Политическая картина на предстоящих армянских выборах весьма пестрая. В выборах принимает участие 26 различных партий и блоков – казалось бы, много для такой маленькой республики. Но все более-менее стоящие политики ощущают важность исторического момента – и хотят внести свою лепту. Страна находится в глубочайшем кризисе: она потеряла большую часть Нагорного Карабаха, сейчас теряет уже собственные территории (которые оккупируются Азербайджаном при пассивности или даже молчаливой поддержке нынешних армянских властей во главе с Николом Пашиняном). Поэтому каждый политик мечтает о том, чтобы волна кризиса вынесла его на политический Олимп – как вынесла Пашиняна в 2018 году.
Россия в армянские внутренние разборки старается не вмешиваться – как не вмешивалась и в 2018-м. Причин тому две. Во-первых, российские власти в принципе стараются открыто не лезть во внутренние дела суверенных стран (это один из столпов отечественной внешней политики). Во-вторых, в обществе сложилось стойкое убеждение, что, кто бы ни победил в Армении, он волей-неволей будет абсолютно пророссийским политиком. Иначе вроде как и быть не может – Армения на сегодняшний день полностью зависит от России и в плане экономики, и в вопросах безопасности.
Однако на практике эта зависимость не мешает армянским выборам приобретать крайне неприятное для России и ее интересов звучание. Причем сразу по двум направлениям.
Прежде всего, сейчас в Армении (еще раз – полностью зависящей от России) наблюдается резкий рост антироссийских настроений, на которых пытается пиариться целый сонм местных популистов и западных грантоедов. Причиной этих настроений стала пассивная позиция России (как военного союзника и гаранта безопасности Армении) во время недавнего вторжения азербайджанских войск на армянскую территорию возле Черного озера – армяне уверены, что Россия должна была силой защитить суверенитет союзника, а не вести бессмысленные и в чем-то даже унизительные переговоры с азербайджанской стороной о выводе войск.
Да, эксперты, конечно, объясняют логику действий российской стороны. Для Москвы было бы, мягко говоря, неразумно применять силу для защиты союзника по ОДКБ в ситуации, когда сам союзник (в лице премьера Армении Никола Пашиняна) эту силу не применяет. Вместо того, чтобы ударить по вторгнувшимся азербайджанским войскам, а потом уже просить Москву о помощи, господин Пашинян сам «ведет переговоры». Вероятно, по просьбе своих заграничных друзей – для того, чтобы дискредитировать ОДКБ и Россию как гаранта безопасности. А также подтвердить не раз озвученный его окружением тезис, что Карабах азербайджанцам он не сдал, а потерял «из-за предательства России».
Однако электорату такие сложные схемы объяснить сложно – людям куда проще заходит информация пропагандистов Пашиняна и других прозападных сил о том, что «это Россия нам запрещает применять силу против интервентов». Ну и логичные выводы из этой информации – из серии «нам нужно срочно менять союзника». Например, на Францию, президент которой Эммануэль Макрон жестко потребовал от Азербайджана вывести войска. Конечно, за его словами ничего не стоит, и войска свои Макрон в Армению не отправит, и защищать ее не будет – но ведь говорит правильные слова! А для простых людей (тем более переживающих сейчас невиданное для страны национальное унижение) форма часто важнее сути. Вот и начинают армяне посматривать на Запад.
Да, не все – большинство армян не настолько отчаялись, чтобы выключить мозги, поэтому остаются пророссийскими. Однако тут возникает другая проблема. Помимо очевидных политиков, ориентированных на Россию и готовых восстанавливать испорченные при Николе Пашиняне российско-армянские отношения (главным из которых является личный друг Владимира Путина Роберт Кочарян), есть те, кто мимикрирует под «пророссийских политиков». В лучшем случае это популисты-перевертыши, а в худшем – откровенные мошенники.
Остапы
Среди них, например, глава Демократической партии Армении Тигран Арзаканцян – «наш местный Остап Бендер», как его называет один мой ереванский товарищ. Владелец обанкротившегося коньячного и пока еще существующего золотого бизнеса, наделал в Москве долгов примерно на 100 миллионов рублей, затем вернулся из Франции в Ереван, приобрел себе партию и пошел на выборы как «пророссийский» политик.
При этом главным символом пророссийскости Арзаканцяна являются не его дела по укреплению российско-армянских отношений (не считать же таковыми долги в российских банках), а его жена – бывшая супруга российского бизнесмена Аркадия Ротенберга Наталья. Людям пытаются объяснить, что через три рукопожатия Арзаканцян вхож к Путину, что, конечно, не так. Что он может «решать вопросы» и вытащит Армению из того тупика, в который страну загнала политика Никола Пашиняна.
При этом любой результат на выборах «Остапов Бендеров» – а в Армении их вагон и большая тележка – станет для Москвы проблемой. Если они пройдут в парламент, то начнут там заниматься чем угодно, только не укреплением российско-армянских отношений – и тем самым дискредитируют образ пророссийского политика. Если они не пройдут, то оттянут на себя пусть и малую, но все-таки часть голосов у Роберта Кочаряна (который, напомним, вхож к Путину через свое личное рукопожатие).
Конечно, у российского читателя возникает вопрос: а почему это Москва должна беспокоиться о судьбе Армении? Если армяне не учли уроки правления Пашиняна, если после потери Карабаха не осознали всю пагубность ухудшения отношений с Москвой, если до сих пор верят в «многовекторность» и наличие альтернативных России гарантов безопасности – то скатертью дорога. Если они после избрания Пашиняна в 2018 году снова готовы проголосовать за аферистов, которые, как политические серферы, взлетают на волнах кризисов – скатертью туда же. Пусть только потом не обижаются на переименование Еревана в Эрдоганобад.
Так-то оно так, однако есть маленькое но – потеря Армении грозит большими неприятностями не только армянам, но и России. Если Ереван выпадает из сферы влияния Москвы, то Россия лишается единственного союзника на Кавказе. Армяне могут быть сложными, распальцованными, наивными или банальными понторезами – но других союзников в регионе у России нет. Азербайджан находится под жестким контролем Турции, а Грузия – Соединенных Штатов. Да, грузины колеблются – они понимают, что Штаты не могут защитить их от ползучей экономической оккупации со стороны Турции, однако у грузинских элит не хватает мозгов и/или политического мужества выбрать из двух зол, первое из которых – признание независимости Южной Осетии и Абхазии, второе – турецкая экономическая оккупация, наименьшее. И начать наконец нормализацию отношений с Москвой. В итоге с потерей Армении Россия получит контролируемый Турцией санитарный кордон от Черного до Каспийского моря, который отрежет РФ от Ближнего Востока.
Подобные перспективы, мягко говоря, не радуют, поэтому Москве стоит убрать в сторону попкорн и четко артикулировать свои позиции по Армении. Обозначить, кого она считает пророссийскими политиками (и помочь им набрать рейтинг – например, личными встречами, после которых Кремль предпринимает какие-то реальные и демонстративные шаги по защите армянского суверенитета), а кого – мимикрирующими под «российских друзей» авантюристами, к которым Москва никак не причастна. И – еще раз – сделать это не ради Армении и армян, а ради защиты собственных интересов в собственном кавказском подбрюшье.