Я сейчас одну страшную вещь скажу, которую в наше время многие могут счесть камингаутом. Я либерал. Я либерально оставляю за каждым право на мнение, отличное от моего, если оно укладывается в рамки морали и Уголовного кодекса. Ну если, конечно, этот человек не пытается свое мнение, отличное от моего, мне навязать или вынести моему мнению оценочное суждение в резких тонах. Тогда мой либерализм быстро кончается.

Я давно заметил, что если хочешь найти нормального либерала, ищи его в «ватных» рядах. Потому что те, кто демонстративно вешает себе медаль «либерала», чаще всего являются крайне нетерпимыми к любой точке зрения, которая не укладывается в их мировоззрение. Их называют «либералами», псевдолибералами и даже либерастами. Этим борцам за «истинную свободу» были бы к лицу кожаные тужурки, пенсне и маузеры. Слава Богу, что на маузеры они, скорее всего, не прошли бы медкомиссию. В своей непримиримости они сто очков вперед дадут «комиссарам в пыльных шлемах», потомками которых, впрочем, зачастую и являются. Такова сама суть современного «либерализма» и его «толерантности», ставшей эффективным орудием истребления всякого инакомыслия. Плюрализм и толерантность, которых требуют либералы от других, для них самих не являются обязательными.

К этой братии принято относиться с легким презрением и насмешкой. Был в их жизни момент, когда они могли реально качнуть Россию, но бездарно профукали кредит доверия, начав грызться даже между собой. Да так, что их маргинальность стала настолько очевидной, что оттолкнула от них даже тех, кто в принципе к властям относился с неодобрением. Но относиться к ним как к безобидным клоунам – серьезная ошибка.

Откровенно вражеские методы «пятой колонны» российской оппозиции, ориентированной на Запад, из подрывной агитации все больше стали напоминать диверсионную деятельность, нацеленную на базовые российские ценности. Заметьте, не на власть, которая оказалась им не по зубам, а именно на основы нашего мира. Многие из них «сделали ноги», резонно опасаясь за то, что в условиях СВО их действия уже с очень серьезной вероятностью могут привести их на скамью подсудимых с перспективой реального срока. Но то, что они теперь вещают из «прекрасного далека», не должно успокаивать. В наше время границы вещь достаточно условная.

Псевдолиберальные медиа, существующие в том числе и на деньги иностранных спонсоров, ведут по-геббельсовски системную, всеобъемлющую войну против российской идентичности, выражающуюся в том числе в потоках помоев на каждый значимый для России день, будь то праздник или день скорби, и на каждую пользующуюся доверием людей структуру, будь то армия, Церковь или президент.

Да, святых на Земле нет, так или иначе все грешны. И безусловно все процессы, структуры, явления имеют свои недостатки, и конструктивная критика нужна, а замалчивание проблем недопустимо. Но есть серьезный нюанс между тем, на что направлена критика – на избавление от недостатков и в конечном итоге на укрепление структуры или на ее уничтожение. Так вот, «либеральная» пропаганда направлена исключительно на разрушение российского общества и государства. Модернизация имеющейся системы для них неприемлема. Как и их предшественники, они имеют в виде метода действия «до основанья, а затем». Вот только сверхидеи всемирной справедливости и освобождения от оков, какая была у революционеров начала прошлого века, у них нет. Вместо нее только разрушение.

Ситуация не нова. Те, кто знает историю, легко проведут аналогии. В свое время масоны-февралисты взахлеб клеветали на Российскую империю, чтобы превратить Россию в рабу Запада, а «демшиза» позднего СССР обвиняла коммунистов во всех грехах с целью уничтожения слишком гуманной советской цивилизации по известной формуле «целили в коммунизм, а попали в Россию». Но если среди «демшизы» было очень много романтиков-бессребреников, идейных антикоммунистов, то нынешние «либералы» – народ в большей степени продуманный и расчетливый. «Либералы», работая на уровне подсознания или по чьим-то поручениям, целят в идентичность нашего народа.

Наше общество не монолитно. Но все же сцементировано теми самыми скрепами, что так бесят ироничных либералов и являются мишенью их злых якобы шуток. Расковырять этот цемент и является их первейшей задачей. Службу в храме Вооруженных сил эти люди называли «балом сатаны», а сам храм для них любимая цель. Потому что тут на одном месте сошлись три наших скрепы – воинская слава, великая Память и православие. Сами они выбирают себе цели? Это даже не смешно.

Современный либерализм отечественного помола отчетливо напоминает отверточную сборку, когда на завод привозят детали, сделанные за рубежом, а местные «мастера» просто свинчивают из них нечто, придуманное не ими. И в этом современный «русский либерализм» радикально отличается от либерализма истинного, включая русский либерализм прошлого-позапрошлого веков. Смысл существования современного либерализма как политического течения заключается в уничтожении нашей страны, народа и цивилизации. Они с радостью используют наши недостатки против нас. Но если в России происходит что-то стоящее – оно должно быть оболгано, очернено и растоптано в полном соответствии с максимой Латыниной «у русских не может быть героев – они могут быть только жертвами!». Это касается всего: и культуры, и праздников, и народных обычаев, и достижений государства, которые у него есть.

Парадоксом современной России и ее руководства является то, что у руля стоят действительно либералы, в исходном понимании этого термина. Они действительно либерально относятся к проявлениям инакомыслия, что бы там ни говорили противники «прижима». «Кровавые репрессии» российских властей на фоне «западных свобод» смотрятся детским утренником. Уголовные дела возбуждаются только по совсем уж вопиющим случаям, когда закрыть глаза уже решительно невозможно. И это во время боевых действий, когда выступления против наших войск являются действительно вражескими!

Толерантность имеет свои пределы. Мы на войне, и она шире, чем СВО. Война идет за гораздо более глубокие вещи. Цель противника – наша самоидентификация. Именно в это целят те, кто цинично называет себя либералами. Вопрос в том, хотим ли мы сами ощущать себя целью? Или нам самим пора переходить к активной фазе обороны, не дожидаясь, когда за нас это сделают наверху?