Меня просят прокомментировать появившийся на телеканале РБК видеоролик, в котором Владислав Жуковский, сотрудник одной из финансовых компаний Москвы, рассказывает, что в России все плохо, и обещает, что дальше будет еще хуже.
Выполняю просьбу. На всякий случай вот тот самый ролик, о котором идет речь:
Если вы хотите увидеть фактическую ошибку, промотайте на отметку в 8:00. Там господин Жуковский говорит, что наш бюджет сверстан из расчета цены нефти в 3600 рублей за баррель. На самом же деле наш бюджет сверстан из расчета цены в 3075 рублей за баррель. Специально даю в качестве доказательства ссылку на РБК.
Это довольно существенная ошибка: ведь эксперт накручивает на нее далеко идущие прогнозы. Дескать, реальная цена нефти находится на уровне в 3250 рублей за бочку, а это якобы, цитирую эксперта, «не закладывалось ни в бюджете, ни в каких других документах».
Если вы доверяете западным авторитетам в области экономики – чего лично я делать вам в настоящее время не советую, – вот вам мнение швейцарского банка Credit Suisse, аналитики которого относятся к России предельно негативно:
«К концу 2015 года рубль стабилизируется на отметке 75 за доллар. Этот курс, по мнению экономистов фининститута, будет доминировать в течение всего 2016 года».
Как видите, даже печально знаменитый своим пессимизмом Credit Suisse не думает, что рубль просядет ниже отметки в 75 рублей за доллар. Другие западные аналитики настроены еще более адекватно. Так, Bloomberg полагает, что курс доллара вырастет к концу 2015 года до 65 рублей только при условии, что цены на нефть опустятся до 40 долларов за баррель.
Повторюсь: ни Bloomberg, ни Credit Suisse нельзя заподозрить в симпатиях к России. Однако западные эксперты оценивают перспективы нашей экономики достаточно спокойно. Никто из серьезных западных аналитиков не считает, что Россия гибнет. Вот, например, из свежего: эксперты швейцарского банка UBS рекомендуют вкладываться в Россию.
Оно, в общем, и неудивительно. Цитирую Regnum:
«Вот только вырасти так, как обещают паникеры, – до 100–150–200 рублей – у рубля никаких экономических оснований нет. Сальдо внешнеторгового баланса РФ остается положительным. Размеры ЗВР, несмотря на все санкционные войны, сократились всего на 28 млрд долларов. Если в абсолютных цифрах кажется, что это много, то в относительных – сокращение составляет 7,2% за семь месяцев».
Теперь давайте разберем видеоролик эксперта подробно. Идем по пунктам.
1. Название ролика – «В РБК пригласили эксперта, с которым не договорились заранее» – вызывает недоумение. РБК был и остается жестко прозападным и жестко либеральным СМИ. Разбавленные случайными цифрами рассказы о том, что в России все плохо, – это самый что ни на есть формат телеканала.
Так что никакого бунтарства в выступлении господина Жуковского нет: пусть его взгляды на экономику и являются скорее коммунистическими, нежели либеральными, но он высказал ровно то, что хотел от него услышать телеведущий.
2. В начале видео эксперт говорит, что экономика России будет падать и падать и что дна мы достигнем еще не скоро.
Жуковский указывает, что из 12 секторов российской экономики восемь находятся в состоянии кризиса, что в 12 из 16 отраслей обрабатывающей промышленности тоже наблюдается спад, причем кое-где на 10–20%. Особенно плохо дела обстоят в машиностроении, станкостроении и в отрасли высокотехнологичной продукции. Инвестиции и потребление, заявляет Жуковский, тоже падают.
К сожалению, телевизионный формат не позволяет указывать ссылки на источники, поэтому я не знаю, что за 12 секторов и 16 отраслей имел в виду эксперт и где можно ознакомиться со статистикой по этим секторам/отраслям.
Однако в целом в промышленности дела обстоят не так уж плохо. Если в мае спад промышленности в годовом исчислении составлял 5,5%, то по итогам июня он замедлился до 4,8%.
Таким образом, к концу первого полугодия спад практически остановился. Ожидается, что итоговый спад за 2015 год составит 1,3%.
Неприятные цифры? Неприятные. Конечно же, куда как приятнее расти, нежели падать. Однако катастрофичным падение в 1,3% в кризисный год я назвать никак не могу. В России происходят структурные изменения: перестройка экономики, импортозамещение, перенастройка товарных цепочек.
Построить новый завод несколько сложнее, нежели открыть ларек с пивом, и осязаемого роста мы можем ожидать только осенью, через девять месяцев после резкого ослабления рубля в конце 2014 года.
3. Эксперт указывает, что мы начали закупать меньше оборудования за рубежом. Тут мне возразить нечего – это так. Американцы попытались удушить Россию, перекрыв нашим предприятиям доступ к долларовым кредитам.
План не сработал, задушить Россию не удалось. Однако в России появился дефицит денег, пришлось срочно изыскивать средства на закрытие старых кредитов. Понятно, что денег на закупку оборудования стало меньше. Это естественный процесс: когда мы слезем с долларовой иглы – а пиковые выплаты приходятся на 2015 год, дальше будет легче, – можно будет ожидать и возобновления закупок оборудования.
4. Жуковский предполагает, что оптимизм строится на эффекте «низкой базы» – дескать, 2014 год был провальным, следовательно, на его фоне 2015 год будет не таким уж и плохим.
Сделаю лирическое отступление и расскажу, за что я не люблю аналитиков наших деловых СМИ. Их обычно вовсе не интересуют фундаментальные факторы, они смотрят исключительно на цифры, игнорируя те события, которые стоят за этими цифрами.
Позавчера у больного была температура 37 градусов, вчера – 38 градусов, сегодня – 39 градусов. На этом месте аналитики деловых СМИ ставят диагноз: завтра у больного будет температура в 40 градусов, а еще через пару дней он склеит ласты, так как тренд очевидно на повышение и так как с температурой выше 41 градуса люди живут плохо и недолго.
При этом течение болезни больного, мнение лечащего врача и прочие фоновые факты аналитикам деловых СМИ, как правило, неинтересны вовсе. Они предпочитают взять несколько случайных цифр из прошлых периодов и попытаться угадать по ним цифру из будущего.
Возвращаясь к прогнозу Жуковского. Разумеется, оптимизм строится отнюдь не на эффекте «низкой базы». Оптимизм строится на нескольких обстоятельствах:
а) Мы отвязываемся от долларовых кредитов, слезаем с долларовой иглы. Это весьма болезненный процесс, однако отключение токсичного долларового контура высвободит весьма значительные резервы для роста.
б) Мы участвуем в создании альтернативных инвестиционных банков, таких как банк БРИКС и АБИИ. Через эти банки мы сможем в будущем получить триллионные инвестиции в нашу экономику, в первую очередь в инфраструктуру.
в) Мы запускаем в Петербурге площадку для торговли нефтью за рубли, которая должна освободить нас от необходимости тратить ресурсы на поддержку нефтедоллара и от последствий разрушительных колебаний цен на нефть.
г) Мы включили мощную программу импортозамещения, которая реально заработала благодаря дешевому рублю и благодаря западным санкциям. Производить в России в настоящее время очень и очень выгодно.
Вот на этих и на некоторых других факторах строится оптимизм. Что касается конкретных цифр, упадет ВВП за год на 3% или вырастет – это уже вопрос сугубо тактический. Возвращаясь к примеру с больным: не так важно, будет у нашего больного завтра температура в 37 градусов или в 38. Важно, что к концу недели ожидаются выздоровление и выписка из больницы.
5. Дальше звучат стандартные либеральные лозунги: «дефолт ресурсно-сырьевой модели развития», «нефтегазовый Титаник тонет», «гангрену лечат прогреванием пяток».
Возражать лозунгам сложно: это такой площадный ораторский формат, и здесь можно разве что выкрикнуть в ответ другие лозунги – про обреченный доллар, про гигантский долг США и про агентов Госдепа, например.
Мы, однако, не на площади, поэтому я не вижу смысла в заочном перекрикивании оппонента, который находится где-то в другом месте и не может мне немедленно ответить.
Отмечу даже, что миф о ресурсно-сырьевой модели развития имеет под собой некоторые основания: наши либерал-компрадоры весьма хотели бы видеть Россию в качестве сырьевой колонии США.
В реальности Россия имеет не только весьма развитую промышленность, но и вторую по силе армию в мире, которая позволяет нам использовать углеводороды – основу любой современной экономики – в качестве инструмента для решения своих геополитических задач.
Полагаю, и без дальнейших пояснений вполне очевидно, что лучше иметь избыток энергоресурсов, нежели покупать их у других стран. Также вполне очевидно, что, если бы добыча нефти была вредна для экономики, Соединенные Штаты не добывали бы нефть так активно, как они это делают сейчас.
На этой мажорной ноте я, пожалуй, закончу, так как разобрал я пока что только три минуты из десяти, а тратить еще десяток страниц на разбор оставшихся семи минут смысла я не вижу. Бегло дам только ссылку на историю курса доллара – для тех, кто захочет лично проверить, похожа ли нынешняя валютная ситуация на события 1998 или 2008 года.
Хотя оснований паниковать у нас и нет, однако легкой прогулки по воскресному парку тоже не ожидается. Как несложно заметить, мировую экономику сейчас лихорадит, при этом конкретно Россия испытывает трудности не только на внешнем, но еще и на внутреннем фронте. В нашей экономике наблюдается масса нехороших перекосов, устранить которые будет весьма непросто.Если США крякнут – а особых вариантов спасти свою экономику у американцев не просматривается, – плохо будет не только в США, но и во всем мире. Так, например, если обрушение экономики США пойдет по дефляционному сценарию, доллар на несколько месяцев станет очень дорогим, а нефть, наоборот, станет очень дешевой – и вот тогда мы реально сможем увидеть даже не 40, а 5–10 долларов за баррель.
При инфляционном сценарии обрушения экономики США будут уже немного другие проблемы: начиная с проблемы уничтожения огромного количества производственных цепочек по всему миру, которая вызовет частичную остановку промышленности в том числе и в нашей стране.
Выдержит Россия эту бурю?
Полагаю, что да. Запас прочности у нас колоссальный. Повторюсь, у нас есть углеводороды – основа любой современной экономики, и у нас есть очень сильная армия, которая позволяет нам надежно защитить свою территорию. Продовольственная безопасность также находится на достаточно высоком уровне – все основные продукты мы производим внутри страны.
Однако когда я говорю, что Россия выдержит эту бурю, я вовсе не имею в виду «закидаем шапками». Будет тяжело. При некоторых неблагоприятных сценариях нам придется довольно серьезно затянуть пояса и очень много работать, чтобы остаться хотя бы на нынешнем уровне, который в настоящее время считается кризисным.
По совести, американцам следовало бы кардинально реформировать свою экономику еще в 2001 году, после кризиса доткомов: тогда у планеты был еще шанс обойти глобальный кризис. Сейчас, увы, шансов избежать крайне болезненного кризиса у мировой экономики я не вижу.
Источник: Блог Олега Макаренко