Кроме шуток. Вчера краем глаза следил за дебатами в палате общин по поводу уже не Брексита, а судьбы кабинета Мэй, сегодня просмотрел – опять же краем глаза – политическую прессу Англии и понял: вот он, живой пример, когда Путин наконец-то оказал прямое влияние на внутреннюю политику ключевой страны западного мира.
Все аргументы сторонников Мэй вчера сводились к одному: «Альтернативой Мэй является Корбин, а он российский шпион и путинский агент». Мы привыкли смеяться над нашими политиками, которые рассуждают про заговоры, шпиёнов и «солдат НАТО», а основным лейтмотивом обсуждения важнейшей темы в британском парламенте в это время являются утверждения, что правительство Мэй – последняя стена, которая спасает Британию от капитуляции перед жутким Путиным.
Корбин – отказавшийся поддержать правительство, в то время как Россия творила террористические бесчинства прямо на священной британской земле (на почве, я бы даже сказал, soil было употреблено) – с подачи Путина развалит армию, поссорится с союзниками, уничтожит экономику страны. Т. е. буквально альтернативой правительству Мэй является уничтожение страны. Это не какой-то заднескамеечник выступает на их аналоге «Царьград ТВ». Это сама Мэй и матерые консервативные хедлайнеры типа Майка Гоува. А массовые газеты пишут что-то вроде «Путинского агента не пустили к власти».
Учитывая, что больше аргументов-то и не было предъявлено, можно сказать, что перевес в 19 голосов, который решил судьбу правительства Мэй, в этот раз получен вполне себе на хайпе по поводу дела Скрипалей и жуткой «террористической активности» России на британской soil. Даже умеренные высказывались в том смысле, что у Корбина нет тех качеств лидера, которые нужны руководителю страны в условиях российской угрозы, которая носит фундаментальный, онтологический, если угодно, характер.
Так что, что касается Трампа, сказать сложно, но продолжение премьерства Мэй было бы невозможным без «российского вмешательства» и «российской повестки». Дело Скрипалей сегодня – «онтологическая и фундаментальная» основа ее карьеры.
Это влечет за собой очевидные последствия. Поскольку Мэй в отставку не хочется, истерика и нагнетание будет продолжено. Позиционирование Мэй как «военного лидера» и попытки сконструировать консенсус «ради выживания государства под давлением» с контртезисом «кто против Мэй и ее планов, тот против государства как такового» будут также продолжаться.
Ну и несколько в сторону. Британские политики похожи сегодня по манере на столетней давности элиту из книг и фильмов про Дживса с Вустером. Истеричность, аффективная манера речи, априорный отказ от любой диалоговой стратегии в самопрезентации, стремление к бесконечному самолюбованию, любовь к нарочитости, избыточности во всем, от манер до одежды. Посмотрите видео с тем же Гоувом – он не настолько намозолил глаза, как Мэй или Борис Джонсон.
Сатирики бель эпок и интербеллума – от Вудхауса с Джеромом до Ивлина Во – писали очевидно с натуры, усиливая и выпячивая потребные для своих персонажей качества, но кто бы мог подумать, что именно их герои станут ролевой моделью для действующих элит через сто лет.
Хотя, с другой стороны, и наши министры с капиталистами иногда, кажется, черпают вдохновение для своих образов у мистера Твистера и прочих героев антибуржуазной литературы полувековой и более давности. Это интересно, но, видимо, легкая сатирическая литература (да и кино, полагаю) оказывает на людей значительно большее влияние (даже если авторы не только этого не ожидают, но и стремятся предостеречь читателей), чем любой другой жанр.Источник: Блог Глеба Кузнецова