Марина Ахмедова, журналист и писатель: В Донбассе я впервые в жизни столкнулась с насилием и много раз становилась его свидетелем. Я встретила там людей, которые были такие как я – верили во все то, во что верила я, говорили как я, думали как я. Их убивали именно за это! За то, что они вот такие. И я каждый раз это чувствовала так, будто убивали саму меня. Нелегко часто быть убитой. Я хотела, желала, ждала, чтобы это насилие прекратилось. И сейчас я чувствую себя очень свободным человеком. Историческое решение только что принято. И я, как свободный и тоже неслабый человек, говорю: я поддерживаю президента. Я уверена, что ему нужна наша поддержка, и мы должны ему ее сейчас оказать. Источник

Петр Толстой, заместитель председателя Государственной думы: Это большой праздник не только для жителей Донецка и Луганска, но и для каждого русского человека.

Жаль, что не сделали этого раньше, восемь лет надеясь на то, что Киев начнет исполнять Минские соглашения, что Европа откроет наконец глаза и увидит весь ужас происходящего на Юго-Востоке Украины все эти годы, что-то тщетно пытались доказать на разных международных площадках, возлагали тщетные надежды на Контактную группу. Последние дни показали, что ждать больше просто нельзя: лично для меня точкой невозврата стало заявление Шольца о том, что геноцид в Донбассе – это смешно и нелепо. Дальше пытаться обсуждать с этими людьми судьбу республик бессмысленно. Источник

Алексей Чеснаков, директор Центра политической конъюнктуры: Решение о признании ДНР и ЛНР Путин демонстративно сопроводил важным и однозначным сигналом Киеву – в случае продолжения с украинской стороны боевых действий против республик Донбасса, Россия может пойти на следующие политические и военные шаги. Новая реальность требует готовности к новым инструментам. Источник

Владимир Аватков, старший научный сотрудник ИМЭМО РАН: Президент Сербии отметил, что решение Путина по Донбассу полностью меняет мировой порядок. Точнее не скажешь. Мы присутствуем при рождении нового постукраинского мира. Источник

Анна Долгарева, поэт: О Господи. Я плачу. Плачу. Я не думала, что я доживу до этого. Я приехала в Донбасс двадцатишестилетней девчонкой, только что похоронившей своего капитана-артиллериста. Я думала, эта война не кончится, что я не доживу до ее конца, что впереди только бесконечные похороны друзей. А потом нам запрещали давать ответку. Нас убивали, а мы молчали. И вот теперь война близка к концу. Уже подписан договор о дружбе и сотрудничестве. НАКОНЕЦ НАСТУПИТ МИР. Источник

Герман Садулаев, писатель: Это значит, что войны в ближайшее время не будет. Россия официально и открыто по договору о взаимопомощи введет в республики 150-ю МСД. И/или другие в/ч. Они подойдут к фронту. На обстрелы дадут такую ответку, что желание ВСУ играть огневой пинг-понг сильно поубавится. Вооружения отведут. Планы по вторжению в Донбасс отложат до лучших времен. Вторгаться, зная, что там ВС РФ, дураков нет. Так что война всё, считайте, что закончилась. Источник

Алексей Топоров, журналист: Донецк сотрясается от салюта. Не верится прямо. И плакать хочется. Из-за тех, кто не дожил. Как живые стоят передо мной, и тоже радуются. Это случилось. Пока не понял в каких границах, надеюсь, что в настоящих, весны 2014 года. Слава Богу за все! Источник

Дмитрий Михайлин, медиаменеджер: Единственное, о чем жалею – что Путин слишком молодой. Что он не стал президентом России в 1991 году. Источник

Евгений Супер, журналист: Вот и хорошо. Еще один камень с души сброшен. Источник

Марат Баширов, политолог: Этого решения ждали весь 2014 год, а оно случилось сегодня. Многие не дожили, но сегодня среди них отдельно вспомню Валеру Болотова, с которым меня судьба свела в июне 2014 года в Луганске. Простой парень из Таганрога, десантник, а потом первый глава ЛНР. Человек, который не зная всех геополитических раскладов, следовал зову предков и исторической памяти. Так многие в том году принимали решения. Источник 

Алексей Куприянов, научный сотрудник ИМЭМО им. Е.М. Примакова РАН: У меня, честно говоря, странные и двойственные чувства по поводу сегодняшних событий. С одной стороны, все только начинается: ни о какой деэскалации пока и речи нет, просто на одном из участков фронта новой холодной войны изменилась обстановка. С другой – на этой войне у меня погибли двое знакомых. Один – молодой историк из Донбасса, записался в ополчение, погиб от разрыва мины. Второй – давний товарищ Алексей Марков, ставший впоследствии командиром «Призрака» и разбившийся в автокатастрофе. Еще двое знакомых сейчас сидят в окопах на Донбассе, и я рад, что они смогут вернуться домой: один – в Луганск, второй – в Москву. Для них, как и для 3,6 млн населения республик Донбасса, после восьми лет обстрелов, тревог, гибели близких наконец наступил мир. По крайней мере, очень хочется на это надеяться. Источник