Санкции, введенные Евросоюзом против Белоруссии, и ответные санкции Минска вызвали недоумение у многих наблюдателей. Это тот случай, когда название не отвечает содержанию, а апломб и риторика, с которыми вводятся взаимные ограничения, не соответствуют реальному ущербу, который противники наносят друг другу.
ЕС ввел санкции против нефтяной, металлургической и калийной промышленности Белоруссии. Казалось бы, в этом списке перечислены главные и наиболее чувствительные товары белорусского экспорта. Но не тут-то было. Если заглянуть не в пресс-релиз Совета ЕС, а в официальный журнал Евросоюза, мы узнаем, что ограничения введены только в отношении отдельных товарных позиций. Например, в случае нефти и нефтепродуктов – это битум и нефтяные парафины, тогда как бензин и дизтопливо – главные товары белорусской нефтянки – под санкции не попали. В случае запрета на ввоз калия в действительности речь идет только о техническом калии, применяемом в химпроме и металлургии, тогда как калий, используемый как минеральное удобрение, санкции также избежал.
Минск, в свою очередь, грозно хмурясь, спустя несколько дней после объявления санкций Евросоюзом вышел из инициативы «Восточное партнерство», которая с момента избрания Александра Лукашенко для Белоруссии и без того утратила актуальность, а также запустил процедуру выхода из соглашения о реадмиссии, давая понять, что ни выпускать политзаключенных из страны, ни впускать в нее беглых оппозиционеров не намерен. Оба жеста – скорее символические и никакого отношения к экономическим контрсанкциям не имеют.
Тем временем Москва устами своего посла в Белоруссии Евгения Лукьянова заявила, что не бросит Минск и будет поддерживать его вплоть «до самых критических обстоятельств». Что понимается под такими обстоятельствами, не сказано. Россия уже предоставила свои порты Белоруссии для транзита грузов, которые ранее отправлялись через порты Прибалтики (что, вероятно, выгодно), а Россельхознадзор почти в ежедневном режиме снимает для белорусских агропредприятий запреты на импорт продукции в РФ (здесь выгода не столь очевидна, учитывая скорость и срочность снятия ограничений).
На днях замгоссекретаря США Виктория Нуланд в очередной раз обратила внимание на действия России на белорусском направлении. Намек прозрачен: российская поддержка Минска может стоить очередных санкций уже против самой Москвы. О необходимости введения новых антироссийских санкций, поводом для которых служит белорусский кейс, открыто говорят и в ЕС.
Повод для санкций найдется – было бы желание. Но стоит задуматься вот о чем. Что именно получает Москва, ввязываясь в чапаевскую партию с центром пересечения в Минске? О необходимости ускорить интеграционные процессы в контексте санкций много говорит и Александр Лукашенко, и белорусский премьер Роман Головченко. Но как движется интеграционный процесс на самом деле, а также включает он только экономическую часть, либо на повестке стоит и политическая интеграция, пока не ясно. Ясно одно: даже если и есть какое-то движение вперед в рамках построения Союзного государства, пока что оно не может претендовать на роль локомотива интеграционных процессов в рамках более крупного объединения стран, каким является Евразийский экономический союз.
Ни Казахстан, ни тем более Армения с Киргизией не готовы отвечать «за грехи Лукашенко». Именно этим объясняется провал белорусской дипломатии, которая так и не смогла продвинуть контрсанкционную повестку на уровень ЕАЭС. Нур-Султан пообещал Минску поставки нефти и нефтепродуктов (вероятно, это также один из способов снизить риски для российских нефтяных компаний), но не более того. С точки зрения Казахстана, ЕАЭС – это прежде всего экономическое объединение, а не политическое. В этом смысле Союз очень непохож на свой европейский аналог.
Возможно, участие Москвы в белорусских делах даже в большей степени, чем европейскими санкциями, продиктовано участием в них Китая, который, будучи экономической сверхдержавой, как и США, ищет возможности продвижения своих интересов в любой точке мира. Ревность Москвы к активности своего союзника на территории другого союзника может подталкивать Россию к более активным действиям на белорусском направлении.
Но здесь для России главное не побежать впереди паровоза. Санкционные игры Минска и Брюсселя – это все еще про переговорные позиции, а не про сжигание мостов. А потому не стоит спешить вставать грудью за союзника, который не устает ежедневно напоминать европейцам о готовности к компромиссу и диалогам (такой посыл содержится почти в каждом послании белорусского МИДа в адрес ЕС).