Сразу два мощных информационных повода появились в начале недели. Глава офиса президента Украины Андрей Богдан заявил о возможности предоставления официального статуса русскому языку непризнанным республикам Донбасса, если те вернутся в состав Украины. Более того, Богдан дал понять, что не видит проблемы, если такая практика распространится и на другие русскоговорящие регионы Украины на юге и востоке.
Другое заявление – на этот раз главы украинского Совбеза Александра Данилюка – не менее примечательно. Данилюк заявил, что выполнение Минских соглашений – в интересах Украины. Он также признал необходимость выполнения политической части этих договоренностей, а именно: предоставлении амнистии участникам конфликта и особого статуса неподконтрольному Донбассу.
После отпевания и похорон мирного плана по-мински, которые устроила украинская «партия войны» в лице экс-президента Петра Порошенко и министра внутренних дел Арсена Авакова, это заявление будоражит своим контрастом с мейнстримной риторикой, преобладающей на Украине.
Нужно понимать, что Богдан и Данилюк – ключевые люди в окружении Владимира Зеленского, представляющие при этом разные стороны влияния на новоизбранного президента. Андрей Богдан тесно связан с предпринимателем Игорем Коломойским**, усилиями которого Зеленский стал президентом. Александр Данилюк – продукт западного влияния на Украину, тесно интегрированный в международный финансовый истеблишмент. Их синхронные заявления на тему Донбасса не случайны и продиктованы складывающейся внешней и внутренней повесткой Украины.
В первую очередь речь идет о реакции на стремительно падающий рейтинг президентской силы «Слуга народа». Партия, которая еще недавно претендовала на единоличное большинство в будущей Верховной раде, сегодня теряет свой электорат со скоростью один процентный пункт в неделю.
Последние опросы показывают, что рейтинг «Слуги народа» снизился с 48% до 43%. Прогноз – негативный. Кредит доверия Зеленскому столь же высокий, сколь и хрупкий: от него ждут выполнения предвыборных обещаний, главное из которых – установление мира в Донбассе. Причем, как показали падающие рейтинги, ждут быстрых решений.
На международной арене дуют те же ветра. Во время европейского турне Зеленского и немецкий канцлер Ангела Меркель, и французский президент Эммануэль Макрон дали понять, что ждут от украинского президента перемены риторики и действий. Большое впечатление произвело возвращение России в ПАСЕ, что стало предвестником если не снятия санкций, то, по крайней мере, активизации диалога на эту тему. На саммите G20 Украина вовсе не была центром переговоров Дональда Трампа и Владимира Путина.
Время ускорилось и стало играть против Зеленского и его команды.
Там, наконец, поняли: продолжать играть в молчанку по главной теме и развлекать публику постами в Facebook* не получится. В противном случае рейтинг «Слуги народа» упадет до критических значений, а президентской партии придется искать уже не одного, а нескольких партнеров по коалиции, что сильно умерит аппетиты и свободу действий президента, получившего рекордные 73% голосов на выборах.
А теперь представим, что нынешние заявления – своеобразная артподготовка, и сразу после июльских выборов в парламент Владимир Зеленский форсирует выполнение Минских соглашений. Нет сомнений в том, что это вызовет колоссальное напряжение в рядах активного меньшинства, руками и голосами которого Украина была поставлена с ног на голову в последние пять лет. Это меньшинство хорошо организовано, вооружено и мотивировано.
Многие из этих людей прошли или проходят военную службу на востоке Украины, служат в рядах полиции и нацгвардии, имеют доступ к оружию и ориентируются на радикальных лидеров, открыто заявляющих о силовом сопротивлении попыткам реванша. Эти люди – угроза режиму. И в команде Зеленского хорошо осознают эту угрозу.
Практическая реализация Минска чревата новым Майданом, в котором стадия с чаем и печеньем будет пропущена, а радикалы сразу перейдут к вооруженному захвату власти. Один из выходов из этой ситуации – делегирование ответственности. Спуск части решений по широкому кругу вопросов на региональный уровень. И едва ли эти вопросы ограничатся только темой языка. Требование об особом статусе, который включает в себя, помимо прочего, возможность организации подчиненной местным властям полиции и судебных органов, после Донбасса может распространится по всей Украине.
Будучи неподконтрольными, эти процессы попросту разорвут страну. Единственный выход в этом случае – федерализация Украины. Слово, от которого украинский политический бомонд мутит не меньше, чем от маршей «Бессмертного полка». И все же именно федерализация, как бы она ни была названа, сегодня кажется единственным способом удержания власти и сохранения страны в условиях реализации Минских соглашений. Брать штурмом офис президента уже не будет смысла – ведь часть важных решений будет спущена на места. Радикалы станут проблемой и региональных руководителей тоже.
В долгосрочной перспективе федеративная страна имеет больше шансов на сохранение себя в нынешних границах, чем раздираемое неразрешимыми противоречиями унитарное образование. Кроме того, под соусом изменения государственного устройства страны с унитарного на федеративный можно провести кампанию выборов в местные органы власти. До этих выборов осталось больше года – срок достаточный для того, чтобы не только запустить процесс выполнения Минских соглашений, но и перекроить государственное устройство Украины. В этом случае региональные выборы будут кратно важнее, чем президентские или парламентские.В стране есть Украинская Федерация Йоги, Украинская Федерация Скандинавской ходьбы и даже Украинская Федерация Летающих дисков. Почему бы на карте мира не появиться просто Украинской Федерации.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ
** Внесен в список террористов и экстремистов в РФ