Если мы посмотрим на экономическую политику, которая сегодня реализуется в России, то может сложиться впечатление, что ориентирована она не на интересы отечественного промышленного производства и сельского хозяйства. Она, скорее, ориентирована на интересы глобальных корпораций.
Внешнеторговая политика должна быть нацелена на создание равных условий для российских и зарубежных производителей
Такой подход был заложен еще при Гайдаре. Задача – сделать Россию максимально удобной территорией для деятельности этих корпораций. Ради этого были принесены в жертву те, кто хочет в России производить, созидать, заниматься наукой.
Да, локальные попытки улучшить ситуацию есть, есть у нас и в правительстве разумные люди.
Я всегда благодарю правительство за принятие три года назад программы № 1432, по которой государственные субсидии компенсировали аграриям четверть, а в этом году – 15% стоимости сельхозтехники, если она закупается у отечественных поставщиков. Это позволило модернизировать сельское хозяйство, развивается сельхозмашиностроение – мы уже третий год растем темпами 30% в объемах выпуска сельхозмашин.
Так что определенные попытки улучшить ситуацию есть, но они носят локальный характер, а положительный опыт в сельхозмашиностроении не тиражируется на другие отрасли, и, напротив, предпринимаются попытки ликвидировать даже имеющиеся меры поддержки отечественного производителя.
Нам необходим переход к совершенно иной экономической политике, центральный пункт которой – создание в России условий для несырьевого производства.
Главных китов у такой политики три.
Первое – изменение подхода к внешнеторговой политике. Не интересы глобальных корпораций должны стоять на первом месте, не членство в ВТО любой ценой, а защита своего производителя. Внешнеторговая политика должна быть нацелена на создание равных условий для российских и зарубежных производителей.
Что это значит?
Если у иностранных производителей того или иного вида товаров есть господдержка в их странах, более мощная, чем у нас, то мы должны либо обеспечить такой же уровень поддержки своим предприятиям этой отрасли, либо защитить свой внутренний рынок от таких зарубежных производителей, находящихся в лучших условиях, чем наши.
О какой поддержке идет речь? Просто сравните: в 2012 году прямая поддержка собственных экспортеров у Китая составила 49 млрд долларов, у Германии – 20 млрд долларов, а у России – всего 0,1 млрд!
#{smallinfographicright=757291}Мы предлагаем использовать для защиты своих производителей те же механизмы – дешевое финансирование, связанные кредиты, страхование сделок, компенсацию расходов на маркетинг.
И к тому же увязывать политику в отношении какой-то страны и ее компаний в России с ее собственной политикой и доступом на ее рынок для наших компаний. А сегодня, например, по условиям членства в ВТО России вообще запрещена государственная поддержка сельскохозяйственного экспорта.
То есть вот для ЕС разрешено 15 с половиной миллиардов долларов на такую поддержку тратить, США – почти миллиард, а России вообще не разрешено ни копейки. А даже внутренняя поддержка разрешена по условиям ВТО для России всего в объеме нескольких млрд долларов. Что почти в 40 раз меньше, чем разрешено Китаю, и в 25 раз меньше, чем разрешено ЕС.
Второе – это налоговая политика. Сегодня задача у государства – собрать как можно больше денег с граждан и с предприятий. Надо придать этой системе другой, стимулирующий характер.
Сейчас в России налоги гораздо выше, чем во многих развитых и развивающихся странах (объем государственных изъятий из экономики – у нас 43,2% ВВП, а в США – 31,7%, в Китае – 21,2%), и при этом правительство планирует их еще повышать.
Доминирует такая точка зрения, что чем больше налоги, тем больше будет собрано денег.
Но существует и совершенно противоположное мнение. Наоборот, надо освободить экономику от излишних налогов, причем так, чтобы в выигрыше оказались те, кто производит в России несырьевые товары, занимается сельским хозяйством, инвестирует в развитие и модернизацию.
Это, например, введение 50% инвестиционной льготы по налогу на прибыль. И при этом, конечно, налоговая шкала должна быть прогрессивной, а не регрессивной, как сейчас.
Сейчас у нас с учетом всех налогов те, у кого заработная плата меньше 718 тысяч рублей в год, платят налогов 43% (13% НДФЛ + 30% социальные отчисления), а те, у кого больше 796 тысяч рублей, – 28%, то есть чем больше зарплата, тем меньше с нее налоги!
На мой взгляд, стоило бы все налоги на физлиц объединить в единый подоходный налог и с годовой суммы зарплаты до 240 тысяч рублей брать 35%, с доходов от 240 до 1800 тысяч рублей – 40%, а свыше 1,8 млн рублей в год – 45%.
(При этом обратите внимание, что в той же Швеции, стране с максимальной налоговой нагрузкой для обеспеченных людей, эта ставка – НДФЛ + соцотчисления – доходит до 76% (45% НДФЛ + 31% соцотчисления).
В результате такой реформы налоговая нагрузка для 99% работников в России снизилась бы – и только для тех, кто получает более 280 тысяч рублей в месяц, она возрастет. Снизится уровень неформальной занятости, больше людей будут получать «белую» зарплату, снизится нагрузка на предприятия, а доходы бюджета даже вырастут.
Нужен обратный налоговый маневр.
Сейчас правительство проводит прямой налоговый маневр – то есть принимает меры, чтобы энергоресурсы и другие виды сырья сделать более дорогими на внутреннем рынке (налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ) в 2014 г. составлял 493 рубля на одну тонну добытой нефти, а в 2017-м – уже 919 рублей, акциз на бензин Евро-4 – 9 916 и 12 300 рублей на тонну соответственно), и постоянно снижает, наоборот, экспортные пошлины на нефть, газ, на другие виды непереработанного сырья (вывозная пошлина на нефть снизилась с 59% в 2014 г. до 30% в 2017 г.).
Это стимулирует их вывоз из России и подрывает промышленное производство, так как для него на внутреннем рынке эти энергоресурсы и сырье дороги. Необходимо, напротив, снизить акцизы, НДПИ и повысить экспортные пошлины, это приведет к снижению транспортных расходов предприятий, для граждан снизятся цены, и это будет стимулировать внутренний рынок.
Третий кит – политика Центробанка. Сегодня она просто неадекватна. Нужно не таргетировать инфляцию, а радикально снизить ключевую ставку с 10% до 1%, вести политику, нацеленную на развитие несырьевого производства. В России ставка 10%, а в Китае – 4,3%, в США – 0,3%, а в Германии – 0%.
Сравните: в России по итогам 2015 года объем всех выданных кредитов составил 54% ВВП, а в США – 107%, в Китае – 197%, в Германии – 135%. Надо напитать экономику деньгами, дав возможность и потенциальным инвесторам, и потребителям получать недорогие кредиты.
Важно отметить, что все это нужно делать в комплексе, а по отдельности эти меры не сработают.
Нельзя оставить неадекватную налоговую систему и нынешнюю политику Центробанка и ввести при этом протекционистские меры. Это только вызовет недовольство людей и не приведет к росту производства в России, потому что дорогие кредиты и высокие налоги не позволят сместить спрос на отечественную продукцию.
Просто снизить налоги тоже нельзя, в результате будет просто дыра в бюджете. А вот если мы сделаем все, чтобы самым выгодным вложением дешевых денег было производство в России и потребление российских товаров (потому что одновременно будут осуществляться протекционистские меры), тогда эти деньги заработают, а вовсе не уйдут в валютные спекуляции, как некоторым кажется. Эти деньги приведут к развитию российских производств, дадут людям возможность работать и зарабатывать, дешевые кредиты дадут возможность людям больше потреблять.
Можно сказать, что это все фантазии, что, несмотря на это, при снижении ставки все просто бросятся покупать валюту. Но ведь у других такая стратегия работает.
Мы это видим на примере Китая, у которого продолжается подъем экономики даже на фоне мировой стагнации. Они увеличили объем своей денежной массы в сто раз за 30 лет, а экономика выросла у них в 50 раз, инфляция при этом не превышает 3%. И всегда были дешевые деньги для тех, кто инвестирует в производство.
Сможет ли наша промышленность вообще восстановиться?
Я думаю, пессимизм тут неуместен. Посмотрите на пример сельхозмашиностроения, нашу отрасль – несколько лет назад тоже нам говорили, что не надо заниматься ерундой, давайте купим зарубежные машины, зачем нам свое. А теперь наши комбайны конкурируют с ведущими западными брендами и поставляются на зарубежные рынки. Я уверен, что то же самое можно сделать и в легкой промышленности, и в пищевой.
Именно поэтому мы с коллегами создали и проводим наш Московский экономический форум, чтобы институционализировать такие экономические подходы. Потому что какие в России вообще есть площадки, где обсуждаются экономические стратегии и теоретические подходы?
Гайдаровский форум, а остальные – Петербургский, Красноярский, Сочинский – это все бизнес-форумы, на них обсуждаются какие-то конкретные проекты, но не вырабатывается теория экономического развития для страны.
Наши оппоненты с Гайдаровского форума и сейчас уверены, что стагнация для России – это нормально, что надо, как говорит Кудрин, встраиваться в мировые производственные цепочки хотя бы на вторых ролях, там не предлагается никаких рецептов, позволяющих вывести страну из этой стагнации.
А у нас есть свои, альтернативные точки зрения, нацеленные на развитие, на оптимизм, на силу нашей страны, реализацию потенциала Таможенного союза.
Да, те, кто их поддерживает, часто были разрознены, но наш форум и нацелен на то, чтобы институционализировать эту альтернативу, показать, что у нас есть интеллект, силы, ученые, предприниматели, которые хотят это все реализовать, есть народная поддержка.
Хотелось бы убедить общество, что пессимизм надо отбросить и что наши инициативы – это «искра, из которой возгорится пламя».