Верховный представитель Европейского союза по иностранным делам и политике безопасности Жозеп Боррель заявил: «Россия – большая страна, она привыкла бороться до конца, она привыкла почти проигрывать, а затем восстанавливать все. Она сделала это с Наполеоном, она сделала это с Гитлером. Было бы абсурдно думать, что Россия проиграла войну или что ее военные некомпетентны… Поэтому именно сейчас необходимо продолжать вооружать Украину».
Любопытно, что в начале своего выступления Ж. Боррель выписал себе индульгенцию на грех избыточной откровенности – он в шутку поприветствовал российские спецслужбы, сказав: «Они будут искажать каждое мое слово, чтобы представить меня в наихудшем виде».
Это хорошо, что Боррель признал важное историческое обобщение. В самом деле, зачем отрицать очевидное. В конце концов, не всем же в Еврокомиссии быть предельно идеологизированными идиотами. Жозеп Боррель сам из народа, сын булочника, своего происхождения не стесняется и даже гордится, резать правду-матку может и, судя по всему, любит. Хорошо, что он признал и преемственность настоящих событий на Украине с предприятиями всеевропейских вождей прошлых эпох. Это честно и откровенно, не то что предыдущие тридцать лет сладких речей о единой и могучей Евразии от Дублина до Владивостока. Точнее, это то же самое, только без России как государства. Впрочем, будучи главой МИД Испании, еще в 2019-м он уже заявлял, что Россия – «старый враг», который снова говорит: «Я здесь». Это, конечно, звучало странно – что-то не припоминается вековая вражда России и Испании. Да, наши солдаты сталкивались друг с другом на поле боя несколько раз, но русско-испанских войн не было. Точнее, в 1799 году такая война была объявлена Испанией, но так и не состоялась. Впрочем, понятно, что слова были сказаны от лица Европейского союза в целом, но отвечать пришлось именно испанскому МИДу.
Мало того, что смелый южанин и правдоруб не постеснялся напомнить известную его поколению историческую истину, но еще у него хватило духу высказать отношение или, как сейчас модно говорить на Западе – «проявить идентичность». Эта паневропейская идентичность вполне себе русофобская, она включает в себя досаду за неудачные походы наполеоновской и гитлеровской армий на Россию и рефлексию насчет того, что с этой неприятной тенденцией делать. Это нам ответ понятен – прекратить враждовать с Россией, тем более, что мы настроены на добрососедские отношения, но только не исключительно за наш счет. Если вы признаете, что русские всегда выигрывают, даже в самых отчаянных ситуациях, зачем нарываться?
Однако из верной посылки был сделан неправильный и даже несколько абсурдный вывод о необходимости вооружать Украину. Вообще, при чем здесь Украина? Наверное, в его голове Украине и впрямь уготована роль сокрушителя России? Впрочем, аналогия далековатая, ни о каком «почти проигрыше» даже и речи не идет – мы не потерпели ни одного значительного разгрома, несмотря на отступления. Но эти слова в очередной раз подтверждают, что западные медиа убедили свое общество в том, что Россия на грани полного военного поражения – и это, скорее, дело времени. Боррель понимает, что это не так, но насколько хорошо понимает, если считает, что рано расслабляться и просто надо дать еще арсеналы Украине?
Вполне возможно, что дело обстоит и иначе – важнее логика должного, а не сущего. Философ Дэвид Юм учил, что из неких истинных описаний объективного положения дел с необходимостью не следует, что надо поступить неким определенным образом. Допускаю, что с логикой у Борреля все хорошо, хорошо и с пониманием того, что Украина войну на самом деле проигрывает, но дежурный вывод о необходимости гальванизации умирающего украинского государства по идеологическим причинам важнее любых посылок и любой логики.
В своем выступлении главный дипломат Европы признал, что как только началась СВО, страны ЕС сразу же вспомнили о «Фонде мира», «созданном для других стран и контекстов»: «Благодаря этому менее чем за 36 часов 27 государств-членов согласились использовать этот фонд для вооружения Украины в целях защиты от российской агрессии». Спасибо, дорогой Жозеп, за откровенность, теперь мы знаем, что такое европейские представления о мире, раз первое, что пришло в голову всем – это использовать «Фонд мира» для поддержания войны.
Боррель немного похвастался и пнул США: «Вместе с военной помощью, в сочетании с экономической и гуманитарной помощью всех видов, мы уже близки к 50 миллиардам евро, потраченным на поддержку Украины, и это ставит нас выше любой другой страны или любого другого регионального объединения, выше Соединенных Штатов», хотя признался, что военная помощь США была «решающей».
Там еще были слова, что мы заплатим за нанесенный ущерб, то есть грозил репарациями и контрибуциями. Заканчивается текст любопытной витиеватой софистикой: «Единственный способ прекратить войну и гарантировать устойчивый мир – сделать так, чтобы Россия не выиграла ее, не оккупировала Украину, не превратила ее в марионеточное государство, а нам не стоять на ее границе в ожидании следующего подходящего случая». О каком таком случае говорит Боррель? Очередном шансе сделать так, чтобы «Россия не выиграла войну»?
Конечно же, способ прекратить войну и гарантировать устойчивый мир вовсе не один. Во-первых, можно прекратить вооружать Украину, и она быстро проиграет войну. Во-вторых, можно продолжать в том же духе, но все в итоге закончится более скверными для Европы условиями мира. В-третьих, можно, наконец, самим вступить в войну, устроить чудовищную бойню с применением тактического ядерного оружия, получить сожженные европейские столицы и десятки миллионов жертв, проиграть и получить мир на условиях России и США без всякого учета мнения уничтоженной цивилизации. Но этого-то Боррель и боится, неоднократно повторяя на разный лад одно заклинание: «Европейский союз не участвует, мы не участвуем в войне, мы не хотим быть в ней»! Эту тираду он произнес, упомянув обвинения Владимира Путина в том, что это он, Ж. Боррель, несет «прямую ответственность за то, что ЕС оказался вовлечен в войну на Украине».
Судя по всему, европейская дипломатия начала медленно просыпаться – ее глава предпринимает попытки рассуждать по существу. Однако это состояние полусна, или как говорят психиатры – просоночное. Некоторые пациенты пребывают в нем до самой смерти.