Приближается единый день голосования, и сейчас, в самый разгар лета, можно с уверенностью сказать, что прогнозы скептиков не сбылись: отпускной сезон не отразился на накале борьбы и не снизил интереса избирателей к политической кампании. Этому способствовал прежде всего сам характер выборов. Они не просто многопартийные и пестрые – они показывают тенденции, свидетельствующие о переменах в политической системе страны.
В текущей кампании появилось несколько активных игроков из числа новых малых партий
Эти выборы – проба пера для многопартийности, созданной реформой 2012 года. Октябрьские кампании прошлого года – первые после принятия новых законов – проходили в условиях регистрации новых партий и доминирования прежних игроков и прежних сюжетов. Хотя перемены, набирающие силу в настоящее время, были заметны уже тогда.
Политическая реформа имела две основные задачи: первая – добиться улучшения качества и обновления элиты за счет создания дополнительных «лифтов»; вторая – обеспечить, чтобы важные, общественно значимые задачи решались не в кулуарах администраций и бизнес-структур, а открытым и парламентским путем – в борьбе лидеров и партий на выборах.
Эти задачи актуальны прежде всего для регионального и муниципального уровней. Именно здесь отмечаются застойные явления в формировании элит, их склонность к закрытости и консерватизму, неготовность к открытой конкуренции.
Как показывает кампания 2013 года, в ближайшее время в этой области можно ожидать перемен. Большое количество малых и средних партий дает возможность проявить себя новым игрокам. У них есть вполне осязаемая цель – участие в выборах в Госдуму в 2016 году. Лидеры, продемонстрировавшие успех, будут приглашены в системные партии либо продолжат борьбу в самостоятельном качестве в одномандатных округах.
Сейчас в стране более 70 партий, в том числе более 60 – новые, возникшие за последний год.
И «старые», и новые партии проявили в текущей кампании большую активность. В ней участвует 49 непарламентских, в том числе малых партий. Причем они выдвинули кандидатов не только в одномандатных округах или по спискам, но попытали счастья и на губернаторских выборах. Если взять статистику по выдвижению кандидатов, то лишь треть из них представляют парламентские партии («Единая Россия», КПРФ, «Справедливая Россия» и ЛДПР). 30% – самовыдвиженцы (в их числе и. о. мэра Москвы Сергей Собянин). И больше трети, почти 40% – выдвинуты непарламентскими партиями (22 партии).
Если партия ориентируется на «недовольный» электорат «против всех», то она проигрывает
Надо сказать, что на данный момент последним удалось зарегистрировать кандидатов, то есть пройти муниципальный фильтр в пяти из восьми выборных регионов. Всего успеха добились восемь непарламентских партий: «Патриоты России», «Яблоко», РПР-Парнас, «Правое дело», «Гражданская сила», «Гражданская позиция», «Коммунисты России», КПСС. Лидируют среди них «Патриоты России»: их кандидаты зарегистрированы в трех регионах.
С регистрацией кандидатов от непарламентских партий был и ряд казусов, связанных с недостаточным количеством или недостоверностью подписей муниципалов. Так, во Владимирской области кандидату от партии «Гражданская платформа» Александру Филиппову не хватило подписей в связи с тем, что поддержавшие его муниципалы ранее уже подписались за других кандидатов. Аналогично в Забайкальском крае кандидат от «Платформы» недобрал подписи, а некоторые из сданных им подписей оказались не от муниципалов, в связи с чем приняты не были. В Хабаровском крае из-за недостатка подписей не смогла зарегистрировать кандидата РПР-Парнас.
Парламентские партии почти во всех регионах смогли пройти муниципальный фильтр. Это показало, что фильтр достаточно легко проходим для тех партий, которые создали себе институциональную основу на местах. Другим путем к успеху является системное погружение в муниципальную повестку, отказ от чисто политической риторики в пользу компетентных и исполнимых решений.
Не меньшую активность в текущей кампании партии проявляют и на выборах в региональные и местные парламенты. В этих выборах участвуют несколько десятков партий. Понятно, что по числу выдвинутых и зарегистрированных кандидатов лидируют четыре парламентские партии. Но практически не отстают от них системные партии, которые либо имеют опыт избирательных кампаний и парламентской работы, либо сумели сформировать успешную команду и развернуть региональную сеть.
В то же время парламентские партии с большим отрывом лидируют по числу выдвинутых одномандатников. Это следствие их прочной позиции на местах и сигнал для других партий, которые стремятся к первенству в политической системе. Если они хотят добиться успеха, им нужно провести работу по дальнейшему эшелонированию своей структуры.
В текущей кампании появилось несколько активных игроков из числа новых малых партий. Это «Коммунисты России», Российская экологическая партия «Зеленые», Демократическая партия России, КПСС и другие.
При этом конкуренция на выборах начинает приобретать, по сравнению с осенью 2012 года, новые качества. Если прошлогодние кампании представляли собой (за редкими исключениями) борьбу парламентских партий в присутствии «массовки» из многочисленных политических новичков, то теперь участие последних носит куда более продуктивный характер. Они стараются мобилизовать различные социальные аудитории, предлагают идеологии, выдвигают лидеров. Гораздо активнее стали «старые» непарламентские партии, которые поняли, что их «альтернативное» поле может быть легко захвачено новыми силами.
Впрочем, некоторые игроки на этом поле ведут себя не по правилам, превращая альтернативу в деструкцию. Так, в Ярославской области, знаменитой активным внедрением технологий «мобилизации протеста», эти технологии активно используются партией «Гражданская платформа». Весь процесс прохождения списка в избиркоме сопровождался провокациями, целью которых было, по-видимому, желание уйти из кампании (после выбытия из игры Евгения Урлашова), обвинив во всем власть. Однако реальных препятствий партии никто не чинил.
В Рязани было отказано в регистрации списка партии РПР-Парнас на выборах в городскую думу из-за неполного комплекта представленных документов. Партия также поспешила объяснить это политическими мотивами, хотя причина заключалась в невыполнении требований закона. Лучше организованная работа штаба позволяет избегать подобных неудач.
Сваливать все на мифическую власть – излюбленный прием политиков, которым из-за собственных ошибок не удается добиться успеха или пройти предвыборные формальности. Это имеет место как в России, так и за рубежом, где аутсайдеры после каждой кампании так же, как у нас, говорят об «украденной» у них победе. Но проблема не в конкурентах (они всегда есть) и даже не в жестких условиях борьбы за политическое выживание, а в занятой позиции: если партия ориентируется на «недовольный» электорат «против всех», то она проигрывает стратегически, так как сама себе сужает политическое поле и ставит под удар репутацию. Разве что цель участия в выборах – не победить, а разыграть «шоу», ориентированное не на данных конкретных избирателей, а на других потребителей и заказчиков.
То, что выборы открытые и конкурентные, убедительно показывает количество участвующих в них партий, в том числе оппозиционных. Таким образом формируется политическая альтернатива. Многопартийность постепенно начинает оказывать влияние на политическое мышление и культуру региональных и местных элит. У внутриэлитных групп появляется возможность поддержать новых сильных непарламентских игроков.
Раньше, например, недовольным местной властью бизнесменам приходилось искать себе площадку среди четырех основных партий, что приводило к явным курьезам. Так, на думских выборах в ряде регионов кандидатами от де-юре левой партии «Справедливая Россия» стали местные предприниматели, не нашедшие себе места в списке «Единой России». Это явление, к слову, во многом объясняет общий высокий результат эсеров на последних выборах.
Теперь альтернатива становится шире, и это показывают текущие выборы. Многие социальные группы сделали ставку на непарламентские партии, которые успешно прошли все этапы регистрации и сейчас ведут агитационную кампанию. Дальнейшее развитие событий будет зависеть от их реальной способности добиться представительства в парламентах. Однако, какими бы ни были результаты кампании, не стоит принижать позиции четверки парламентских партий в регионах. Они еще весьма далеки от «выхода» с политического поля и вовсе не теряют своего доминирующего положения.
Реформа допускает в данном случае различные сценарии при соблюдении обязательных условий: политическая система должна быть открытой и конкурентной, без закулисного принятия решений и силовых приемов. В ней должны найти себе адекватное место все социальные группы и все идейные течения.
Реальные выводы о результатах политической реформы можно будет сделать после думской кампании 2016 года. Пока же можно отметить обновление электорального поля и партийной системы, динамичность политических сил, формирование нового актива лидеров.