При всей важности для международной стабильности того, что происходит сейчас в США, нельзя забывать и о ближайших соседях России. Хотя все они без исключения и представляют собой величины слишком малые для того, чтобы события там угрожали российской безопасности, отношение к ним по остаточному принципу было бы, наверное, легкомысленным.
Еще несколько месяцев назад мы не знали, насколько критическим является отношение значительной части населения Белоруссии к правительству Александра Лукашенко и как слаба в реальности армия дружественной Армении по сравнению со своими главными противниками. Решение обеих проблем, а по сути – спасение Минска и Еревана от катастрофы – потребовало от Москвы серьезных усилий во время борьбы с пандемией внутри. В случае с Нагорным Карабахом это даже привело к трагической гибели двух российских военных.
Для того, чтобы избежать плохих сюрпризов в будущем, нужно уже сейчас внимательно относиться к тем случаям, которые могут быть индикаторами будущих неприятностей. Тем более, что новые власти в США явно попробуют и дальше раскачивать ситуацию по периметру российской границы. Даже если сейчас обстановка внутри той или иной страны по периметру наших границ и не вызывает особых опасений.
Как, например, в Казахстане, где на уходящей неделе состоялись очередные выборы в главный законодательный орган власти. На этих выборах предсказуемо победила правящая партия первого президента и основателя первой единой казахской государственности Нурсултана Назарбаева. Остальные, допущенные к участию в выборах политические силы смогли получить настолько незначительное количество голосов избирателей, что их участие в законотворчестве можно будет считать символическим. Многие независимые от властей наблюдатели указывают на колоссальное количество испорченных бюллетеней – около 300 тысяч, что также может вызвать ухмылку, если рассуждать с позиций демократической ортодоксии. Скоро будет сформировано правительство, хотя его состав также вряд ли изменится. По меньшей мере о необходимости сохранить кабинет в прежнем составе уже заявил главный источник власти в республике – сам Назарбаев.
К выборам по части прозрачности проведения и соблюдению процедур предъявили претензии европейские организации, участие в которых вызывает гордость у казахстанских властей, например, ОБСЕ. Европейский союз, к диалогу с которым Нур-Султан часто призывает своих партнеров по Евразийскому союзу, также критически высказался по поводу способности Казахстана соблюдать «демократические процедуры». Но все это, в сущности, не очень важно, поскольку Европу не устраивают любые политические процессы вне ее прямого контроля. И относиться к замечаниям Брюсселя серьезно перестали, кажется, уже даже в Тбилиси и Кишиневе, не говоря о Киеве.
Гораздо важнее другое – в последние недели перед выборами неожиданную для многих остроту приобрела тема территориальной целостности страны и легитимности ее признанных международным сообществом границ. Казахстанской политике вообще свойственны фобии в том, что относится к территории – это не удивительно при сочетании небольшого населения (18 млн) и размеров девятого по площади государства мира.
Почти нигде в мире нет такого разрыва между размерами страны и количеством ее граждан. С учетом того, что исторически казахская государственность не имела четкой территориальной привязки, это, конечно, может быть основанием для определенной неуверенности в себе.
Пока большинство эмоциональных всплесков у наших казахстанских друзей было связано с Китаем. Пекин в Казахстане постоянно подозревают в скрытых поползновениях на казахстанские территории или особенно лакомые экономические объекты. Подозревают настолько активно, что за семь лет после провозглашения стратегии «Пояс и путь» в Казахстане не создано ни одного значимого инвестиционного проекта с решающим китайским участием. Известны массовые выступления против передачи в аренду китайским компаниям даже весьма незначительных территорий. Эксперты считают, что все это связано с опасениями национальных властей республики по поводу китайского влияния и укоренившимися в массовом сознании страхами в отношении великого восточного соседа.
Однако в этот раз основное внимание было привлечено к территориальным отношениям с Россией. Несколько вполне невинных, в принципе, комментариев в российском эфире породили достаточно большой резонанс в казахстанских медиа, среди экспертов и политиков. Некоторые российские эксперты считают, что в последние недели перед выборами тема территориальной целостности стала доминирующей и позволила правящим кругам отвлечь общественное мнение от важных вопросов внутреннего развития или проблем с последствиями распространения коронавирусной инфекции. Прошлым летом Казахстан столкнулся здесь с серьезными трудностями. И практически все эксперты, с оценками которых удалось ознакомиться, считают, что патриотизм оказался весьма успешным инструментом сплочения общества вокруг правящей партии, с чем ее, конечно, необходимо поздравить.
Если все это действительно так, то уважение вызывает уверенность казахстанских партнеров в прочности отношений с Россией. Видимо масштабы и глубина связей считаются настолько серьезными, что даже использование «российской угрозы» во время выборов не может их серьезно травмировать. Выдающийся основатель современного Казахстана, первый президент Назарбаев и его яркий преемник Касым-Жомарт Токаев – важные и уважаемые гости в российской столице. В 2015 году Назарбаев, вместе с председателем КНР Си Цзиньпином, присутствовал на параде Победы в Москве, который игнорировали после Крыма все западные лидеры. Между странами большие и постепенно развивающиеся экономические связи.
Но возникает вопрос: с какими трудностями имеет дело казахстанское государство сейчас, если для победы на выборах властям потребовалось ставить под угрозу отношения с ближайшим союзником? Мы не можем, конечно, допустить и мысли о том, что многочисленные успехи в решении проблем развития, о которых известно из официальных сообщений, не являются настолько однозначными. Но неизвестны, например, результаты масштабных планов, таких как создание в столице Казахстана международного финансового центра. Тем более, что в 2020 году у России была возможность убедиться, что на протяжении 25 лет ее партнеры в Минске и Ереване были не всегда искренни в критических для российских интересов вопросах обороны и социальной стабильности. Даже простая логика требует после того, что произошло, задуматься: насколько хорошо в России знают современный Казахстан и проблемы, с которыми он сталкивается?
В принципе, глубокое знание своих соседей и партнеров изнутри не является пока сильной стороной российской политики. Оно, как правило, заменяется выдающейся работой дипломатов тогда, когда драматические события уже наступили. Большинство оценок происходящего даже в США – главном противнике России на мировой арене – показывает, что наше понимание трудностей американского общества остается весьма фрагментарным. Но то же самое касается, по всей видимости, и наиболее близких друзей России – Белоруссии и Казахстана. Видимо сейчас самое время для того, чтобы начать с этими друзьями серьезное обсуждение их внутреннего развития и того, почему Россия может на них положиться.
Сейчас присутствует полная уверенность, что прочность отношений России и Казахстана не может стать жертвой националистических переживаний, которые создаются в текущих целях. Казахстан – это, безусловно, не Украина, где русофобия создавалась изнутри и извне в качестве главной национальной идеи на протяжении 150 лет. Однако в 21-м веке все процессы протекают намного быстрее, чем раньше, а хаос в международных делах провоцирует быстрые и решительные действия. История 20-го века учит, что национализм, даже если его придумывают на пустом месте, может очень быстро привести к трагедии. Россия – это ядерная сверхдержава, с которой шутки плохи просто потому, что способность одним ударом уничтожить весь мир сама по себе не располагает к шутливому поведению и реакциям.