24 года назад, в августе 1991 года, состоялась попытка предотвращения распада Советского Союза частью верховной элиты СССР, вошедшая в историю как «августовский путч». Однако попытка эта не только не помешала, но скорее ускорила происходившие процессы – государство продолжило рассыпаться по частям.

Народ-победитель, воспитанный на высоких идеалах, слетавший в космос и освоивший Арктику, жаждал достойной власти

Последствия происходивших в те годы событий мы переживаем и сегодня – споры за российские территории, когда-то «подаренные» союзным республикам, раздел по границам некогда бывших единым целым отраслей экономики и производства, болезненные процессы самоидентификации вновь возникших государств.

Для нас, наследников советской империи, путч 1991 года стал последней схваткой двух идеологических систем: советской государственной и западной либеральной, которую на тот момент олицетворяли демократы во главе с Ельциным. Эта война двух идеологий велась все предшествующие распаду Союза годы. И победила в итоге именно западная ультралиберальная модель. Приведя во власть новых политиков, сменив политические ориентиры целого государства и полностью поменяв его идеологию.

Почему так случилось? Как получилось, что властвовавшая умами страны несколько десятилетий идея, ради которой шли на подвиг и смерть десятки и сотни тысяч советских людей, вдруг оказалась отброшенной их же собственными потомками? Советскую идеологию быстро забыли и сдали в утиль не случайно.

Основой советской идеологии были «научный коммунизм» и «диалектический материализм». Научный коммунизм учил о поступательном развитии всякого социалистического государства до состояния всеобщего блаженства и социального равенства, то есть коммунизма как высшей степени развития человеческого общества.

Диалектический материализм провозглашал принцип абсолютной материальности в существовании человека. Именно поэтому велась упорная борьба со всякими «религиозными представлениями». Религии, дававшие духовную картину мира, противоречили материализму: советская идеология была обречена вести с ними борьбу. Отрицалась монополия религий на воспитание человека.

Однако высокие идеи возникновения и существования советского государства привели в итоге к интересному феномену – основным содержанием советской идеологии стала самая что ни на есть религиозная нравственность и мораль. Возникшая в христианской культуре и христианской цивилизации, в своем высшем смысле советская идеология явилась усеченным христианством, его производным, лишенным лишь одного – Бога.

Самой «религиозной» частью советской идеологии было достижение коммунизма – великой мечтой, залогом существования государства. Коммунизм при этом подразумевался не иначе как будущий рай на земле. И на языке христианской апологетики он вполне ему соответствовал: при коммунизме предполагалось отсутствие денег (еду и все необходимое можно будет просто брать бесплатно), отсутствие тюрем (преступлений не станет, так как общество будет единым целым), отсутствие болезней (наука достигнет небывалых высот, и все болезни будут легко излечиваться) и так далее.

В своих книгах, фильмах и песнях советское государство провозглашало высочайшие морально-нравственные нормы и идеалы, живописуя, каким должен быть настоящий советский человек: честным, добрым, отзывчивым, нравственным, презирающим выгоду, готовым, не щадя себя, служить людям и, если понадобится, умереть за родину и товарищей. Иначе говоря, «положить душу свою за други своя».

Апофеозом нравственных ценностей советской идеологии стал «Моральный кодекс строителя коммунизма», принятый XXII съездом КПСС в 1961 году. По своему содержанию «Моральный кодекс» вызывал аналогии с Десятью заповедями, но без упоминания Бога, по числу же своих 12 «заповедей» – прямо ассоциируется с Христом. А по их содержанию – тем более.

Так, пункт второй кодекса провозглашал «добросовестный труд на благо общества: кто не работает, тот не ест», практически повторяя слова апостола Павла во Втором послании Фессалоникийцам. Воспроизводил постулаты Христа и шестой пункт: «Гуманные отношения и взаимное уважение между людьми: человек человеку друг, товарищ и брат». Седьмой утверждал советскому человеку «честность и правдивость, нравственную чистоту, простоту и скромность в общественной и личной жизни», а девятый провозглашал «непримиримость к несправедливости, тунеядству, нечестности, карьеризму, стяжательству».

Остальные пункты «Морального кодекса» также несли доброе, светлое, вечное: дружба и братство всех народов, нетерпимость к национальной и расовой неприязни, взаимное уважение в семье и забота о воспитании детей, коллективизм и товарищеская взаимопомощь, высокое сознание общественного долга и нетерпимость к нарушениям общественных интересов.

Как писал Бердяев, «социализм хочет владеть всем человеком, не только телом, но и душой его; в этом он выступает с притязаниями, подобными притязаниям Церкви».

И действительно, советская идеология была обязательной для каждого, своими нормативами она охватывала все сферы жизни советского человека: труд и отдых, семейную и личную жизнь. Образы правильного и неправильного, что такое хорошо и что такое плохо – все это просто и понятно показывалось и объяснялось в советских книгах, фильмах и радиопостановках. Причем наиболее талантливые из них, затрагивавшие глубокие струны человеческой души, становились сверхпопулярными в советском обществе.

Миллионы советских людей воспитывались на самых высоких нравственных примерах и идеалах, готовясь стать самым достойным членом советского государства. Однако пока советским государством разрабатывался «Моральный кодекс», а граждане СССР* готовились к обещанному светлому будущему, советская идеология столкнулась с серьезным противником, угрожавшим ее власти над обществом.

После Второй мировой войны руководства капиталистических стран объединились в единый политический блок – для противостояния победившему вопреки всяким ожиданиям и быстро восстанавливающему свою экономику Советскому Союзу и приобретавшим все большую популярность в мире социалистическим идеям. Начались преследования коммунистов внутри государственных элит, оказывалось экономическое и политическое давление на страны социализма.

Основное противостояние развернулось на идеологическом фронте. Запад обрушил на советское общество мощный поток пропаганды либерального образа жизни, культа потребления, массовой псевдокультуры. Советский Союз пытался защищаться. Возник так называемый железный занавес – западные радиостанции глушились, ввозимая литература изымалась, в обществе велась борьба с «тлетворным влиянием Запада», критиковались пороки западного общества, высмеивались потребительство, жажда наживы, низкий уровень культуры «ниже пояса».

Однако усилия по контрпропаганде оставались недостаточными, а запретные меры вызывали обратный эффект. Культ потребления все более поражал позднесоветское общество. Сначала оказались поражены верхние слои общества, более богатые и уже на тот момент во многом отошедшие от первоначальных идеалов. Затем «свободы» по западному образцу потребовали для себя и нижние слои.

Забрасываемые через железный занавес зерна пропаганды падали на благоприятную почву. Потери в ходе войны подорвали экономические возможности СССР. В результате совершенного затем руководством государства ряда ошибок Советский Союз стал значительно отставать в экономическом развитии от западных стран. Это привело к диссонансу и в идеологии советского государства. На Западе царили видимый достаток и потребительское благоденствие, советский народ по-прежнему затягивал пояса.

Окончательной точкой запуска массового недовольства стала неспособность окончательно переродившейся партийной номенклатуры адекватно управлять страной. Даже попытка переворота ГКЧП августа 1991 года навсегда запечатлелась в народной памяти трясущимися руками Янаева, кадры которых облетели весь мир. Народ-победитель, воспитанный на высоких идеалах, слетавший в космос и освоивший Арктику, жаждал достойной власти.

Именно поэтому на митинги против ГКЧП массово вышли люди – в Нижнем Новгороде, Свердловске, Новосибирске, Тюмени и других городах России. Люди выходили на улицы, требуя перемен, с надеждой на новую жизнь, новые перспективы. В Ленинграде на Дворцовую площадь вышли около 300 тысяч человек, в Москве у Белого дома собрались порядка 100 тысяч, у Моссовета – 50 тысяч. В итоге от поддержки ГКЧП отказалось и высшее армейское руководство. Августовский путч продлился всего три дня...

Но почему же советская идеология так быстро исчезла вместе с советским государством? Я думаю, потому что охранительная и консервативная роль советской идеологии, пусть и опиравшаяся на традиционные морально-нравственные ценности, была в основе своей глубоко материальной. Даже в своих самых высоких идеалах она оставалась таковой. И в итоге оказалась беззащитной перед еще более материалистическим и хищным взглядом на человека. А ведь именно на таком сугубо материальном взгляде на человека построена современная либеральная модель западной цивилизации.

Душа советского гражданина, выросшая на голом материализме и лишенная веры в Бога, оказалась лишена и духовного иммунитета. Она искала опоры и поддержки – и не находила.

Не просто так в последние годы существования Союза люди массово пошли в церкви, стали обращаться к вере, власти перестали закрывать храмы. Потому что там долгие годы хранилось то, что единственно являло смысл существования и русского человека, и его государственности. Выстраданное и обретенное веками собственной истории, способное спасти и защитить нацию.

Но времени было уже слишком мало – великое государство рухнуло до своего преображения. Я уверен: Россия не должна повторить этой ошибки.

* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ