Чем зрелая, уникальная и древняя цивилизация отличается от плодородного, но несамодостаточного осколка империи?

Мир меняется, и мы меняемся вместе с ним

Чем естественная нация с самобытным путем в мире и со своим цивилизационным укладом разнится со скороспелой химерой, у которой все, что есть – это выдуманная история, народный фольклор Малороссии и остатки советского наследия?

Почему на протяжении всей истории Россия отступала и сдавала территории вначале, но потом оказывалась последовательно в Варшаве, Париже и Берлине, а Украина-Малороссия не могла воспользоваться ни одной своей крупной победой?

Ответ прост: у любого сложноустроенного общества есть масса защитных механизмов, каждый из которых срабатывает по своей собственной, определенной программе. А у химеры-скороспелки их нет – они не предусмотрены в ее дизайне.

Да, такие цивилизационные механизмы могут задержаться и опоздать к первому удару. Их спящий потенциал может быть не задействован сразу, копясь под спудом и превращаясь на первых этапах конфликта лишь в домашние наработки и накопленные на будущее ресурсы. Но потом, в нужный момент, даже если первый удар под дых и был бездарно пропущен, этот защитный механизм старой и умудренной опытом цивилизации – срабатывает.

«Велика Россия, а отступать некуда. Позади – Москва». Сколько ее ни ругали, сколько ее ни хаяли, а другой у нас Москвы и нет.

Как нет у русского народа и другого Киева, возможная сдача которого Западу будет для русской цивилизации незаживающей раной и невосполнимой утратой – никакие достижения на Востоке или на Севере не искупят этого возможного поражения на Западе. И поэтому битва за Киев – еще впереди.

Но бороться за Киев, за «мать городов русских», надо будет по новым правилам, учитывая то, что враг сегодня пришел на русские земли с новой войной – с войной подлой, безжалостной и бесчеловечной.

И великороссы, малороссы и белорусы вынуждены будут сражаться вместе – или же так же вместе погибнут, потеряв все и утратив свою цивилизационную идентичность. Оставшись лишь с вышиванками, косоворотками, салом и водкой, бульбой и картошкой, бураком и репой. И без разницы, как называть свеклу – ничего, кроме свеклы, у них не будет. Все остальное – турбины, ракеты, ядерные реакторы, атомные ледоколы, север и космос, Луну и звезды – у них отберут. Уже навсегда.

И поэтому – Москва в борьбе за Киев включает те механизмы, которые пока спали и готовили свои планы в тиши закрытых кабинетов.

Ведь Москва – это, как ни крути, одна из столиц мира. Целый мир, целый глобус, на котором есть всё. И все, кто могут защитить и Москву, и Киев от злой и антисистемной химеры.

У Москвы есть Лес, есть Поле и есть Площадь. Да и площадей на самом деле у Москвы даже две – Старая и Новая. А на Старой площади есть целый квартал, который внутри себя еще и поделен на массу улиц и переулков.

У Москвы есть Университет и есть Храм. Есть Зуб и есть Золотые Мозги.

А над всем этим многообразием механизмов стоит Кремль. Который вроде как и не сказал последнего слова, но что-то делает, медленно, но неотвратимо поворачивая химеру, порожденную австрийским генштабом, от уничтожения русских на уничтожение самой себя. Превращая Украину в извечную Малороссию и возвращая русским их изначальное имя – великороссы.

Это уже все яснее понимает Кремль. И включает именно те механизмы, которые сейчас работают наиболее эффективно, на сегодняшнем участке украинского кризиса, который однозначно погубит украинскую химеру.

И из кризиса уходит Площадь, а приходят Лес и Поле. И ополченцы из небольших разрозненных формирований превращаются в регулярную армию, и политики Новороссии начинают говорить о новом и странном, а разговоры о партизанском восстании в тылу у хунты, взрывы и пожары, демонстрации и митинги – становятся все плотнее и зримее.

Мир меняется, и мы меняемся вместе с ним.

А герои не уходят – они просто взяли небольшой отпуск. И обещали скоро вернуться.

Источник: Блог Алексея Анпилогова