Полку кандидатов в посредники прибыло. На днях бывший премьер-министр Италии Сильвио Берлускони заявил, что он вместе с бывшим канцлером ФРГ Ангелой Меркель может поучаствовать в дипломатическом решении украинского конфликта. «Я думаю, что Меркель – со мной или без меня – может выступить посредником на переговорах с Путиным. Вместе с ней я могу попытаться его переубедить», – заявил сеньор Берлускони.
Конечно, отчасти предложение Берлускони может быть связано с кампанией перед выборами в парламент, которая сейчас активно проходит в Италии. Эксперты ожидают, что именно правые и ультраправые силы (к которым относится и партия Берлускони «Вперед, Италия») получат на выборах большинство. Соответственно, нужно «засветиться» и мобилизовать электорат для того, чтобы собрать максимально возможное количество голосов и занять достойное место в будущей правой коалиции. Однако в то же время предложение Сильвио Берлускони, вероятно, продиктовано очевидным запросом европейских элит на роль посредника в переговорах с Путиным.
Все больше и больше экспертов (причем как в ЕС, так и в США) говорят о том, что Западу придется договариваться с Россией. Причем договариваться именно на российских условиях. Локальная неудача под Изюмом и Балаклеей не меняет стратегической ситуации – а она в том, что у России сохраняется колоссальное преимущество над Украиной в области мобилизационного ресурса, финансов, промышленного производства. И, самое главное, понимании в Кремле того факта, что это война ва-банк: либо Россия ее выигрывает, либо России не будет. Об этом понимании уже давно писали западные СМИ и позиционировали это как один из главных факторов того, почему не стоит ждать какой-то капитуляции России в украинском вопросе. Нужны переговоры.
А для переговоров нужны посредники. Люди, которые будут осуществлять челночную дипломатию между Москвой, Вашингтоном и Брюсселем (с ритуальными залетами в Киев) и всю коммуникацию (в том числе и технического характера) между сторонами до тех пор, пока стороны не будут готовы к саммиту. То есть до того момента, пока не будут подписаны и обговорены до последней запятой все условия соглашения, которое стороны должны будут торжественно подписать, сделав при этом вид, что они вот только-только этот документ согласовали.
Что касается персоналий, то посредник должен отвечать нескольким критериям. К нему должно быть доверие с обеих сторон, он должен быть респектабельным, нейтральным, а также безопасным. Последнее означает, что статусные очки, которые наберет посредник за счет своего посредничества, не являются угрозой ни для одной из сторон.
Многие потенциальные кандидаты на роль посредника не соответствуют какому-то из этих критериев. Так, президент Франции Эммануэль Макрон отваливается потому, что к нему нет доверия со стороны Москвы. Иного и не могло быть после того, как Макрон записал секретные переговоры с Путиным и слил их журналистам.
Отваливаются и премьер-министр Венгрии Виктор Орбан, и президент Турции Реджеп Эрдоган. Оба являются противниками Брюсселя, и возвышение обоих за счет посредничества в переговорах не нужно Еврокомиссии. Вообще куда безопаснее, чтобы эту роль выполняли отставные, но респектабельные политики.
И вот тут как раз всплывают Ангела Меркель и Сильвио Берлускони. Их времена во власти прошли (пусть Дон Сильвио и участвует в выборах, однако править он вряд ли сможет). Оба старались не отсвечивать на ястребином фронте во время идущей спецоперации. Тот же Берлускони, в отличие от ряда других европейских политиков (того же Эммануэля Макрона), не оскорблял Путина и (в отличие от главы европейской дипломатии Жозепа Борреля) не оскорблял Россию – лишь в апреле «выразил сожаление» действиями Москвы на Украине.
Что касается нейтралитета, то да, Сильвио Берлускони считается близким к Путину – но та же Меркель близка к европейской элите, поэтому они вполне могут работать в тандеме, уравновешивая друг друга. При этом и Берлускони, и Меркель умеют разговаривать с Путиным и вести себя вежливо. Умеют «переубеждать», что в переводе с европейского языка на русский означает «искать компромисс».
Конечно же, у предложенного бывшим итальянским премьер-министром тандема нашлись противники. «Странные предложения от некоторых лиц стать посредниками между Украиной и Россией следует рассматривать как попытку использовать тему Украины, чтобы восстановить свое имя в своих странах. У любого посредника должны быть доверие, авторитет, значимость. Такого точно нет ни у Берлускони, ни у Меркель», – заявил советник Владимира Зеленского Михаил Подоляк. Однако в этом вопросе мнения Киева мало кто спрашивает – переговоры будут вестись между Западом и Россией.
Однако сейчас любые переговоры вряд ли к чему-то приведут. Не потому, что Берлускони и Меркель не подходят как переговорщики, а потому, что Запад и Россия сейчас к сущностным переговорам не готовы. США и ЕС не готовы потому, что боятся политических последствий от «капитуляции» перед Москвой, а Москва не готова потому, что не верит Западу.
Даже несмотря на наличие посредника, между сторонами должен существовать определенный уровень доверия. А его, судя по выступлению Владимира Путина на Восточном экономическом форуме, нет. Если в конце 2021-го – начале 2022 года Россия считала, что подпись Запада под соглашением чего-то стоит (именно поэтому и предлагала США и НАТО подписать так называемые гарантии безопасности, включая обязательство нерасширения НАТО на восток и отказ от военного сотрудничества со странами постсоветского пространства), то сейчас, в том числе после «наглого обмана» Западом в рамках заключенной зерновой сделки, мнение изменилось. Эмоциональные сентенции Путина по этому вопросу показывают, что Кремль более не доверяет западным подписям и считает какие-то сущностные переговоры бессмысленными. По крайней мере, до тех пор, пока Россия не добьется победы в специальной военной операции – или же не добьется существенного перелома.
И до тех пор Берлускони, Меркель и другие кандидаты в посредники будут пылиться на полке. Потом, возможно, их время придет.