«Россия теряет на Южном Кавказе своего регионального союзника – Армению». Такие фразы все чаще приходится слышать от армянских экспертов, недовольных позицией Москвы в армяно-азербайджанском конфликте – в том числе и в ходе его недавнего всплеска.
Напомним, что Российская Федерация является военно-политическим союзником Армении, и в рамках двусторонних и многосторонних (ОДКБ) соглашений обязуется поддерживать территориальную целостность Армении. В 2020 году – во время карабахской войны – российская сторона активно не вмешивалась по вполне резонным причинам.
Во-первых, война шла не на территории Армении (на которую и распространяются формальные российские гарантии), а на территории Нагорного Карабаха, которую и Россия, и сама Армения (несмотря на всякие иезуитские формулировки Еревана) считают азербайджанской. Да, в ходе этой войны Азербайджан нанес ряд ударов по армянской территории и даже сам признал факт этих ударов, однако тогда – и это во-вторых – премьер-министр Армении Никол Пашинян целенаправленно отказался обращаться за военной помощью к ОДКБ. То есть, проще говоря, не выполнил нужные процедурные моменты.
Однако в 2022 году оба условия были выполнены. Азербайджан атаковал территорию Армении. В Баку могут говорить о том, что сделано это было из-за «неделимитированной границы» или «действий армянских диверсантов», но по факту имело место нападение на территорию, признанную странами ОДКБ армянской. После чего премьер-министр Никол Пашинян официально обратился к ОДКБ и активировал четвертую статью Договора о коллективной безопасности.
«Если одно из государств-участников подвергнется агрессии со стороны какого-либо государства или группы государств, то это будет рассматриваться как агрессия против всех государств – участников настоящего Договора. В случае совершения акта агрессии против любого из государств-участников все остальные государства-участники предоставят ему необходимую помощь, включая военную, а также окажут поддержку находящимися в их распоряжении средствами в порядке осуществления права на коллективную оборону в соответствии со статьей 51 Устава ООН». Именно так звучит ее текст.
В ответ Россия предложила отправить в Армению специальную миссию во главе с генсеком организации. Ее задачей является «оценка обстановки в зоне конфликта с Азербайджаном, подготовка доклада главам государств и выработка предложений по деэскалации напряженности». Было решено отправить миссию для оценки обстановки в зоне конфликта, а также призывать стороны к миру. Но армянам такой ограниченный ответ союзников крайне не понравился.
А кому помогать?
Однако есть вторая сторона медали. И связана она с поведением самой Армении – причем как власти, так и гражданского общества этой страны.
То, что премьер-министр Армении Пашинян ориентируется на Запад, не является большим секретом. Он сформировался как журналист и политик при помощи западных структур, и в свою бытность оппозиционером требовал выхода Армении из созданных Россией интеграционных структур. Придя во власть, он формально от этих требований отказался, однако по факту занимался организацией этого выхода. Зачистил армянскую власть от значительного количества пророссийских политиков и военных, активно развивал отношения с западными «партнерами», поддерживал антироссийские информационные ресурсы и силы.
Сейчас, по сути, Пашинян тоже хочет использовать Россию. По логике, если на государство нападает внешний враг (который к тому же еще и сильнее), то власти сначала должны защищать себя сами, а потом уже просить о внешней помощи. То есть, проще говоря, Пашинян должен был сначала объявить мобилизацию, а потом уже просить о помощи ОДКБ. Вместо этого армянский премьер хочет, чтобы Россия, по сути, воевала за Армению вместо Армении. А когда Москва логично воздерживается от такой чести (предпочитая урегулировать вопрос дипломатическим путем), армянские структуры начинают разгонять миф о том, что Россия не помогает. А помогает, мол, та же Франция, руководство которой однозначно требует от Азербайджана покинуть территорию Армении и созывает по этому поводу Совет Безопасности ООН (то есть говорит куда более красиво, чем Россия – но при этом и близко не может оказать такой же экономической и военной помощи, как Москва).
Хорошо, скажут армяне, к Пашиняну есть вопросы. Но Москва должна поддерживать не его, а граждан Армении, которые пророссийские.
Однако и тут есть тонкости. Дело даже не в том, что в последние годы армянское общество постоянно бурчало из-за того, что Россия ради Армении не рвет отношения с Азербайджаном (чего делать не должна была) и что российско-армянские отношения неравнозначные (каковыми и не могут быть по определению отношения между великой державой и небольшим государством). Дело в том, что защищают тех, кто готов защищать себя сам.
Во время переворота в апреле 2018 года армянское общество знало, что Пашинян является антироссийским лидером, однако поддержало его. В декабре 2018 года, после почти полугода правления Пашиняна с его антироссийской политикой, 70% населения проголосовали за его партию на парламентских выборах. После того, как в 2020 году был сдан Карабах, толпы людей штурмовали его резиденцию, а сам Пашинян спрятался в одном из западных посольств – и тогда многие эксперты говорили, что наконец-то у армян открылись глаза, что они вынесут Пашиняна из власти. Однако премьер-министр тогда не только удержался – на досрочных парламентских выборах 2021 года он получил почти 54% голосов избирателей. То есть, проще говоря, 54% населения добровольно проголосовало за русофобского политика. Неудивительно, что значительная часть российского общества прохладно относится к идее защиты Армении.
Можно сколько угодно говорить, что Москва не работала с армянским гражданским обществом тогда, когда западные НПО его окучивали. Однако инстинкт самосохранения в армянах Москва поддерживать не должна.
И нужно ли сейчас России вписываться за такую Армению? Не проще ли ограничиться «отправкой комиссии» и просто подморозить конфликт?
Как ни странно, не проще. Москва должна вмешаться ради российской внешней политики и безопасности. Потому что в случае потери Армении – союзника России на Южном Кавказе – Москве будет намного сложнее влиять на весь регион.