особый конституционно-правовой статус Центрального банка Российской Федерации, определено его исключительное право на осуществление денежной эмиссии (часть 1) и в качестве основной функции – защита и обеспечение устойчивости рубля (часть 2).
Более детально функции Банка России описываются в Федеральном законе «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» №86-ФЗ. В статье 3 этого закона говорится, что целями деятельности Банка России являются: защита и обеспечение устойчивости рубля; развитие и укрепление банковской системы Российской Федерации; обеспечение стабильности и развитие национальной платежной системы; развитие финансового рынка Российской Федерации; обеспечение стабильности финансового рынка Российской Федерации.
Попробуем понять, насколько хорошо ЦБ справился со своими задачами.
Защита и обеспечение устойчивости рубля
Рубль удалось защитить от неконтролируемого обвала, однако имели место резкие колебания курса российской валюты. Кратковременное падение курса рубля в начале марта 2022 года (сразу после объявления санкций) в общем объяснимо, и действия ЦБ по стабилизации рубля можно считать успешными.
Хотя по поводу длительного периода переукрепления рубля ведутся споры. Кто-то считает, что это навредило экономике, снизив прибыли экспортеров и, следовательно, доходы бюджета. Кто-то, напротив, считает, что крепкий рубль сдемпфировал рост внутренних цен из-за удорожания затрат на доставку импортных товаров в обход санкций и тем самым снизил инфляцию в критический для экономики период адаптации к санкциям.
Больше вопросов вызывает недавнее ослабление рубля. Есть версия, что это ослабление было вызвано конкретной сделкой. Британской нефтегазовой компании Shell, сворачивающей свой бизнес в России, разрешили вывести полученные от продажи ее доли в проекте «Сахалин-2» средства (в награду за добросовестное сотрудничество в прошлом? За обещание каких-то действий в будущем? Просто из-за лоббистского потенциала компании?). Одномоментное поступление на валютный рынок 94,8 млрд рублей на покупку валюты привело к резкому снижению курса рубля. Как и в истории с укреплением рубля с мая по ноябрь 2022 года, это предсказуемое следствие рыночного механизма курсообразования.
И здесь есть два соображения.
Первое. В условиях, когда золотовалютные резервы России за год вновь выросли до почти 600 млрд долларов (то есть почти на сумму замороженных на Западе средств российского ЦБ), выделить одномоментно Shell для вывода из России сумму меньше 1,5 млрд долларов (то есть 0,25% ЗВР), наверное, не представляло бы сложностей. Если бы не негласный приоритет, которым с начала нулевых руководствовался Банк России: все действия по защите и обеспечению стабильности рубля Центробанк осуществляет строго на рыночной основе. И хотя ничто не запрещает центробанкам западных стран проводить валютные интервенции, Россия все последние годы старалась быть в этом вопросе «святее папы римского».
Второе. А нужно ли так держаться за рыночный механизм формирования курса национальной валюты, если на формирование курса рубля решающее значение оказывают запреты на вывод капитала нерезидентами и ограничения на переводы за границу российским гражданам? Но если и говорить о возможном переходе к директивному курсообразованию, такой шаг должен быть продиктован решением политическим.
Развитие и укрепление банковской системы Российской Федерации
Тут можно сказать, что, в отличие от США, у нас пока (тьфу-тьфу-тьфу) у крупных банков серьезных проблем нет. Хотя тот трек развития банковской системы, который наблюдался до 24 февраля, приостановился. А другой стратегии развития банковской системы Центробанком пока не было предложено. То, что предлагают критики ЦБ (создание институтов проектного финансирования), в целом необходимо экономике.
Но российская банковская система, сложившаяся к настоящему дню, к этой деятельности мало приспособлена. Этому мешают и установленные нормативы резервирования, которые при проектном финансировании становятся неприемлемо высоки. У этого есть и объяснение. Величина ключевой ставки, определяющая нижний уровень процентов по кредиту, делает кредитование проектов в реальном секторе достаточно рискованным занятием. И требования макрорегулятора, требующего обезопасить такие рискованные вложения дополнительным резервированием, в общем-то, логичны.
Только российской экономике от этого не легче. Поэтому новая стратегия развития российской банковской системы в изменившихся условиях не просто нужна, а крайне необходима. При этом она должна сочетаться со стратегией развития всей экономики.
Обеспечение стабильности и развитие национальной платежной системы
В этой сфере ЦБ РФ заслужил твердую пятерку. Отключение от международной платежной системы SWIFT лишь немного осложнило внешнеэкономические расчеты. Внутри страны для субъектов экономической деятельности вообще ничего не изменилось. А с дружественными странами развиваются разные форматы платежей, независимые от доллара и SWIFT.
Что касается удобства для простых граждан, то возможность быстрых переводов клиенту другого банка, повсеместное развитие оплаты товаров и услуг уже не просто карточками, а карточками виртуальными, банковскими приложениями с помощью QR-кодов и другими способами сделали жизнь проще и комфортнее.
Отдельно стоит отметить внедрение Системы быстрых платежей, позволяющей физлицам переводить деньги получателю, имеющему счет/карточку в другом банке, легко и без комиссии (до определенного лимита). Хотя банки и потеряли заработок на комиссиях за переводы, в целом эта система не только упростила жизнь рядовым гражданам. У них появилось больше стимулов рассчитываться безналичными деньгами, не снимая их в банкоматах (а значит, их деньги так и будут крутиться в банковской системе).
Развитие финансового рынка
Здесь все не так оптимистично. С одной стороны, своевременно предприняты меры по поддержке фондового рынка, на что был выделен 1 трлн рублей. Правда, он был выделен правительством, а не Центробанком. Но ЦБ РФ в марте 2022 года запретил осуществлять переводы из России за рубеж нерезидентам из 43 государств, объявивших о санкциях против России. Эти меры предотвратили обвал российского фондового рынка, но так и не помогли удержать акции российских компаний от падения.
Надо честно признать, что снижение российских фондовых индексов началось за несколько месяцев до начала СВО. Своего максимума индекс РТС достиг 11 октября 2021 года (1891,56), после чего начал неуклонно снижаться. 7 февраля 2022 года индекс находился на отметке 1470,1. И в этот момент на фоне роста политической напряженности началось стремительное снижение индекса. К 21 марта 2022 года индекс РТС потерял еще 43,5% и составлял 829,62.
Запрет ЦБ на перевод средств нерезидентов и ограничения на переводы за границу средств российских граждан и резидентов дружественных стран создал условия для восстановления индекса. К 20 мая 2022 года он восстановился до 1414,96. Однако дальше до самой годовщины начала спецоперации в 2023 году рынок находился в стагнации, с постепенным понижением индекса РТС до 914,16. Затем начался небольшой рост.
Здесь надо сделать важное замечание. Российский финансовый рынок все предшествующие годы развивался как составная часть глобального финансового рынка. Спектр финансовых инструментов, доступных российским инвесторам, был существенно уже, чем на развитых рынках Запада. Но это компенсировалось развитой инфраструктурой доступа наших инвесторов к западным финансовым рынкам. Такие услуги предлагали и специальные брокеры, и многие крупные российские банки.
С другой стороны, и для российских компаний отечественный финансовый рынок был слабым источником финансирования, даже несмотря на присутствие на нем иностранных инвесторов. Привлечение капитала на финансовом рынке крупными российскими компаниями проводилось преимущественно с помощью IPO либо на западных площадках, либо в Гонконге и Шанхае. В крайнем случае на западный рынок выводились депозитарные расписки российских ценных бумаг.
Сейчас российский финансовый рынок по большому счету в прежнем виде больше не работает. То, что там совершаются какие-то сделки, продаются и покупаются какие-то бумаги, не должно никого обманывать. Его надо пересоздавать заново. Но, опять же, в основе должна лежать новая модель российской экономики, которую этот рынок должен будет обслуживать (и частью которой будет являться). Без такой модели спрашивать с ЦБ проект реформирования финансового рынка преждевременно.