«Спокойно спи под грохот канонады!» – собирались написать на подушках герои Ремарка из романа «На Западном фронте без перемен». А на карабахском фронте перемены произошли: который день идет обстрел, стороны сообщают о погибших солдатах, вменяя друг другу в вину нарушение перемирия.
Тактика против стратегии?
За последние годы режим прекращения огня на линии соприкосновения армяно-азербайджанских войск нарушался часто, порой соотносясь с международным контекстом. Но общая картина оставалась неизменной. Азербайджан заявлял о продолжающейся оккупации своих земель, Армения – о восстановлении исторической справедливости.
#{smallinfographicright=328927}Три страны, сопредседатели по урегулированию карабахской проблематики, то и дело инициировали мониторинги, встречи глав МИД противоборствующих сторон и даже переговоры президентов двух стран. В общем, устоявшаяся картина предвоенного затишья разбавлялась дипломатической работой и политическим контекстом.
В августе 2014 года конфликт перешел в наиболее острую фазу. И в очередной раз этому способствовал и геополитический контекст. С одной стороны, затяжной украинский кризис провоцирует вспышки нестабильности по всему периметру постсоветского пространства, особенно в зоне Южного Кавказа, где существует два территориальных конфликта.
С другой – регион прошивают разными нитями два конкурирующих интеграционных курса: европейский и, с недавних пор, евразийский.
И если Соединенные Штаты Америки, находясь на другом континенте, четко понимают свою стратегическую линию и в отношении Азербайджана, и региона в целом, то Россия, находясь в непосредственной близости от стран Южного Кавказа и театра действий в Нагорном Карабахе, работает, видимо, по ситуации.
Битва сопредседателей
Достаточно посмотреть на работу МГ ОБСЕ. За год своей работы в должности сопредседателя от США Джеймс Уорлик стал играть едва ли не солирующую роль в работе этой структуры. Прославившись как твиттер-дипломат, он делал провокационные заявления, ловко увязывал крымский прецедент с карабахским вопросом.
А в начале мая презентовал шесть пунктов по урегулированию карабахского вопроса, по сути воспроизводящих обновленные Мадридские принципы. Восприняты они были неоднозначно, но Уорлик и не ставил цели явить миру ответ на карабахский вопрос.
В самом начале выступления он отметил, что выражает позицию правительства США, которое, в свою очередь, не намерено разрешать армяно-азербайджанский конфликт, скорее, наоборот – наблюдается тенденция использования этой проблемы для влияния на Баку и Ереван. Из-за ряда провокаций отношение к Уорлику как в Азербайджане, так и в Армении сложилось двоякое, зачастую со знаком минус, тем не менее нельзя не признать, что его деятельность вызывает резонанс, а для дипломата это хороший знак.
Более того, действия Уорлика были неразрывно связаны с работой теперь уже бывшего посла США в Азербайджане Ричарда Морнигстара. Совместными усилиями они моделировали проамериканские реалии, а США на официальном уровне подкрепляли их работу теми или иными заявлениями.
На фоне такой колоритной деятельности работа Игоря Попова, при всем уважении, выглядит не просто блекло – неуклюже... Его имя не вызывает прямой ассоциации с карабахским вопросом, от его лица не было ярких заявлений. И даже когда в «опасное время» Уорлик презентовал свои шесть пунктов, Попов не выступил со своим «ответом».
Ни на волне споров, когда СМИ Азербайджана и Армении муссировали эту тему, ни после. Иначе говоря, Попов работает в режиме партийца прошлого века, а никак не в режиме дипломата. И это при том, что Россия, как никто из тройки сопредседателей, заинтересована в разрешении карабахского вопроса.
Именно на позицию Москвы по урегулированию проблемы западные страны делали особенный акцент. Именно Россия вынуждена особенно балансировать между Баку и Ереваном, и именно российские интересы могут пострадать в случае поворота карабахской проблемы в сторону возобновления боевых действий.
А поворот к войне все более отчетливый. И не случайно именно в Сочи должна пройти встреча президентов Азербайджана и Армении.
Уже выпущено совместное заявление сопредседателей Минской группы ОБСЕ, в котором, кстати, нет ничего нового: призыв к президентам Армении и Азербайджана «принять срочные меры для снижения напряженности и уважения соглашения о перемирии», а также «как можно быстрее начать переговоры по мирному урегулированию конфликта, являющиеся единственной возможностью принести мир и истинное примирение людям, живущим в этом регионе». Трогательно, но абсолютно ничего не значит с точки зрения решения проблемы.
И, скорее всего, в ближайшее время, пока планируется встреча президентов Армении и Азербайджана в Сочи, Уорлик будет проводить согласованную с Вашингтоном информационную работу. США пустят в ход и назначение нового посла, и щепетильную тему арестов в Азербайджане, и риторику о пагубности евразийского выбора, конечно, не забывая работать и по украинской теме.
МИД РФ, сопредседатель МГ ОБСЕ от РФ и даже посол РФ в Азербайджане едва ли скоординируют свои действия и выступят «единым фронтом». И если МИД будет «биться» по другим значимым направлениям, то чем объяснить пассивность двух дипломатов – не очень ясно.
О чем молчал посол
Эскалация конфликта в Нагорном Карабахе идет четвертый день. Уже заявлено о возможной встрече президентов Азербайджана и Армении. И на этом фоне абсолютная тишина со стороны посла России в Азербайджане.
На официальном сайте посольства говорится об участии посла России в Азербайджане в церемонии введения в строй новых производственных мощностей компании «Балтика-Баку» (24 июля), о том, что в посольстве состоялся концерт авторской песни (23 июля), и т.д.
А вот на сайте посольства США в Азербайджане есть место для материала по эскалации конфликта (Escalating Violence along the Line of Contact in the Nagorno-Karabakh Conflict), и даже есть место для темы по аресту директора незарегистрированного неправительственного Института мира и демократии Лейлы Юнус, обвиненной в сотрудничестве со спецслужбами Армении (Press Statement: Criminal Charges Against Institute for Peace and Democracy Director Leyla Yunus in Azerbaijan).
И именно эта тема идет полным ходом параллельно ситуации в Нагорном Карабахе. США и ЕС раскручивают тему ареста, стараясь манипулировать Баку, что особенно остро ввиду карабахской ситуации. В принципе все логично и последовательно, не ясно одно – где работа российской стороны?
Почему г-н посол молчал, когда информационное поле заполнялось провокационными материалами о таможенной границе между Арменией и Нагорным Карабахом? И даже сейчас, когда гремят выстрелы, когда стороны делают встречные заявления, обвиняя друг друга, когда готовится встреча президентов, г-н посол молчит.
Не говорит о важности встречи Ильхама Алиева и Сержа Саргсяна, не дает последовательный анализ происходящего на карабахском фронте. Тишина. Абсолютная... Только новые мощности и авторские песни...
P.S.
Россия сегодня находится в непростой международной ситуации, что особенно значимо для ее положения среди постсоветских партнеров. Президент страны проводит переговоры, делает заявления, внимание министра иностранных дел России приковано к проблеме обстрела российского пограничного пункта пропуска «Гуково» в Ростовской области.
Но не могут два человека работать за всех. Именно поэтому есть должности послов, сопредов и т.д.
Если встреча президентов Азербайджана и Армении состоится, России будет необходимо продемонстрировать свой дипломатический успех. Как некогда Барак Обама набирал очки на примирении весной 2013 года Турции и Израиля. Но возможно ли это сделать, когда ключевые фигуры российской дипломатии «спокойно спят под грохот канонады»...?