Эмоциональная волна восхищения грандиозным открытием Олимпиады немного схлынула, и появились аналитические, чуть ли не культурологические работы по расшифровке символов и посланий, выраженных в данном произведении искусства.
И это понятно: открытие хоть и было приурочено к спортивному событию, но явилось событием именно культурным, к тому же мирового масштаба, учитывая трехмиллиардную аудиторию зрителей и грандиозность режиссерского замысла.
#{bigimage=778976}В представлении, помимо чисто визуальной красоты, было немало символов и намеков, требующих осмысления. Чего стоит только русская девочка по имени Любовь, «прыгающая» по истории Руси и мира и под занавес зовущая всех зрителей с собой в будущее.
1
Все отметили главные характерные черты представления. Грандиозность исторической перспективы и масштаб действа – чего только стоят фигуры тройки коней и гигантского паровоза, широта взгляда на мировую историю, «упоминание» разных исторических эпох и прослеживание их взаимосвязи.
Доминирование классического искусства – в постановке даже революционный авангард воспринимается как классика, ибо это осмысленно и понятно, что само по себе на фоне современного быссмыслия в искусстве вызывает неподкупный интерес; в то время как «прогрессивное человечество» являет миру все более и более уродливые продукты собственного разложения, Россия выступает с позиций классического искусства и ясного осмысленного взгляда на происходящее; она возвращает миру смысл.
Тесно сопряжена с этим следующая черта представления – внешняя и внутренняя красота действа, ибо осмысленность всегда красива и гармонична, а красота не может быть глупа и пуста: масштабные балетные постановки, прекрасная музыка Доги, Стравинского, Свиридова, «Подмосковные вечера», «Кострома», красочные театрализованные зарисовки и цветовые спецэффекты – все это было красиво и гармонично, даже если непонятно в нюансах.
Еще одна черта – это использование древнейших образов и мифов, как общечеловеческих, так и специфично русских: диск солнца, корабль на волнах, ярмарка, купола, Китеж-град, мчащаяся тройка...
Но главное – это цельный взгляд на всю историю русского народа. Взгляд, концентрирующийся на лучшем и созидательном – том, что позволяло русской цивилизации, ведомой Любовью, идти вперед по волнам жизни, несмотря ни на что. Преодолевая препятствия, проблемы и собственные недостатки, творить и строить будущее, каждый раз обновляясь и выходя из, казалось бы, тупиковых ситуаций.
И это не примитивный лубок, как уже назвали некоторые интеллектуалы олимпийское представление, но глубинное понимание законов истории, народной силы, которая творчески преодолевала все новые и новые вызовы. Это вычленение самого важного, того, что при изменении форм и внешних образов позволяло сохранять нутро, нечто такое, что проявлялось равно в богатыре, гусаре и советском солдате, крестьянине, заводском рабочем и «белом воротничке», великом князе, царе, генсеке и президенте. То, что позволяет всех их назвать простым и сильным словом – русские.
2
Здоровый созидательный взгляд на историю видит равно как хорошее, так и плохое, но акцентирует свое внимание именно на том, что помогало побеждать плохое. Здесь кардинальное отличие от того взгляда, который концентрируется только на плохом и призывает граждан каяться за грехи прошлого и заниматься тотальным самобичеванием.
Идеологии смерти противопоставляется идеология жизни, именно она позволяет нам взглянуть на пройденный многовековой путь как на череду преодолений и побед, на ряд исторических событий – как на единое целое.
Начиная с момента, когда мчащаяся тройка, несущая русское солнце, разбивала льды на пути рождающейся Руси-цивилизации, яркой и скоморошной, разудалой и свежей, как распустившийся цветок, продолжаясь естественным ее приходом ко Христу, через выход русской души, уже христианки не только по зову, но и по сути, в мировой океан на корабле, ведомом Петром Первым, через построение мощнейшей в мире армии, новых вычерченных городов, прекрасных балов и тонких чувств, через трагедию русского дворянства и «красное» обновление (модернизацию) страны 30-х годов XX века (в представлении и образ красного колеса сменил негативный смысл на позитивный), преодоление Великой войны и отстраивание страны, несмотря на тягости и разруху, тотальный оптимизм, ставший тем тягачом, который позволил в непрекращающейся «холодной войне» вытащить страну на новый технологический уровень и при этом позволил людям чувствовать себя счастливыми строителями светлого будущего, одновременно выйти в космос и выйти из режима длительной мобилизации, позволив себе маленькие слабости и обустройство комфортного быта, при этом сохранив доброту и человеческое тепло, чувство локтя и ощущение Родины...
Все это – от древнерусских бородатых мужиков до... – и есть русский путь, великий и яркий, который мы, сегодняшние поколения, обязаны продолжать с той же энергией и жаждой созидания.
3
Но если кому-то хочется свести русский космос к русскому гетто в окружении врагов и подвести олимпийское представление под флаг узкого псевдонационализма, это не получится. Не менее главной чертой новой идеологии является широчайшее понимание национализма, русскости как особого духовного пути, противоположного идеологии чистоты арийской крови.
Красота по-русски: балет, масленичная ярмарка, православные купола и богослужение (а церемония началась с исполнения гимна России хором Сретенского монастыря), музыкальные поэмы русских композиторов, архитектура, лица, краски – все это открыто миру. И чем более русское, тем более понятно человечеству.
Мы не отгораживаемся от мира, но наоборот – мчимся к нему навстречу на тройке. С распростертыми объятиями и чистыми помыслами. Ко всему миру, в том числе и к западной его части – Западу, который настроен к нам враждебно и неблагодарно, мы, вопреки всем его страхам, несем ему добро и обновление, подсказываем ему единственный выход из тупика, в который он сам себя загнал.
Оттого так и пытается западная верхушка отгородить Россию и сделать из нее врага. Оттого и старается очернить Олимпиаду и блокировать смысл красочного олимпийского послания, обращенного ко всему человечеству.
4
Новая идеология... Да, это именно так. Рассматривать церемонию открытия Олимпиады как таковую саму по себе, как нечто особенное и живое в море пустыни – совершенно неправильно.
Тем, кто считает главным идеологом представления открытия Олимпиады Константина Эрнста, напомню еще одно грандиозное открытие – Универсиады-2013 в Казани. Ее постановщиком был Игорь Крутой, но вы поразитесь, насколько схожи эти представления между собой – по смыслам, по стилистике, по сюжетной линии, вплоть до повторения некоторых эпизодов.
То же сочетание грандиозности, яркости, красоты, глубины, историзма, цельности взгляда, гармонии. Так же доминирует классика: балет, оперные арии, великолепное убранство, грандиозные театральные представления и одухотворяющая музыка. Те же важнейшие объединяющие смыслы, экскурсы в историю и демонстрация единства разных этапов, когда истоки каждого нового периода в предыдущих.
Обязательно посмотрите, и вы поймете, что этот взгляд на историю и мир породили отнюдь не режиссеры, но тот, кто задумал проведение как Олимпиады, так и Универсиады в России.
Более того, вам станет понятно, что данные спортивные мероприятия – лишь повод высказать нечто важное и далеко не спортивное.
Новая идеология заложена и в новом учебнике истории, но не так ярко. По крайней мере в его концепции пока не удалось увидеть такой же продуманности и изящности форм, посмотрим, что будет в самом учебнике.
Однако мы должны понимать, что в современном мире смыслы распространяются не через учебники, а через сильные образы массового сознания. Одно такое представление-послание, наподобие олимпийского или универсиадского, способно отразиться в душах десятков миллионов одновременно, зажечь их. Это гораздо более сильный эмоциональный инструмент, чем сухой текст учебного пособия.
5
С другой стороны, и пособие можно подать ярко и красочно, с точным и сочным смыслом, улавливаемым каждым.
Яркий пример тому – недавняя грандиозная выставка «Православная Русь. Романовы», курируемая отцом Тихоном Шевкуновым. О самой выставке сказано многое и по делу. Но чтобы правильно понять ее замысел, далеко выходящий за пределы романовской династии, и соотнести с церемониями Эрнста и Крутого и вообще с происходящими изменениями в идеологической жизни страны, надо обязательно прочесть интервью научного руководителя экспозиции, доцента МГУ, историка Павла Кузенкова.
Более цельного и емкого взгляда на историю мне не приходилось встречать у современных историков, но главное – это именно тот взгляд, который выражен в том числе и в открытии Олимпиады. Взгляд новой российской идеологии, самоутверждающей и созидательной, противостоящей вирусу самоуничижения и разрухи.
Когда знание разных отражений исторического процесса, в том числе и неприглядных и кровавых, не позволяет замутнить сам исторический процесс, его созидательный пафос и главный вектор. А ведь если мы говорим о более чем тысячелетней цивилизации, то понимаем, что должны исходить из того, что способствовало жизнестойкости этой цивилизации, что не будь этого, но будь только преступления, грязь и кровь, интриги и глупые цари, то все обрушилось бы в первые же десятилетия.
Таким образом, для правильного понимания секрета жизнеспособности цивилизации необходимо сосредоточиться на изучении ее сильных сторон и козырей (наоборот, если ты хочешь разрушить ее, то должен изучать слабые точки и максимально давить на них).
Возвращаясь к Кузенкову, приведу одну из его цитат, где он формулирует суть выставки о Романовых: «Она выводит нас на идею самодостаточности России как цивилизации и ее жизнеспособности. Хотя мы многому учимся у Запада и даже зависим от него в области технологий, научных знаний, это никоим образом не означает нашей зависимости системной. И когда мы вернемся на привычный уровень социальных отношений, мы резко разбогатеем – если не деньгами, то, во всяком случае, совокупно доступным благом. Православное учение придает целостность такой модели отношений, где все служат Богу через послушание властям и служение друг другу. Можно называть это служением народу – народу Божьему, то есть без национализма, который был характерен для Европы. Там тоже пытались выстраивать вертикальные социальные связи, но на основе концепции нации. Наполеоновские солдаты шли умирать не за деньги, а за великую Францию. Россия этого соблазна избежала: никогда русские солдаты не умирали за великую Россию, они умирали за веру, царя и Отечество. А возьмите Америку: там принято делить народы на хорошие и плохие, присвоив себе статус «силы добра» и высший моральный авторитет. Все это подрывает идею служения на корню. Так что и в общечеловеческой перспективе православная цивилизация не исчерпала своего потенциала».
***
Итак, открытие Универсиады, открытие Олимпиады, выставка «Романовы», разработка учебника истории, заявленный в России Год культуры и подготовка Сергеем Ивановым к 1 апреля 2014 года проекта основ государственной культурной политики – все это может показаться случайным совпадением, если бы не было так многозначно и удачно сложившимся в общую картину культурно-идеологической трансформации.
Мы много и долго говорили с вами о русской национальной идее, о новом объединяющем смысловом содержании нашей страны. И это были очень важные поиски и попытки. Но вот заговорила об этом власть – и, кажется, это самое громкое слово за последние десятилетия.
Источник: Блог Эдуарда Бирова