В Сети обсуждается очередная стычка между сторонниками противоестественного разврата и сторонниками человекоубийственной ненависти – ненавистники, говорят, кидались в развратников камнями, развратники, как сообщается, тоже чего-то в ненавистников кинули, кто их там разберет. Свидетели путаются в показаниях. Комментаторы – фактически болельщики – горячо ободряют каждый свою команду и поносят команду противника, подстрекая «своих» к новым подвигам.

На первый взгляд это кажется странным – ну, одобрить дурное дело – это же не значит его совершить

Вот, собственно,  к болельщикам и должно обратиться с серьезным предостережением. Апостол ставит в особенно тяжкий упрек язычникам, что они «не только их (грехи) делают, но и делающих одобряют» (Рим. 1:32). На первый взгляд это кажется странным – ну, одобрить дурное дело – это же не значит его совершить, это значит просто ляпнуть очередную глупость в интернете. Но апостол обращает внимание на очень важную вещь. Одобрять грех – более тяжкое дело, чем его совершать. Человек может совершать грех под давлением внешних и внутренних обстоятельств – это все равно грех, но грех под давлением. Разные у людей бывают прискорбнейшие расстройства – знал человека, который бегал по проституткам и не мог перестать, хотя ему это было в стыд, а не в радость. Больная страсть – это реально тяжелая вещь, человек не решает каждый раз, например: «Выпить мне сегодня или нет?» – он испытывает мучительную тягу, которая заставляет его униженно выпрашивать по 10 рублей у прохожих. Притом что и пьянство, и разврат – тяжкие грехи, человек может впадать в них потому, что он слаб перед лицом болезненной, вышедшей из-под всякого контроля тяги. Он может сам не одобрять свои грехи и тяготиться ими (Бедный я человек! Кто избавит меня от сего тела смерти?!) – и быть не в состоянии их оставить.

Совсем другое дело – одобрять грех. Говорить бедному развратнику (и бедным проституткам, которых он покупает), что, в конце концов, экономика свободного общества держится на свободном обороте товаров и услуг, а взрослые люди могут распоряжаться своими телами и своими деньгами, как считают нужным. Или говорить бедному пьянице, что все великие люди бухали, и вообще, никто не имеет права указывать взрослому человеку, как ему распоряжаться своей печенью. Одно дело, когда женщина делает аборт под давлением отца ребенка, родственников, врачей, добровольных и платных агитаторов за «право на выбор». Ее грех – это грех под давлением, часто невыносимым. Другое дело – грех всех тех, кто это давление оказывал.

Когда вы одобряете грех, вы делаете это не под невыносимым давлением внешних обстоятельств или больной страсти. Вы делаете это потому, что свободно и непринужденно решили отвергнуть правду Божию. Вы свободно избрали свою сторону в конфликте, и это – не Божья сторона.

Самым простым (и действенным) приемом врага нашего спасения является ложная дилемма: вы одобряете тот грех или этот? Человекоубийственную ненависть или разврат? Что бы вы ни одобрили, он добьется своего – побудит вас к тяжкому и погибельному греху. Грех нельзя одобрять. Никакой.

Конечно, развратники расскажут вам миллион оправданий, почему их разврат не только правилен, но и согласен с христианской верой; точно так же и ненавистники будут горячо настаивать, что их ненависть и желание истязать и унижать своих ближних есть дело благое и даже благочестивое. Но для наблюдателя, не помраченного ни ненавистью, ни развратом, ситуация выглядит довольно очевидной.

Люди, упорствующие в нарушении заповеди «не убий», каковая воспрещает, в частности, нанесение побоев, находятся на пути ровно туда же, куда и упорствующие в нарушении заповеди «не прелюбодействуй». Только движутся они туда еще быстрее. Как и болельщики обеих команд, подстрекающие их к дальнейшему нарушению заповедей.

Ваш одобрительный отзыв о грехе – сам по себе тяжкий грех. Если вам дорого ваше вечное спасение, избегайте его изо всех сил.

Источник: Журнал «Фома»