«Мы проигрываем информационную войну». От этой фразы уже скулы сводит. Это твердят политологи, медиаменеджеры, телеэксперты, артисты и таксисты. И речь даже не о том – шашечки нам или ехать. Речь об ином. О том, что, вводя в параллель реальные боевые действия и медиаоформление этих боевых действий, паникеры и кликуши вольно или невольно девальвируют реальность в пользу виртуального пространства.
Да, выглядеть уже давно для многих важнее чем быть. Но одно дело, когда ты «колотишь понты» перед девочками или покупаешь «бумер», влезая в глухой кредит. И совсем другое – бесконечно выдавать «зраду» за «перемогу», заметая под ковер тысячи не погребенных хлопцев, которые весело ехали на фронт погонять москалей, а попали под утюг дальнобойной артиллерии и теперь седеют в окопах от воя ходящих прямо по головам «грачей» и «аллигаторов». Ведь рано или поздно они, пусть не все, но вернутся. И их рассказы будут сильно не совпадать с сегодняшними победными реляциями.
Что такое «информационная война», которую мы, по мнению некоторых товарищей, проигрываем? Это понятие многослойное, и слои эти часто не совпадают. Первый слой – работа с собственным населением. Второй – работа с противником, с его армией и его населением. И третий – работа на «мировую общественность» с целью привлечь симпатии мира на свою сторону. При этом во всех трех случаях есть как минимум два «подслоя» – это создание эмоционального эффекта и реальное информирование, то есть «война правдой».
В создании эффекта «Квартал 95» нас, действительно, обходит. Их картинки ярче и эмоциональней. К тому же почва там так обильно унавожена почти десятилетием массированной обработки мозгов, что, как на Кубани говорят, гайку уронишь, и та прорастет. Но нюанс в том, что, по другой пословице, дьявол – спринтер, а Бог – марафонец. То есть «война правдой» – это игра вдолгую. Зато конечный результат гораздо крепче. Главное, до него дотянуть.
Понятно, что вышесказанное очень упрощено, специалисты по информационным войнам оперируют хитросплетениями массы векторов, используют и дезинформацию, и психологию, в том числе этническую, и нейролингвистику, и еще массу всего интересного, причем часто это многоходовые комбинации с волновыми «накатами» и «откатами». Но углубляться в эти дебри мы не станем, все же это колонка, а не диссертация.
Так вот, в первом случае, при работе на свой контингент, все обстоит более или менее прилично. Дураков внутри России, кроме пресловутой «пятой колонны» и совсем уж медицинских фриков, которые в качестве информации о положении на фронтах используют выкладки с украинской стороны, катастрофически мало. При этом, в отличие от Украины, у нас получить информацию с «той стороны» никаких проблем нет. У нас СБУ не шмонает телефоны граждан в поисках тех, кто читает вражью сторону. YouTube, несмотря на все угрозы, не заблокирован, и вконец оскотинившийся Facebook* тоже пусть и не идеально, но работает. А «Телегу» вообще никто не контролирует. Даже обычный смарт-телевизор с IPTV позволяет без проблем смотреть пару сотен украинских каналов. Правда, смотреть там нечего, у них бесконечный «информационный марафон» – на всех каналах идет одна и та же программа. Ну то есть на тех каналах, что не закрыты демократическим правительством г-на Зеленского.
Во втором случае, при обращении к украинской аудитории, одержать победу в информационной войне невозможно в принципе. Во-первых, многолетняя психологическая обработка ожидаемо привела к тому, что в массе своей местное население стало просто неспособно воспринимать другую информацию. Они живут в параллельной реальности, где СБУ и мировые лидеры проводят эвакуацию «нациков» с «Азовстали», а части ВСУ уже вышли к границам с Россией, походя раздавив «сепаров» в Донбассе. При этом альтернативные каналы информации там попросту обрезаны.
Учитывая беспрецедентный уровень обработки мозгов, что-то там изменить дистанционно не представляется возможным. Болезнь в такой стадии лечится только шоковой терапией. А для этого нужен близкий контакт и принудительные процедуры. Чему свидетельство – стремительное возвращение адекватного восприятия реальности в денацифицированных городах Херсонщины. Так что эту войну мы не проиграли, потому что и не вступали в нее в силу бессмысленности.
Ну и третий слой, работа «вовне». В принципе, тут тоже все предрешено. Западный зритель почти так же, как украинский, отрезан от альтернативной информации. Получить к ней доступ может только тот, кто очень этого хочет. А кто там этого хочет? Да никто. Всем плевать и на Украину, и на Россию. Западного обывателя интересует только то, что происходит с ним самим и с его пищевым рационом, а также с регулярностью поступления денег на счет.
При этом нужно учитывать, что информационная и идеологическая обработка западного обывателя ведется гораздо более продолжительное время, чем даже на Украине, и методы там менее лобовые. Зато и результаты более устойчивые. В деле создания виртуальной реальности западные специалисты достигли совершенства. На этом поле у нас в информационной битве шансов еще меньше, чем на украинском. Для этого нужно «денацифицировать» всю Европу и США. А на это, уж простите за трезвость мысли, сил у нас пока недостаточно.
Поэтому говорить о том, что мы проиграли информационную войну на западном фронте, не имеет смысла. Запад в любом случае был бы против нас. Как был против нас всегда – и всегда приходил к нам с мечом. Короткие периоды якобы хороших отношений с Западом случались только тогда, когда ему что-то от нас было нужно. Таких друзей, как говорится, за нос и в музей.
Если и есть у нас интерес в информационной битве, то только в сражении за Восток, Африку и Латинскую Америку. И вот как раз на этом, реальном, фронте никакого поражения не наблюдается. Победы пока, правда, тоже. Но симпатии этого мира, составляющего три четверти населения планеты и львиную долю ее ресурсов, явно склоняются в нашу сторону. Но «третий мир» не готов ввязываться с Западом в реальную драку на нашей стороне. Риск слишком велик. И чтобы потянуть чашу весов на себя окончательно, нам нужно просто выиграть сражение за Украину.
А тут все решают не пресс-релизы и душещипательные ролики, а котлы, артиллерийские дуэли, бомбово-штурмовые удары и танковые прорывы. А с этим мы справляемся гораздо лучше.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ