Президент Украины Владимир Зеленский предложил провести референдум по вопросу формата дальнейших переговоров с Россией. В частности, украинцам предстоит ответить на вопросы по договоренностям относительно конфликта в Донбассе. Об этом рассказал глава президентской администрации Андрей Богдан, который, едва вступив в должность, отметился громким заявлением о политике «кнута и пряника» для России.
Интересная инициатива, особенно если учитывать, что запрос на мир на Украине значительно возрос за пять лет и реализацию этого запроса многие сравнивают с именем нового президента.
Так, согласно недавно проведенным опросам, 75 процентов граждан Украины ждут от Зеленского переговоров с Россией для восстановления мира в Донбассе. При этом 55,4% опрошенных выступают за прямые переговоры с руководством ДНР и ЛНР, а 65,3% убеждены, что власти Киева должны пойти на компромисс ради восстановления мира в регионе.
Разумеется, идею референдума сразу же подвергли критике в украинском политикуме, в котором русофобия, кажется, прошита намертво начиная с 2014 года, и который просто не допускает альтернативных мнений, даже если их разделяет 75 процентов населения страны.
Порошенко, который ранее неоднократно подчеркивал, что его задача теперь не позволить преемнику сойти с пути конфронтации с Россией, заявил, что был неприятно удивлен. «В стране есть опасения, что это – капитуляция, а никак не «мирное соглашение», – отметил он.
Еще один политик, лидер группы «Океан Эльзы» и глава партии «Голос» Святослав Вакарчук заявил, что в условиях «горячей и информационной войны» с Россией проведение референдума является «опасным и безответственным» шагом.
Интересно, что на идею референдума отреагировали и в Кремле, прежде всего назвав это внутренним делом Украины. Однако заметили, что Киеву для начала необходимо понять, что никто с ними не воюет, и именно исходя из этого необходимо вести переговоры.
Поймут ли это в Киеве? Сомнительно. Не факт, что даже те 75 процентов, которые выступают за переговоры с Россией о статусе Донбасса, понимают суть проблемы. В противном случае, они призывали бы к переговорам с Донецком и Луганском. А так получается, что большинство украинцев хоть и хочет мира (и то только для того, чтобы остановить поток гробов с Донбасса), но считает Москву стороной конфликта, в чем их шестой год убеждают политики.
А 65 процентов, готовых к компромиссу, не очень себе представляют, что это может быть за компромисс. Едва ли большинство из них понимает, что Донбассу уже не нужен компромисс с Украиной, Донбассу нужна высокая стена, отделяющая его от этой сошедшей с ума страны, колючая проволока под напряжением и ров с крокодилами. Компромисс для жителей ДНР и ЛНР может быть только один – признание Киевом их независимости. Думаю, в таком случае число готовых к компромиссу украинцев значительно поубавилось бы.
Но вернемся к идее переговоров с Россией. Как выясняется, не только на Украине считают Москву стороной конфликта, и что с ней можно обо всем договориться, не спросив мнения жителей Донбасса. Такие мнения есть и в России. И их сторонники тоже возлагают какие-то совершенно безосновательные надежды на Зеленского.
На днях попалось на глаза интервью казахскому порталу Зона.кз известного российского политолога Сергея Станкевича.
«Сегодня президент Зеленский для России – это шанс на мирный выход из состояния гибридной геополитической войны с Украиной прежде, чем эта война превратится в лобовое полномасштабное столкновение. Ни для кого не секрет, что Украина и Россия находятся в состоянии затяжного системного конфликта, который для Украины в перспективе может стать экзистенциальным, т.е. конфликтом на уничтожение», – говорит он.
По его мнению, «причина конфликта вовсе не в том, что Россия «вдруг напала» на соседку и «отрезала куски территории». Причина в том, что на Украине в 2014 году пришла к власти группировка радикальных этнократов галицийского толка, втянувших страну одновременно во внутреннюю и внешнюю этнокультурную и этнорелигиозную войну. Россия оказалась принужденной к реакции и «втянутой» в войну, которая ей никак была не нужна, и которая ей сейчас фатально мешает, обкрадывает ее, блокирует развитие».
«Галицийские этнократы с легкого языка Порошенко почему-то подумали, что у них получится ускоренная силовая переделка Украины и перевоспитание ее населения под галицийский шаблон, а Россия будет взирать, стенать, громко жаловаться, метаться по международным форумам, но в итоге всё проглотит и смирится. Этого не могло произойти и не случилось», – считает Станкевич.
Он развивает мысль: российский политикум делится на «ястребов», которые считают, что «Украина и при новом руководстве не выйдет из конфликта – сознательно, или потому что ей западные союзники «не дадут», а значит – любое миротворчество только вводит в заблуждение». И «дипломатов», которые убеждены в том, что новое руководство Украины, жизненно заинтересованное в повороте к нормализации, в состоянии осуществить такой поворот на практике.
Себя Станкевич, разумеется, относит к «дипломатам». Как, полагаю, и все либералы, уверенные, что ключ к нормализации отношений лежит в Кремле, игнорируя тот факт, что Украина как бы не очень свободна в своем выборе: она ограничена как влиянием Запада, заинтересованного в перманентном конфликте с Россией, так и внутренней парадигмой, навязанной по результатам переворота 2014 года. Согласно этой парадигме, Россия – «агрессор», в Донбассе «террористы» и «марионетки Москвы». Проблема в том, что выход за пределы этой парадигмы для украинских политиков практически невозможен. Даже представители «Оппоблока», считающие Майдан переворотом, а события в Донбассе – гражданской войной, не признают свершившихся фактов: ухода Крыма и Донбасса, и того, что последний уже решил свою судьбу, и никакая Москва не может этого изменить.
Станкевич высказывает интересную мысль. С уходом Порошенко от власти отстранена та радикальная этнократическая группировка, что управляла страной с 2014 года. Он называет ее «галицийской». Характерным ее представителем является тот же Вакарчук, предсказуемо отвергший идею переговоров с Россией.
Вместо них пришла новая – «днепропетровская». Но будет ли «днепропетровский проект» менее радикальным и этнократическим, чем «галицийский»? Сомневаюсь.
Менее радикальным – возможно, вон уже переговоры с Россией предлагают, правда, с препятствиями – через референдум. Менее этнократическим – едва ли. Проблема в том, что территориальная принадлежность проекта определяет лишь определенный внешний антураж, но никак не суть. А суть у всех украинских политических проектов одна – Антироссия.
Идея о том, что Украина сможет прокормить себя без Москвы, была заложена в основе самой идеи незалежности, выдвинутой первым президентом Леонидом Кравчуком. Второй президент – Леонид Кучма – развил ее в постулат «Украина – не Россия». Третий президент – Виктор Ющенко – пошел еще дальше, продвинув в сознание украинцев мысль о том, что Россия – исторический враг Украины. При Януковиче процесс несколько замедлился, но не остановился – ведь это Янукович выдвинул идею «евроинтеграции» – то есть дальнейшего отрыва от России. Ну и, конечно, после победы Майдана начались самые радикальные изменения сознания, которые, как говорил Порошенко, были призваны к тому, чтобы окончательно разорвать связи между нашими странами, сделав перемены необратимыми.
Мы часто смеемся над «остаточне прощевай» Порошенко, но разве он не прав?
Итак, чем «днепропетровский» проект Антироссии лучше аналогичного «галицийского»? Тем, что он допускает идею переговоров? Ну отлично, прямо как бальзам на душу!
Проблема в том, что Украину мы потеряли, и любой новый политический проект может быть либо столь же, либо более антироссийским, чем предыдущий, но никак не меньше. Именно из этого надо исходить. А еще из того, что до тех пор, пока Украина находится под внешним управлением, никакие переговоры невозможны. Разве что переговоры с их непосредственными хозяевами.