«Золушка» будет «гендерно нейтральной» – фею играет немолодой чернокожий актер Билли Портер. Это вызвало в русской Сети волну насмешек. Для нас, действительно, мужчина в женском платье на сцене – персонаж однозначно комический.
Но «Золушка» – это не комедия, а детская сказка, и усатый фей там не для того, чтобы вызывать смех, а для того, чтобы продвигать определенную идеологическую повестку. Как сказал об этом сам Портер (демонстративный гей и трансвестит), «Думаю, новое поколение действительно к такому готово. Дети – готовы. Это взрослые тормозят». В США мероприятия вроде Drag Queen story hour – когда одетый в женское платье и покрытый тяжелым гримом гомосексуалист в детской библиотеке читает книжки малышам – проходят уже давно, несмотря на протесты консервативной общественности.
Целенаправленное вовлечение детей, которые и читать-то еще не научились, в мир ЛГБТ-субкультуры – политика, которая проводится уже годами. Маленькие мальчики, которые в кричащих нарядах исполняют эротические номера перед взрослыми мужчинами – как, например, Desmond is amazing – вызывают ворчание у консерваторов, но никакой негативной реакции у властей.
Но пока все это происходит по ту сторону океана, это можно счесть чужой проблемой. В наших детских библиотеках ничего подобного не происходит – и слава Богу. Но вот электронная продукция, которая моментально достигает любой точки мира – и России в том числе – создает другую ситуацию. «Гендерно нейтральная фея» на самом деле далеко не первый пример ЛГБТ-пропаганды в развлекательной продукции для детей, в том числе самых маленьких. Выпущены уже десятки мультсериалов, которые внушают детям, что вступать в интимные отношения с лицами своего пола – или относить себя к противоположному – нормально и даже здорово.
Если бы речь шла об американских детях, мы могли бы счесть это не нашей проблемой. Но речь идет о детях во всем мире – включая Россию. Конечно, если вы выразите встревоженность, это вызовет срабатывание стандартных реакций – вас обвинят в «моральной панике», объявят «моралфагом» и заподозрят в намерении устроить домострой, а также шариат. Но мы не должны этого пугаться. Пропаганда извращений наносит детям тяжелый вред, и это уже вполне несомненно.
Когда у нас принимали закон о запрете пропаганды извращений детям (это было в 2013 году, и закон до сих пор вызывает раздражение на Западе), противники этого закона уверяли, что человека – ни ребенка, ни взрослого – невозможно вовлечь в подобный образ жизни пропагандой, что принадлежность к «геям» или «трансгендерам» – это врожденное и неизменное состояние, как цвет глаз. Это тезис уже тогда был неосновательным, а теперь его ложность доказана за пределами всяких разумных сомнений. Статистика показывает, что число людей, относящих себя к «сексуальным меньшинствам», в либеральных странах растет, причем растет взрывообразно. В Швеции число девочек 12–17 лет, которые считают себя мальчиками, выросло с 2008 по 2018 год на 1500%.
Шведские медики даже недавно отказались – локальная победа здравого смысла – давать таким девочкам гормоны, подавляющие половое созревание, что обычно делалось для того, чтобы подготовить ребенка к операции по «перемене пола». В США рост несколько ниже, но все равно – в разы, причем, как показывают опросы Гэллапа, чем люди моложе, тем больше среди них представителей «сексуальных меньшинств». Это невозможно объяснить какой-нибудь «генетической аномалией». Такой рост – проявление именно моды и пропаганды.
Пропаганды, которая принесет такие же плоды и у нас, если ей не мешать. Поэтому мешать ей, конечно, надо. В эпоху глобального интернета электронный контент невозможно сделать недоступным – но можно позаботиться о том, чтобы его не было в кинотеатрах, куда люди ходят отдохнуть, не задумываясь о том, что им покажут, и на вещающих на Россию стриминговых платформах. Конечно, те, кому сильно надо, скачают на торрентах – но по крайней мере им придется для этого приложить некоторые усилия, а у нас в стране развратители детей хотя бы не смогут заработать на своем преступлении. Законодательная база для этого уже есть, и ее не нужно стесняться применять. Но эти меры, при всей их необходимости, недостаточны. Инстинктивно отвергать растление – уже хорошо, но важно понять, во имя чего мы это делаем. Какова наша собственная идентичность и собственные ценности. В этом отношении мы, как общество, блуждаем между тремя вариантами понимания того, кто мы такие.
Небольшая, но влиятельная и шумная группа либералов говорит о том, что мы – неполноценный и недоделанный Запад, и нам следует, пойдя в смиренные послушники к Западу настоящему, попытаться стать частью «цивилизованного мира». Это мировоззрение с самого начала не было убедительным – а теперь, когда сам Запад переживает острый внутренний раскол, и подавно. Та Америка, которая была столь привлекательной в годы нашей юности, сегодня терпит поражение от своих внутренних врагов, а принимать BLM за образец как-то не хочется – да и непонятно зачем.
Второй вариант – советская ностальгия, попытка реанимировать – хотя бы на чисто символическом уровне – рухнувший проект 1917–1991 годов, причем, назло врагам, наиболее мрачные его фигуры. Ностальгию можно понять – все мы, земную жизнь пройдя наполовину – или, тем более, на три четверти – со светлой печалью вспоминаем времена, когда мы были прекрасны, юны и свежи. Но это ничего не меняет в провале самого проекта – богоборческая идеология марксизма-ленинизма оказалась ложной, и теперь это мало кто оспаривает.
Третий, и на самом деле единственный, реалистичный вариант национальной идентичности – это осознание подлинных корней нашей тысячелетней истории. Европейская цивилизация имеет три источника – греческую философию, римский государственный и юридический гений, и более всего – библейское откровение. Крещение Руси сделало нас наследниками всего этого, и когда наши предки называли Москву Третьим Римом, это не было геополитической или канонической претензией – это было осознанием того, что мы оказались, по воле промысла, наследниками Восточной Римской империи, откуда к нам пришло христианство. Античные философы, христианские апостолы и святые, римские законодатели – все они стали нам своими, когда мы приняли крещение. И, получив это наследие, мы тысячу лет строили на нем – и построили – одну из великих европейских культур. У нас есть огромный мир истины и красоты – и то размалеванное безумие, которое поразило Запад, не станет соблазном для наших детей, если мы наконец твердо решим признать этот мир своим.
Мы русские, православные, нашей цивилизации не сто лет и не тридцать, а уже больше тысячи. Мы возносим в наших храмах те же молитвы, что и наши предки столетия назад. Мы унаследовали лучшее, что есть в этом мире – христианскую веру и классическую европейскую культуру. В нашей истории было и страшное время отпадения, но оно прошло. Когда мы определимся с этим, у нас будет достаточно ясное понимание реальности, чтобы отвергнуть все то жалкое и болезненное уродство, которым медийная элита США отравляет весь мир. Но это не самое важное. Важнее, что мы наконец, в духовном и культурном смысле, вернемся домой.