Дискуссии о соблюдении Россией и США условий Договора по ракетам средней и меньшей дальности, подписанного в 1987 году, продолжаются уже более шести лет.
Представляется полным абсурдом рассматривать какие-либо сценарии нападения НАТО на ядерную Россию
Размещение американских ракет в Европе способно привести к ситуации, близкой к существовавшей в 80-е годы до ликвидации ракет средней и меньшей дальности. Центральные командные пункты и часть объектов стратегических ядерных сил (СЯС) СССР оказались тогда под ударом ракет «Першинг-2» повышенной точности с заглубляющимися ядерными зарядами с коротким подлетным временем, а также высокоточных крылатых ракет.
Такое положение заставило Москву пойти на соглашение с Вашингтоном (то есть заключить тот самый Договор по РСМД), в результате которого СССР был вынужден сократить примерно втрое больше боезарядов по сравнению с тем, что должны были сократить США.
Если этот сценарий повторится в какой-либо форме, то угрозы для России будут сильнее из-за еще большей близости ударных средств США к российским границам и большего совершенства американских ракет.
Следовательно, для России выход из Договора по РСМД представляется совершенно недопустимым решением, не говоря уже о неприемлемо высоких расходах на создание собственной группировки ракет средней дальности.
Что касается Соединенных Штатов, то для них допустить развертывание российских ракет средней дальности в европейской части России означало бы поставить под катастрофический по последствиям удар американских союзников в Европе, что привело бы к труднопрогнозируемой трансформации атлантических отношений.
И все заявления Вашингтона о возможности развернуть американские ракеты в Европе, и слова Москвы об ответных действиях следует рассматривать только как предупреждение о недопустимости разрушения Договора по РСМД.
#{smallinfographicright=753692}Еще одним поводом для нагнетания ядерного психоза стали слова президента Владимира Путина о 40 новых межконтинентальных баллистических ракетах для СЯС.
Все ракеты, о которых шла речь, предназначены для замены устаревающего стратегического ядерного вооружения, значительная часть которого находится на боевом дежурстве с неоднократно продленными сроками эксплуатации, причем далеко за пределами гарантийных ресурсов.
Москва считает крайне важным поддерживать баланс с США по стратегическим наступательным вооружениям: это последний атрибут сверхдержавного статуса России. Разумеется, все это делается в рамках Пражского договора по СНВ.
Россия и США обязались достичь уровней, обозначенных в этом договоре, к 2018 году и оставаться в этих пределах до 2021-го. Но если США должны сокращать свои СНВ, то Россия, наоборот, стремится подойти к этому уровню снизу.
Следующий многолетний и постоянно усиливающийся конфликт между Россией и США/НАТО обусловлен развертыванием американской системы противоракетной обороны (ПРО) в Европе и угрозой, которую эта система представляет для российского потенциала ядерного сдерживания.
Правда, в России уже и на официальном уровне появилась точка зрения, что если три фазы евроПРО не представляют особой угрозы для нашей страны, то наращивание американской глобальной ПРО чрезвычайно опасно.
#{smallinfographicright=751153}На сегодня модели перспективной ПРО США, соответствующие прогнозам ее развития, отличаются от тех, что были разработаны в соответствии с программой СОИ, но должны содержать значительно более насыщенные эшелоны по сравнению с теми, которые могут быть развернуты США в обозримой перспективе.
Уже созданный отечественный технологический задел в этой области является наиболее надежным аргументом в пользу исключения ПРО из числа дестабилизирующих факторов в стратегическом балансе России и США и прекращения дальнейшего нагнетания отношений хотя бы в этой сфере.
Каким бы неуместным ни представлялось это в сложившейся обстановке, целесообразно было бы уже теперь готовить обновленный формат сотрудничества России и США в области ПРО и реанимировать не только происходившие ранее консультации, но и реальное взаимодействие. Речь идет о проведении серии из восьми компьютерных учений России, США и НАТО по отражению атак оперативно-тактических ракет.
Оценки показывают, что совместное использование информационных систем двух стран (с учетом создания в России единой космической системы к 2020 году) позволяет повысить эффективность российской ПРО для перехвата баллистических ракет средней дальности примерно в два раза.
Ухудшение отношений России и Запада прогнозируется затяжным, но, можно надеяться, не будет продолжаться бесконечно долго. Пока же есть достаточно времени для подготовительных исследований в сфере взаимодействия по проблемам ПРО.
Ядерный психоз – в головах, он носит виртуальный характер и никак не соотносится с реальной обстановкой. Так же как и представления о возможном вооруженном столкновении России и США/НАТО без использования ядерного оружия, несмотря на приграничную активность.
Абсурдно рассматривать какие-либо сценарии нападения НАТО на ядерную Россию и, наоборот, агрессии России против европейских стран, где ей противостояли бы превосходящие силы НАТО, включая Великобританию и Францию с собственным ядерным оружием.
Реальная обстановка же в той части Украины, где сейчас продолжаются боевые действия и гибнут люди, не позволяет рассчитывать на заметное снижение градуса милитаристского психоза в отношениях России и Запада. Лаконичной иллюстрацией здесь могут служить позиции президентов России и США.
Барак Обама говорит о выводе российских войск и техники с Украины, Владимир Путин утверждает, что присутствие на Украине российских войск – заблуждение. Одновременно Нидерланды предлагают в рамках ООН создать трибунал по катастрофе с малайзийским «Боингом», а Россия считает это несвоевременным.
Поскольку какие-либо обоснованные прогнозы продолжительности ухудшения отношений России и Запада отсутствуют, целесообразно было бы снизить накал взаимного противостояния за счет сближения позиций России и ведущих государств в тех сферах глобальной и региональной безопасности, где успех может быть достигнут только совместными усилиями.
Это касается выработки всеобъемлющего соглашения с Ираном, разрешения ядерной проблемы Северной Кореи, укрепления в целом режима нераспространения, противодействия международным террористическим организациям, кибертерроризму и другим угрозам.
Уместно вспомнить политическое завещание ушедшего от нас в конце июня Евгения Максимовича Примакова, который всегда находил рациональные, сбалансированные внешнеполитические решения. А во внутренней политике, по его мнению, в периоды финансово-экономического кризиса экономически развитые государства, как показывает исторический опыт, создают необходимые условия и предпосылки для ускоренного инновационного развития.
Примаков писал, что «именно на время спада производства приходилась активная фаза его структурной перестройки в пользу наукоемких направлений и его модернизации, что позволяло делать очередной рывок». К словам патриарха российской политики и дипломатии есть смысл прислушаться.
Источник: «Военно-промышленный курьер» (публикуется в сокращении)