Я долго думал, рассказывать ли эту историю публично. Все-таки есть тайна пациента, которую врач разглашать не должен. Но это касается прежде всего диагноза, а передать разговор «за чаем», не указывая данных болящего, считаю вполне уместным. Тем более что события, происходившие в Ливии несколько лет назад, так похожи на нынешние.

#{image=548501}Итак, несколько месяцев назад у меня лежала пациентка N. Около 15 лет она проживала в Ливии, ее муж работал в одной из совместных ливийско-российских фирм. Жили в пригороде Триполи. Выучила за это время язык, завела многочисленные знакомства и даже дружбу с местными. Явилась непосредственным свидетелем ливийской «революции» от начала и до конца. Она вызвала у меня неподдельный интерес и ответила на мои вопросы. 

Итак, сначала о подоплеке. Ливия, по твердому убеждению N, жила хорошо, даже очень. На уровне европейских стран, не зря потока мигрантов «на плотах» в Италию и другие европейские страны не наблюдалось: ливиец в Европе был скорее бизнесменом с деньгами или отцом семейства на отдыхе, нежели гастарбайтером.

Власть Каддафи пользовалась абсолютной поддержкой населения. Например, рассказ N о системе здравоохранения и представленные медицинские выписки заставили меня по-доброму позавидовать ливийцам тех лет.

Равно как и информация об условиях ипотеки, поддержке молодых семей, ценах на бензин, контроле качества продуктов и так далее. Итальянцы считали за большую удачу получить длительную командировку в Ливию – страна непросто давала вид на жительство и, тем более, гражданство, поток желающих был очень большой.

Единственное, что имело место – некоторое соперничество между Триполи и Бенгази: чуть более выраженное, чем Москва – Санкт-Петербург, и значительно менее, чем Мадрид – Барселона.

Но Каддафи за несколько лет до смуты дал Бенгази значительные преференции, развернул бурное строительство в городе – и все успокоилось. Теперь непосредственно к хронике событий.

Где-то за 3 месяца до начала волнений жители пригорода отметили появление в окрестностях большого количества мускулистых людей, не похожих на местных жителей, которые жили в маленьких гостиницах, мотелях и постоянно тренировались – бегали, отжимались, уходили в лес с палатками.

На вопросы аборигенов обычно отвечал руководитель группы: мол, мы спортсмены, готовимся к всеарабским играм, у вас климат подходящий. Ну, спортсмены и спортсмены. 

Тем временем в самой Ливии начались разговоры, что Каддафи помог деньгами предвыборной кампании французского президента, дал денег итальянцам и испанцам, а отдавать им долг очень сильно не хочется. И что европейцы решили прикрыться лозунгами о великой демократии и убрать Каддафи, дабы деньги не отдавать.

Но в стране был такой хороший уровень жизни и поддержка властей народом, что многие не верили. Какая может быть еще демократия, если 90 процентов населения и так обоими руками за своего лидера. Европейцы обязательно увидят все и одумаются. 

Где-то через месяц горожане с удивлением обнаружили, что на центральной площади города митингуют 300–500 человек с лозунгами против Каддафи. Среди них встречались знакомые лица спортсменов.

Это было настолько же неправдоподобно, как если сегодня с лозунгами против Путина выйдет весь «Уралвагонзавод». Самое интересное – большинство из митингующих знали по-арабски только фразу «Смерть Каддафи» и еще пару-тройку кричалок, а на вопросы местных не могли ответить из-за банального незнания языка. Пациентка N считает, что это были люди из Катара, Йемена и подобных стран, возможно, также иракцев и туарегов.

Полиция окружила митинг, митингующие разбили палатки и остались на несколько месяцев. Горожане проявляли сдержанность, поскольку были абсолютно не готовы к такому, полиция пресекала беспорядки, но активно не разгоняла – на Западе уже началась истерия про массовые протесты, якобы зверства режима Каддафи.

Пару раз приезжали западные корреспонденты – тогда пришельцы начинали неистово прыгать, кричать лозунги, изображать немыслимо страдающих. В тот же вечер это показывали по CNN, и создавалось впечатление, что митингуют тысячи. «До сих пор не понимаю, как им удавалось так отснять», – недоумевала моя пациентка. 

Еще к митингующим часто приезжали из посольств США и стран Европы. Чем они там занимались, моя пациентка не знает, но сказала: «Не удивлюсь, если раздавали печеньки». 

Тем временем Ливию атаковали западные СМИ, росла международная истерия, потоком шли непонятно откуда взятые кровавые кадры. Знакомая пациентки звонила родственникам в Бенгази – даже там, в колыбели оппозиции, переворот поддерживали процентов 20 населения, город заполонили наемники.

Учитывая все это, жители пригорода наконец разозлились, собрали свой многотысячный митинг и прогнали пришельцев. Максимум, чем закончилась зачистка площади – парой разбитых носов, жертв не было. Полиция помогала, но не зверствовала. В городе воцарилось спокойствие. 

Вечером по СNN показали сюжет – ливийская армия устроила геноцид собственного народа, танками и авиацией разогнав митинг несогласных граждан. И кадры, судя по всему, из Ирака или Афганистана – разрушенные дома, горы трупов на улицах, кровь, убитые дети. А внизу подпись – город X, пригород Триполи, сегодняшнее число... Горожане звонили друг другу и задавали один вопрос: «Как такое вообще может быть?»

Через несколько дней по городу ударила авиация НАТО. Налеты продолжались несколько дней, моя пациентка сидела в подвале, погибли ее соседи, несколько хороших знакомых. Город был практически разрушен, его заполнили наемники и мародеры.

Ежедневно сотни ливийцев в поисках лучшей доли плывут на рыбацких лодках в сторону Италии, сотнями и тонут. Не так давно прошла информация, что США в целях безопасности эвакуировало посольство из Триполи.

Из новой демократической страны, выживающей теперь по всем правилам Запада.

Не вижу смысла особо комментировать эту историю – пусть каждый сделает свои выводы. Позволю лишь сказать о своем самом большом разочаровании – мы живем совсем не в том мире, как казалось раньше.

Источник: Блог Алексея Федорова