В советском блокбастере 1939 г. «Трактористы» артист Крючков пел бодрую песню:
Но разведка доложила точно,
И пошел, командою взметен,
По родной земле дальневосточной
Броневой ударный батальон.
15–16 января 2020 г. все эксперты и политологи, как один человек, оконфузились. Ни ключевых моментов президентского послания, ни отставки Д. А. Медведева, ни назначения М. В. Мишустина не предсказал вообще никто. Типичной была самоуверенная глоссолалия, оказывающаяся совершенно мимо кассы. Как говорила женщина-политолог Е. М. Шульман, «Что мы ожидаем там услышать? Мы услышим там две вещи. Почему с такой уверенностью я говорю, что мы услышим две вещи? Были ожидания, что нам там объявят об изменении в Конституции. Я думаю, что любые обсуждения и любые декларации об условиях транзита власти должны быть озвучены позже, не сейчас. Рано... Я думаю, что сейчас еще рано. Но две темы очевидным образом там будут. Первое – это борьба с бедностью, это было уже объявлено публично самим президентом... В общем, борьба с бедностью – что-то будет каким-то образом звучать. И второе – это главная тема наступившего полугодия, это 75-летие Победы. Видимо, действительно, какой-то рефрейминг событий Второй мировой войны нас тоже ожидает...».
Можно, конечно, сказать: «прелесть какая <умница>», но беда в том, что все коллеги Е. М. Шульман – правые, левые, патриоты, космополиты, освободители, охранители – предварили события 15–16 января совершенно такой же точности прогнозом и анализом. «Это какой-то позор» – еще очень мягкая оценка.
Конечно, чтобы разведка все доложила точно – это бывает только в песне бр. Покрасс. В реальной жизни все немного сложнее. Державы Западной Европы столкнулись с жестоким сюрпризом в мае 1940 г., когда на смену «странной войне» пришел немецкий блицкриг, СССР познал, сколь страшно слово «врасплох», 22 июня 1941 г.
И однако: были радиограммы Зорге из Токио с указанием точной даты, и 9 мая 1940 г. была шифровка из Берлина голландского военного атташе полковника Саса: «Свинья (тут разумелся фюрер и рейхсканцлер – М. С.) выехала на Западный фронт», а вдогонку еще одно сообщение: «Завтра на рассвете; держаться крепко». Все-таки разведка чего-то стоила. В отличие от знатных политологов, не стоящих ничего.
Аналогия между разведкой и политической экспертизой естественна. И первая, и вторая преследуют цель дать политический прогноз на основе неполной и противоречивой информации, ибо противная сторона не всегда желает (чаще сильно не желает), чтобы ее карты были до времени раскрыты. Ибо предупрежден – значит вооружен, а партнера (тем более неприятеля) не всегда нужно вооружать.
Средства же познания замыслов другой стороны двоякие.
С одной стороны, анализ открытых источников в соответствии с принципом «разведку интересует все». Всякая активность неизбежно оставляет след и отражается в совершенно невинной и вроде бы не имеющей отношения к делу информации. Задача аналитика – отметить в этой невинной и открытой информации отклонение от привычного порядка вещей и понять смысл такого отклонения. Тут разведчик выступает в роли проницательного читателя – как, например, процитированная выше Е. М. Шульман.
С другой стороны, агентурная деятельность, то есть непосредственный выход на закрытую информацию. Эта сторона разведывательной деятельности хорошо отражена в кинематографе – Джеймс Бонд, Штирлиц, etc. В политологии это называется «хорошо осведомленный источник», а равно «надежный инсайд». Тут вспоминается великий прогнозист проф. В. Д. Соловей, у которого в самых высших начальственных кругах все схвачено, за все заплачено. По крайней мере, он на это толсто намекает.
Или еще проще – как два брата Холмса. Старший, Майкрофт – гениальный аналитик, по крупицам открытой информации проникающий в самые тайные замыслы. Но он не склонен к полевой работе. Младший, Шерлок, и полевой работой не брезгает. Переодевшись старухой, он следит за планами проф. Мориарти или другого нехорошего человека, а равно для пользы дела осуществляет кражу со взломом.
Но беда в том, что и наши Майкрофты, и наши Шерлоки, т. е. разрекламированные телеграм-каналы вроде Незыгаря и им подобные, неистово надувавшие щеки, 15–16 января позорно обмишурились. Вся проницательная мысль и все глубокие инсайды оказались полной туфтой. И. В. Сталин стер бы таких телеграмистов в лагерную пыль, пожалуй, даже кроткий Л. И. Брежнев обошелся бы с ними с некоторой суровостью. Мы же, как люди совсем гуманные, по итогам такого провала будем встречать новые шедевры политологической мысли благожелательным «Свисти, свисти, приятно слушать».