Постоянная тема шуток в интернете – превращение рядовых пользователей Сети в экспертов по чему угодно: ракетостроению, латиноамериканской, арабской или иранской культуре и политике, оружию всех типов, разведке и контрразведке, финансам и медицине. «В этом месяце число экспертов сократится в связи с началом школьных каникул», «Астрологи предсказали на этой неделе рост числа специалистов по боевым отравляющим веществам». Все это, конечно, забавно, потому что все эти «эксперты» (как и их аудитория) бесконечно далеки от принятия реальных решений, их слова ни на что никак не влияют.
Но бывают ситуации, когда для такого «любительского экспертного сообщества» наступает звездный час – оно действительно влияет на ситуацию, его суждения отражаются на положении дел в стране, на благосостоянии, здоровье и даже жизни множества людей. Такую ситуацию мы переживем сейчас. Между «экспертами-любителями» и теми, кто профессионально трудится в сфере здравоохранения, возникает острая конкуренция – в Сети уверяют, что в Минздраве (причем не только российском, но и других стран) засели коварные злодеи, и слушать их ни в коем случае нельзя. А вот кого можно слушать – так это полных незнакомцев в Сети, о которых вам не известно ничего, кроме имени, которое очень часто оказывается псевдонимом.
Я не специалист в области иммунологии и не могу оценить доводы, требующие соответствующего образования. Мне остается полагаться на мнение других – и выбирать, к какому из спорящих голосов отнестись с доверием. Вопрос «кого слушать», когда речь идет о нашей жизни и здоровье, стоит того, чтобы рассмотреть его со всей тщательностью – чем мы и займемся.
Итак, кто такой эксперт? Мы уже привыкли, что так называют людей, которых приглашают в студии разговорных передач – иногда они разбираются в предмете, о котором идет речь, иногда – нет. Но если мы ищем человека, который разбирается, то он должен обладать некоторыми очевидными качествами.
Во–первых, он не должен быть анонимен. Анонимный эксперт – это противоречие в определениях. У эксперта должны быть имя, фамилия, должность, место работы, фотография. Вы должны иметь возможность пойти на сайт N-ского института и удостовериться, что это медицинское (или иное) светило реальный человек и там работает. Люди, которые выходят в Сеть под псевдонимами и с чужими фотографиями, представляясь «учеными» или «медиками», заслуживают не большего доверия, чем «дочери офицеров». Эксперт должен принимать на себя ответственность за свои слова. Если он не хочет этого делать, то его притязания давать вам указания, касающиеся вашей жизни и здоровья, благоразумно будет отклонить. Да чего угодно касающиеся.
Во-вторых, эксперт должен приложить значительные усилия для овладения предметом. Человек, основывающий свои суждения на прочитанных по диагонали статьях в интернете – не эксперт. Завсегдатай форумов, который пересказывает встреченные на них мнения – не эксперт. Эксперт – это тот, кто годы учился в профильном вузе, сдал экзамены, получил диплом, потом еще годы практиковал в этой области.
В-третьих, это должен быть эксперт именно в интересующей нас области. Известный псевдоисторик академик Фоменко – действительно академик. У него действительно есть научные работы, которые я не могу критиковать, потому что у меня не хватает компетенции хотя бы понять их. Но академик он в области математики – что же до его исторических трудов, то они поражают (и не только специалистов-историков) своей фантастической безграмотностью. Медицина – область, в которой существуют специализации. Добросовестный гинеколог не даст вам консультации о болезнях глаз. Превосходный кардиохирург не поможет вам с язвой желудка. Они отправят вас к профильным специалистам. Если человек работает (в целом) в области медицины, это еще не делает его суждения по всем медицинским проблемам экспертными.
В-четвертых – отметим это в конце, как самое важное – эксперт должен принадлежать к профессиональному сообществу. Эксперт выступает не как гуру и провидец, а как представитель науки. Наука (и медицинская наука в частности) есть дело коллективное, накопление и проверка знаний происходит в международном научном сообществе. Научные открытия становятся частью наших знаний о мире не тогда, когда о них сообщают одинокие гении – а когда их подтверждают другие представители ученого мира. Другие люди, которые отучились и работают в этой сфере, должны признавать эксперта, о котором идет речь, своим. Они должны подтвердить: «мы знаем этого человека как компетентного и добросовестного специалиста». Например, Национальный исследовательский центр эпидемиологии и микробиологии имени почетного академика Н.Ф. Гамалеи, где разработана вакцина «Спутник V», известен и признан во всем мире, вакцину закупают в других странах, где могут оценить ее эффективность, известный журнал «Ланцет» оценивает ее качество весьма высоко. Бывает (редко), что человек из профессионального сообщества выпадает – он увлекается телегонией, летающими тарелками, ВИЧ-диссиденством, «памятью воды», еще чем-нибудь, и его коллеги с глубокой печалью говорят, что он больше не представляет их цех. Это как с расстригами в Церкви – личность-то он, может, и яркая, и прошлые заслуги у него большие, а только говорит он уже не как клирик Церкви.
То, что мы наблюдаем сейчас – это конфликт двух экспертных сообществ. С одной стороны, эксперты, которые соответствуют указанным четырем критериям: известны, они годами учились и практиковали, они специалисты именно в этой области, их собратья признают их компетентность. С другой – эксперты из интернета, которые говорят, что мы должны верить именно им. Могут ли признанные представители научного (в данном случае, иммунологического) сообщества согласно между собой говорить неправду? Теоретически это не исключено. Мы можем представить себе ситуацию, когда научное сообщество в какой-то стране (или группе стран) находится под сильным идеологическим давлением со стороны государства – как это было, например, у нас во времена лысенковщины. Но в нашем случае это не так по ряду причин.
Во-первых, вакцинацию против ковида проводят разные государства, идеологически не имеющие ничего общего, а политически находящиеся в сложных отношениях. Россия, Китай, США, ЕС, Израиль, Латинская Америка – где здесь общая идеология, суровое давление которой искажало бы позицию ученых? Мы – на данный момент – не живем в условиях глобальной тоталитарной диктатуры, которая могла бы подмять под себя ученых во всех странах.
Во-вторых, случаи такого давления открыты и очевидны – людям прямо и без обиняков объявляют, что буржуазная лженаука генетика противоречит марксизму-ленинизму, или данные их исследований подпитывают злые фобии и угрожают уязвимым меньшинствам. В данном случае мы такого не наблюдаем – какие идеологические активисты нависают одновременно над русскими, китайскими и американскими учеными, требуя от них подгонять их суждения по вакцинам под идеологию (да и какую)?
Иначе говоря, по отношению к профессиональным сообществам – в частности, медицинскому – имеет смысл подходить с презумпцией невиновности. Если я полагаю, что медицинские сообщества всех стран некомпетентны, злонамеренны или находятся под внешним давлением – на мне лежит обязанность это как-то обосновать. Насколько это вероятно? Могут ли как Министерство здравоохранения России, так и аналогичные сообщества во всем мире – в США, в Китае, в Европе – состоять из людей некомпетентных или коварных обманщиков? Может ли, с другой стороны, быть некомпетентным человеком блогер – эксперт по всем вопросам из Сети? Может – и, более того, это намного более вероятно. Его никто не контролирует, он не сдавал никому экзаменов, он не несет ни за что ответственности, он не рискует профессиональной репутацией, которой у него нет с самого начала, за ним не стоит никакого профессионального сообщества, которое могло бы его поддержать или оспорить – он может нести вообще все что угодно без каких-либо последствий.
Как мы дошли до жизни такой, что паникеры в социальных сетях принимаются с большим доверием, чем заслуженные профессионалы – вопрос отдельный и печальный. Мы пока можем остановиться на том, что нам стоит успокоиться и подумать: кому благоразумнее доверять свою жизнь и здоровье – сообществу ученых и медиков или толпе блогеров? Большинство из нас, столкнувшись с серьезными медицинскими проблемами, обращаются к специалистам, а не к интернету. Мы не лечим злокачественную опухоль, язву желудка или разрыв сетчатки на сетевых форумах. Это было бы чрезвычайно безрассудно. Нам обычно дороги наша жизнь и здоровье. Ситуация с вакцинами аналогична. Свое здоровье – и здоровье близких – стоит доверять именно специалистам.