События на Украине спровоцировали очередной всплеск аналитики по украинскому вопросу. В подавляющем числе аналитики предлагают расчленить Украину. При этом почему-то вспоминают чехословацкий опыт.
Евромайдан был спровоцирован с целью преждевременного старта антидонецкого переворота
Этот опыт можно было бы применить к Украине, если бы не разница в устройстве государств. Впрочем, это несоответствие не останавливает делящих Украину аналитиков. В этом деле мне удивителен не сам подход, а его господство среди думающей публики, даже разнообразия ради можно обратиться к другим вариантам.
Перед нами очередной пример господства логики упрощения. С таким же подходом украинские аналитики регулярно пророчат распад России как способ решения российско-украинских противоречий. Остается только сожалеть о том, что аналитики предаются одинаковым слабостям.
Финансы расстроены, армия и спецслужбы ослаблены, внутреннее единство отсутствует. Так можно охарактеризовать украинское государство на этот момент. Мировой экономический кризис делает внешнее окружение особенно враждебным, а слабое государство – наиболее доступная цель.
Украинские элиты не проявляют особого желания отстаивать суверенитет страны, они предпочитают им торговать. Понятно, что торг будет не в пользу слабой стороны. Ситуация с договором об ассоциации с ЕС – прекрасная иллюстрация этого положения.
Россия вынуждена по отношению к украинскому вопросу занимать активную позицию. Собственно, эта позиция впервые проявилась в 2005 году во время первого газового кризиса. Россия прочитала украинскую экономическую стратегию «оранжевого» периода и лишила украинскую элиту возможности компенсировать увеличение европейского импорта за счет перепродажи углеводородов и усиления экспорта в Россию.
Конкуренция внутри украинских элит способствовала тому, что газ для Украины дорожал. Местные нефтеперегонные заводы прекращали свою работу, антироссийский нефтепровод работал в реверсном режиме.
Эта ситуация спровоцировала постоянный рост внешнего долга Украины. Интересно, что после смены правительства на «пророссийское» стратегия не претерпела изменений. Донецкие все так же критиковали высокие цены на газ и искали способы снижения российского углеводородного импорта. Не преуспели.
Долг вырос до преддефолтного масштаба. Кредитование с помощью американских финансовых инструментов стало невозможным в преддверии выборов. США требовали снижения социальной нагрузки на бюджет.
#{bigimage=775056}
Экономика Украины и без этого проседала по уровню жизни населения. Согласие на такие условия кредитования означает политическую смерть для принимающих это решение. В качестве альтернативы появилось российское предложение, не столь драматичное для социальных выплат и даже с перспективой какого-то экономического роста.
Для его принятия украинским элитам предстоит сделать геополитический разворот, невозможный в условиях набравшей высокую скорость евроинтеграции. Возникает непреодолимая неадекватность элиты. Так работает экономический механизм Реконкисты.
Возникший в ответ на провал евроинтеграции евромайдан обострил украинский политический кризис до состояния перезагрузки политической системы. Сейчас четко можно сказать, что евромайдан был спровоцирован с целью преждевременного старта антидонецкого переворота, намеченного на 2015 год.
Из-за отсутствия понятной программы евромайдана оппозиции пришлось импровизировать бесконечные веча
Логика украинской оппозиции была незамысловата. Донецкие выигрывают президентские выборы на фоне все ухудшающейся экономической ситуации. Организуется «Майдан-2».
Перевыборы – и далее весь негатив сливается на донецких. В этом случае, скорее всего, оппозиция исключила бы донецкого кандидата на выборах, выдвинув в качестве кандидатов оппозиционное трио, демонстрируя торжество демократических европейских ценностей.
Эту незамысловатую идею прочитали и реализовали, только до выборов. Заготовленные СМИ выстрелили, обеспечив информационный накат, политики вынуждены были окучивать внезапную толпу. Российская стратегия рассматривает «евромайданщиков» как аналог собственных либералов и националистов, объединившихся в так называемом болотном процессе.
Успешная борьба с ним и определяет подход к деятельности на Украине. С той лишь разницей, что можно жертвовать центром столицы и много чем другим. Наиболее страшным врагом украинских «евромайданщиков» являются они сами.
Чем больше они добиваются побед, тем грандиознее общий неуспех. Поэтому наиболее верным способом уничтожения евромайдана является его громкий успех с не менее громкими последствиями.
Интересно, что украинский олигархат, который должен был предвидеть провокации и остерегаться их, бросился в «евромайданную» борьбу всеми силами, чем только увеличил проблемы для себя. Из-за отсутствия понятной программы евромайдана, оппозиции пришлось импровизировать бесконечные веча.
На этом фоне истеричные личности продолжали заводить публику. В результате наиболее успешными на евромайдане стали правые радикалы, группировки которых задали собственный тон.
Их, конечно, можно пытаться перекупить, но это только увеличивает финансовую нагрузку на олигархов – без позитивного результата. Чем еще хороши эти боевики, так это тем, что провоцируют ответную реакцию по мобилизации политических и идеологических противников.
«Победоносное» наступление на областные органы власти этот процесс наглядно продемонстрировало. Вместо торжества евроинтеграции на всей Украине опять замаячила перспектива потери государства как такового.
Вся деятельность евромайдана направлена на ослабление украинской государственности. Слабый донецкий режим не имеет сил на его подавление, евромайдан, в свою очередь, не имеет позитивной программы для замены слабого донецкого режима. Обе стороны обречены на взаимное ослабление.
Перспектива дефолта, с одной стороны, ослабляет политическую борьбу, но с другой – создает непреодолимую интригу. Ослабленный Янукович вынужденно обнулил правительство.
От такой перспективы доступа к бюджету нельзя отказаться, но и возглавить правительство смертельно опасно. Неминуемый дефолт рисует перед «евромайданщиками» замечательную перспективу: население страны, скорее всего, будет ассоциировать победу евромайдана с произошедшим после дефолтом либо с резким падением уровня жизни. Вот это успех!
Единственным способом попытаться избежать этого остаются переговоры с Москвой, но упрямые оппозиционеры едут в Берлин. Информационная стратегия Реконкисты в действии.
Относительно иностранного влияния можно сказать, что послы, политики и чиновники на евромайдане – это еще один признак импровизации и преждевременно стартовавшего плана. Я понимаю, когда бы они появились в 2015 году и по крайней мере обеспечили бы себе пять лет украинской лояльности.
Но чего они добились теперь? Явного прямого вмешательства в дела Украины. Ради чего? Чтобы грядущие украинские проблемы ассоциировали с булками от Нуланд? Кто-то гениальный предложил им бежать на Майдан – все и побежали.
А чтобы не казалось, что все можно, для снижения страстей позже произошла утечка замечательного разговора Нуланд по телефону. Реконкиста ослабляет влияние западных стран на Украину через провокацию прямого вмешательства, дискредитируя его через неизбежные последствия для украинского населения. Никогда еще в истории Украины евроинтеграция не была столь бессмысленной.
Источник: Блог Дмитрия Коломийченко