А что если эффективный антикризисный менеджер – это просто человек, способный на поступок? Смотрите, кто пришел...
Вертолет с вновь назначенным руководителем Корякского автономного округа и сопровождавшими его (впервые) местными чиновниками завис над прибрежным поселком, куда в сложившейся тогда чрезвычайной ситуации было необходимо срочно попасть. Открыв дверь кабины, пилот прокричал:
– Сильный боковой ветер с моря! Сесть сейчас никак не можем. После обеда только ветер утихнет.
Губернатор оглянулся на помощника:
– Попробуем?
– Тысячи на полторы надо повыше, для надежности, – ответил он.
Сквозь шум двигателя губернатор прокричал летчикам:
– На 1200–1500 метров повыше поднимитесь, дальше как обычно.
Непонимающие корякские чиновники пока только заинтригованно следили за происходящим.
– По высоте готово! – прокричал через несколько минут пилот.
– Ну что, пошли? – сказал губернатор и махнул знакомому пилоту рукой.
К ужасу других пассажиров (местных высокопоставленных чиновников) створки вертолетного люка вдруг стали раскрываться, в вертолет ворвался влажный холодный воздух.
– Разрешите, товарищ губернатор?
Помощник губернатора первым подошел к раскрывшейся бездне и, легко оттолкнувшись от вертолета, спиной выпрыгнул вниз.
Спортивный парашют за его плечами они так и не заметили...
Лица сидевших в вертолете корякских чиновников в мгновение стали абсолютно белыми, и они буквально вцепились руками в толстые папки с бумагами, по которым и собирались бодро докладывать состояние дел на местах новому главе региона.
В регион приходил новый стиль работы...
Зайдя в 2002 году в рабочий кабинет тогда сенатора от Приморского края Олега Кожемяко, неожиданно для себя увидел элементы водолазного снаряжения.
Дайвингом в Красном море и иных теплых местах уже тогда было никого не удивить. Но это оборудование совсем другое – оно было подготовлено для погружения в холодные воды...
– Глубоко собрались?
Оказалось, что, по предварительным данным, на глубине 76 метров удалось найти корпус затонувшего в 30-е годы во льдах Арктики легендарного советского ледокола. Вот на эту глубину в Северном Ледовитом океане и собрался погружаться сенатор с целью увековечения памяти легендарного корабля. Подтянутый, спортивный, решительный, искренний.
Когда в 2005 году Олега Кожемяко назначили главой Корякского автономного округа, ситуация была без преувеличения катастрофической.
180 миллионов рублей, предусмотренных бюджетом для закупки топлива для жителей округа, были прежним руководством перечислены сразу и полностью некой посреднической фирме, которая тотчас же исчезла.
В результате угля и мазута в тот момент в регионе уже не было почти совсем... Причем уголь в Корякию везли почему-то издалека, из других регионов.
На следующий день после назначения новый губернатор поехал на один из местных угольных карьеров, который... по юридическим вопросам (!)... не работал.
Охрана вначале не хотела его пускать, но... через 12 часов неожиданно возрожденный карьер начал давать столь необходимый населению округа уголь.
Ситуация в прибрежных поселках была еще страшнее, а иногда и трагикомичнее. В одном из них местный глава поселения, как только завершилась путина и закончилась добыча икры, преспокойно вылетел отдыхать в Таиланд, где и пребывал уже три месяца вдали от замерзающих избирателей.
Душевность местных жителей потрясала!
Люди, которые вынуждены были разбирать пустующие дома своих соседей, выехавших на материк, чтобы хоть как-то обогреться, искренне переживали за отдыхающего начальника:
– Говорят, там цунами было! Там ему, наверное, тяжело пришлось.
Два месяца вновь назначенный губернатор перебирался из одного прибрежного поселка в другой, ночевал на сцене местного красного уголка, на столах в холодных промерзших кабинетах, на полу.
Те, кто привык иногда возмущаться губернаторской «роскошью», сами себе наверняка не пожелали бы такого «бытия»...
Когда в одном из прибрежных поселков, в котором полностью закончилась солярка, с баржи с топливом никак не могли перебросить шланг на берег, а среди местных жителей в основном оказались только женщины и дети, панически боящиеся воды, в ледяную воду бросились губернатор, его помощник и сотрудник местного МЧС, которые поймали шланг и обеспечили начало загрузки.
Беда не приходит одна. Вернувшись в Палану, Кожемяко узнает, что неожиданно сошедшей с сопки лавиной накрыло небольшое стойбище оленеводов и люди оказались в снежной могиле.
Губернатор немедленно берет вертолет (поговаривали, за собственные деньги, ибо официального вертолета в округе тогда не было) и, не теряя ни минуты, летит к месту трагедии.
По прилете новая вводная:
– МЧС по рации приказало, чтобы до их приезда не начинали раскапывать!
А из-под снега еще слышны слабеющие голоса.
Кожемяко молча берет лопату и первым идет копать (по другой версии, он все-таки сказал, что думает по поводу таких действий местных МЧС и прокуратуры).
Семь часов ожесточенной, непрерывной борьбы с плотным мокрым снегом. Итог: несколько человек удалось спасти.
А потом губернатор еще и спасал от самоубийства одного из спасенных оленеводов, который, будучи засыпанным снегом, несколько часов подряд слышал, как рядом с ним погибали и погибли его сыновья.
Через три дня на совещании у полпреда в Хабаровске НИКТО из журналистов даже не обратил внимания на распухшие и отмороженные руки губернатора.
Когда цунами разрушило поселок Корф, губернатор Корякии добился правительственного решения построить новый поселок не на старом месте, а на вершине плато, куда новое цунами не дойдет.
Запомнилась тогда уникальная схема в кабинете обаятельнейшей женщины – вице-губернатора, на которой каждый новый дом в сооружаемом поселке Корф контролировался... по часам!
Собирается на заводе – едет по железной дороге – грузится в порту на корабль – идет в Корякию – перегружается на баржу – разгружается – доставляется на строительную площадку – собирается.
Поселок построили в невероятные сроки – почти за три месяца.
Не знаю, какие слова губернатор сказал местным рыбопромышленникам, увидев, какие убогие поломанные табуретки и прогнившие шкафы жители пострадавшего поселка хотят принести в новые дома. Но через неделю все весьма небогатые новоселы получили от икорных королей в подарок кухонные, спальные и столовые гарнитуры. Простые, но вполне симпатичные и современные.
Кожемяко – человек, способный на поступок.
Кстати, став губернатором Амурской области, первое, что он сделал, – стал твердо лишать допуска к государственной тайне муниципальных и иных региональных чиновников, которые до его прихода больше времени проводили в сопредельных азиатских странах, чем на работе, и заводили в них разнообразные связи, далеко не всегда безобидные.И дела пошли намного лучше...
Не успел президент России назначить Олега Николаевича Кожемяко исполняющим обязанности губернатора Приморского края, как сразу «помчался» шквал «компромата» и измышлений.
Ожидаемо.
Мягкий знак он якобы не там поставил. Недостатки и проблемы есть у каждого. Любого можно критиковать, ибо ни одно деяние не может быть идеальным. Критерии у каждого разные. Уверен, что личность надо оценивать по делам ее, по способности принять на себя ответственность и сделать шаг, совершить поступок.
Давайте в отношении Кожемяко введем критерий: тот, кто в состоянии семь часов без остановки откапывать в мокром слежавшемся снеге задыхающихся и умирающих людей, прекрасно осознавая, что в любой момент и его может так же засыпать коварная лавина, вот он пусть и критикует этого человека.
Но много ли таких?
Источник: Блог Владимира Ворожцова