Трудно сказать, что больше напоминает представленный Минском на потеху широкой публике диалог Ника из Берлина и Майка из Варшавы – карикатурное детище бездарного драматурга или шедевр гениального пародиста. Но самое трагикомичное в том, что сегодня подобные затруднения вызывает и восприятие действительности: кажущееся анекдотичным слишком часто оказывается реальным.
И наоборот. В эпоху фейк-ньюс, постправды и морального релятивизма (как с намеком на кремлевскую пропаганду выражаются наши уважаемые партнеры или контрагенты по разуму) наш язык обогащается все новыми заимствованиями, призванными подчеркнуть зыбкость когнитивных основ, которые помогают нам осознавать и оценивать происходящее.
Старый язык уже не справляется с нюансами цветущей как плесень сложности, именуемой дискурсом. Это заковыристое слово я бы определил как реальность, данную нам для переваривания и сопутствующих предсказуемых ощущений в пережеванном и идеологически выверенном виде. Эдакий холст в каморке папы Карло, на котором намалеван возбуждающий интеллектуальные аппетиты очаг духовности. Язык помогает скрывать не только мысли, но и бенефициаров мыслительного процесса.
Красивым термином «прокси-война» обозначается бойня, которую заинтересованные стороны ведут чужими руками на чужой территории. Большинство современных народных восстаний против диктатур являются прокси-революциями. Еще есть прокси-сервер, который маскирует компьютер пользователя, нуждающегося в анонимности. По сути, этот сервер создает иллюзию того, что ваша активность в Сети принадлежит какому-то другому человеку. Симулякру, как могли бы сказать французские философы – известные любители снабдить человечество мудреными словечками.
Я так подробно декларирую содержимое модного коммуникативного багажа не только для облегчения восприятия терминов, с помощью которых нам ежедневно впаривают на сложных щах простое фуфло, но и с целью продемонстрировать, как оруэлловский новояз помогает создавать новую реальность и новое мышление. Прогрессивная интеллигенция убеждена, что идиотское телевидение зомбирует быдломассы, но совершенно не стремится заметить, что аналогичное воздействие производит на нее саму квазиинтеллектуальная информация.
Выражение «полезные идиоты» возникло лет сто назад: ими советские манипуляторы массовым сознанием называли романтично настроенных западных интеллектуалов, которые не задумывались о том, что Коминтерн использует их втемную. Спящие разумом агенты – словно вампиры, которые не переносят свет здравого смысла. Но поддерживается их жизнеобеспечение настоящей человеческой кровью – хоть и опосредованно. Этот процесс можно назвать прокси-питанием.
Людоедство чужими ртами – это когда с чистыми руками и горячим сердцем поддерживаешь и одобряешь борьбу за светлое будущее человечества, которую другие творят вдалеке от тебя, но во имя твоих идеалов. Жертв этой войны ты не видишь, поэтому радужные иллюзии омрачить нечем. Конечно, одним прокси-питанием сыт не будешь: Бернард Шоу, проехав по СССР в разгар унесшего миллионы жизней голода, мило шутил в ответ на вопросы о нем: «Помилуйте, когда я приехал в Советский Союз, я съел самый сытный обед в моей жизни!».
Если вы интеллектуал, это еще не значит, что за вас не думают. И что мысли, которые за вас думают, не имеют конкретных целей. За конспирологию или паранойю сегодня почему-то принято держать разумный подход к вопросам, ответы на которые кажутся недалеким мыслителям очевидными. Хотя на самом деле суть конспирологического метода – в доступном объяснении сложного простым людям (как говорил покойный К.А. Крылов, «не надо искать безумия, глупости и некомпетентности в том, что легко объяснимо самым обыкновенным еврейским заговором»).
Проблемы, как это чаще всего бывает, кроются в языке описания реальности. Очевидным мы обычно считаем то, что хотим видеть. Но очевидность – термин не офтальмологический, а когнитивный. На эту тему есть хороший анекдот про двух коров: «Ты знаешь, что нас кормят только ради того, чтобы продавать наше молоко, а потом вести на убой?» – спрашивает одна. «Ой, всех уже так достали твои конспирологические теории!» – устало отмахивается от нее хвостом другая.
И правда, зачем задумываться о грустном, когда вокруг светит солнышко и ты мирно жуешь свое сено? Другой анекдот можно считать сиквелом предыдущего: теперь коров везут на бойню. «Ты первый раз туда едешь?» – спрашивает беззаботная. «Нет, второй», – с сарказмом отвечает конспирологиня.
Можно рассуждать о том, кому выгодно то или иное, а можно загодя это знать: как в случае с предполагаемым отравлением Навального. Было оно в действительности или нет, доподлинно неизвестно – по крайней мере, никому из тех, кто с полной уверенностью обсуждает его в социальных сетях. И скорее всего, никогда известно не станет: спецслужбы обладают богатым арсеналом средств, позволяющих незаметно ликвидировать человека. Если же что-то происходит более чем заметно, это не говорит о непричастности спецслужб, но и не свидетельствует в пользу того, что они облажались. Вопрос только в том, чьи это спецслужбы.
Сценарии могут быть самыми разными. Современные прокси-войны гибридны, и главным оружием в них являются средства массовой информации. Скажем, в истории с задержанными в Белоруссии «вагнеровцами» наша прогрессивная интеллигенция увидела точно то, что транслировали сертифицированные ими СМИ, и веселилась над тем, как белорусский КГБ железной хваткой вцепился в невидимую руку Кремля. Когда же выяснилось, что это – прокси-операция СБУ, прокси-совесть нашей нации предпочла сделать вид, что в этом и есть сермяжная прокси-правда.
Даже самый тупой зритель детектива хорошо понимает: и второй подозреваемый – не при делах, не говоря о первом. Но проницательный блогер не таков: он руководствуется не логикой, а чувством художественной правды. Самое смешное, если идиотский диалог Ника и Майка вдруг окажется настоящим – как шпионский камень, над которым тоже долго смеялись (в философский для оппозиционных романтиков он от этого не превратился). Когда современный прокси-Данко несет людям огонь своего прокси-сердца, он не рефлексирует, а распространяет прокси-истины:Смело, товарищи, в ногу!
Духом окрепнем в борьбе,
В прокси-свободу дорогу
Грудью проложим себе.