В своих многочисленных поездках по нашей огромной стране я все время ищу, какой город можно назвать символом России. Москва? Она не символ, она столица. Петербург? Символ воли правителя, среди болот основавшего один из величайших городов планеты. Что-то настоящее русское, вроде Костромы или Вологды? Это прекраснейшие города, одни из моих любимых на Земле, но они скорее символ стабильности, сохранившегося уклада, мирной жизни – до Русского Севера крайне редко доходили враги. Казань, объединяющая в себе восток и запад? Ближе к делу, но у России гораздо больше измерений, чем восток – запад.

И вот, представьте себе, я этот город нашел. Это Оренбург. Я там на днях побывал на молодежном фестивале «Евразия Глобал» – не в качестве молодежи, конечно.

Оренбург – самый странный город России. Все, что я о нем прочитал в самолете по пути туда, противоречит здравому смыслу.

Да и находясь непосредственно там, ощущаешь себя странно. Например, не очень понимаешь, где ты вообще. Это, скажем, Поволжье или Урал? Округ Приволжский, река – Урал, но в географическом смысле это ни то ни другое. Какое-то загадочное Предуралье. 

Местные люди считают себя жителями Южного Урала, но, ребята, на карту-то посмотрите. К тому же какие на Урале помидоры и арбузы? А в оренбургских степях растут, пожалуй, лучшие помидоры и арбузы на планете Земля.

Более того, находясь в Оренбурге, ты даже не очень понимаешь, в Европе ты или в Азии, потому что здесь и то и другое одновременно. И вообще граница между Европой и Азией – штука мутная, не очень понятно, где она проходит. Где-то тут. Одни считают, что по реке Урал, перешел через мост – и вот ты уже в другой части света. Тут есть даже специальный фуникулер из Европы в Азию. Другие уверены, что по Уральскому хребту, третьи не согласны с обоими и проводят более замысловатую черту.

Погодите, где-то я эти рассуждения уже слышал. Ну конечно, это же из вечного спора славян между собою: насколько Россия – Европа, насколько – Азия, где они сходятся и в чем противостоят.

История города – тоже сплошная череда нарушений законов здравого смысла. Вот просто несколько фактов.

– Изначально, при Анне Иоанновне, Оренбург был заложен в другом месте. Потом его перенесли, потом снова перенесли – на нынешнее место. Но в том, первом, город тоже сохранился – теперь он называется Орск. Возможно, это единственный случай в мировой истории, когда город переносился, но в то же время оставался на месте. 

– Слово Оренбург – от реки Орь, на которой он стоял изначально, но не теперь. Это примерно так же, как если бы Новосибирск назывался Волгоградом, а Кострома – Ростовом-на-Дону. 

– Оренбург был основан как город-крепость на подступах к Средней Азии, но никогда не воевал с внешними врагами. Зато прекрасно развивался как торговый и промышленный город, что изначально не планировалось. Здесь, кстати, впервые в России произвели сгущенку – в XIX веке. 

– Оренбург – по сути, историческая родина казахов и башкир: именно здесь прошли съезды, «учредившие» эти народы. При этом сейчас он не имеет никакого отношения ни к Башкирии, ни тем более к Казахстану. И вообще абсолютное большинство населения составляют русские, на втором месте – около восьми процентов – татары. 

– При этом в 20-е годы XX века тут была Киргизия. Не в том смысле, что эти места входили в состав Киргизии, а в том, что Киргизская республика именно здесь и была. И она же, как ни абсурдно это звучит, чуть позже – Казахская республика. Не спрашивайте, а то все запутается окончательно. Хотя нет, все-таки добью: в те же 20-е годы XX века Оренбург несколько дней был столицей Казахстана и Башкирии одновременно. То есть этот город пропустил через себя всю причудливость советской национальной политики. Да и досоветской тоже – Российское магометанское собрание, которое сейчас – Духовное управление мусульман, изначально находилось тоже в Оренбурге.

– В советские времена город лет 20 назывался Чкаловом, хотя летчик Чкалов не имеет к Оренбургу никакого отношения и никогда здесь не бывал. Даже не пролетал мимо, уточняют местные люди.

– Какая тут разница во времени с Москвой? – спросил я нашего водителя. 
– ПРИМЕРНО два часа, – ответил он.

Думаю, так оно и есть.