Современный отечественный миллиардер принципиально отличается от своего предшественника из 90-х. Ему чужды худосочные топ-модельки и платиновые «Верту», лоховские куршавельские понты и раздача самолетов. Он в свои пятьдесят пять – шестьдесят суров и неконтактен, с прессой общается неохотно, вынужденно и очень осторожно. Взгляд всегда ледяной и ничего не выражающий, теплеет только при упоминании имени президента. Разумеется, в положительном контексте.
Женат первым браком. Любовницы не имеет. И не потому, что не хочется
Если первые российские олигархи вышли из директоров советских предприятий или комсомола, то нынешний баловень судьбы просто приехал из Питера. В северной столице трудился в одном из силовых ведомств или где-то рядом.
Любит рассказывать о нынешних успехах своей компании, работающей исключительно на благо России. Однако о скоростном получении первых миллиардов и вообще о прошлом особо не распространяется. Даже упоминание в «Форбс» встречает весьма настороженно. Если вдруг в прессе появляется какая-то неприятная для нашего героя информация, то предпочитает отмалчиваться. А у главного редактора вскоре находят неуплату налогов или давнее мошенничество. Разумеется, совершенно случайно.
Безумно любит деньги, а еще больше прилагающуюся к ним власть, однако тщательно скрывает обе страсти. Недавно осуществил мечту, разорив и отправив на нары своего очень давнего начальника, которого в лейтенантской юности панически боялся. В «своем кругу» изображает этакого русского простака с похлопыванием по плечу, легким матерком и якобы случайной демонстрацией своей близости к самым вершинам власти.
На встречах часто повторяет «Мы – люди военные, государственные» и «Нам ничего не надо, лишь бы Россия процветала», при этом всегда оборачивается и кидает уважительный взгляд на портрет президента. Причем делает это так, что у присутствующих создается впечатление, будто государственные люди – это только наш «герой» и президент. А остальные пришли вид на жительство просить. И вообще, его взгляды на Портрет регулярны и значительны, а порой в разговоре заменяют даже целые фразы. Например, говорит «согласовано», а дальше взгляд. И уже понятно, с кем. Или «есть мнение», опять взгляд – и все ясно. Бывает еще проще. «Нельзя»... Взгляд... Все...
Да, чуть не забыл. Бизнес у него, разумеется, сырьевой. Нефть, металл, газ и далее по таблице Менделеева. Иногда, правда, бывает что-нибудь строительное-монтажное. Но это в качестве приятного дополнения и при обязательном условии, что платят из бюджета. Порой вынужденно покупает какое-нибудь средство массовой информации и тратит на него деньги. Это для нашего «героя» как дополнительный налог. По просьбе сверху. Интеллектуальный бизнес, по его твердому убеждению, в России бессмыслен, бесполезен и даже вреден. Пусть этим всякие там гейтсы, гуглы и прочие евреи занимаются... А мы будем угля стране давать. По-русски. Мелкого, но много.
Панически боится каких-либо перемен. Как-то приснилось, что поменялась власть. Проснувшись, обнаружил седые волосы и целый день пил коньяк. Вздрагивает при упоминании имен Ходорковского и Лебедева. Втихаря крестится, сплевывает и шепотом повторяет: «Не дай Бог. А ведь тоже с Самим за столом сиживали...».
Женат первым браком. Любовницы не имеет. И не потому, что не хочется. Хочется, даже очень. Но опасается компромата и не уверен, что наверху одобрят. Семейные ценности, понимаешь ли. Правда, после президентского развода несколько осмелел и даже позвонил Прохорову как человеку опытному. Дети? Конечно, есть, и у них все более или менее. Стандарт же! Кембридж, «Феррари» в подарок, бизнес в Лондоне, вилла в Ницце. Ну, чтобы не выделяться.
И, в общем-то, у нашего «героя» все хорошо. Родился в правильном месте. Работал в правильной организации. Дружил с правильными коллегами. Какой же он «кремлевский кошелек»? Теперь это называется «элита российского бизнеса». Привыкайте.