Десять лет назад США наконец завершили то, что было запущено ими еще десятилетие тому назад – добили Ирак Саддама Хусейна. И естественно, именно американцы были заинтересованы в том, чтобы навязать миру собственное представление об этой войне. Их устраивало все: и обвинения в войне за нефть, и обвинения в геноциде, и обвинения в попрании международного права, и даже прямой обман по поводу химического оружия Саддама Хусейна. Их интересовало лишь то, чтобы истинные причины войны никогда не были озвучены – во всяком случае, в полном объеме.
Без двух иракских войн на сегодня мы бы имели два мощных индустриальных государства Ближнего Востока — Ирак и Иран
Попробуем восполнить этот пробел. Соединенные Штаты, в отличие от очень многих стран и народов, обладают уникальной способностью извлекать уроки из своих и чужих ошибок. Это, нужно отметить, очень ценное и нужное качество. США, с невероятным трудом и довольно случайным образом победив своего главного геополитического противника 20-го века СССР, усвоили главный урок. Любая крупная и обладающая ресурсами страна способна в короткий исторический срок совершить модернизационный рывок и стать угрозой для планов США по мировой гегемонии. Дважды Штаты пропустили этот момент – в случае с СССР 30-х годов и в случае с Китаем девяностых.
Для модернизационного рывка требуется ряд условий – это и наличие ресурсов (природных, людских, технологических, индустриальных, информационных и так далее), способность государства мобилизовать население и эти ресурсы, наличие модернизационной идеологии.
Ближний Восток слишком близко подошел к рубежу, за которым одна из стран региона могла «выстрелить». Собственно, одна уже «выстрелила» – Иран. За тридцать лет с момента революции 79-го года Иран сумел выполнить все из названных условий и совершить серьезный прорыв. Шахский Иран, стоит отметить, тоже находился на этом пути, однако после модернизации он полностью становился подконтролен западным корпорациям, которые этот самый технологический рывок в Иране и создавали. Аятоллы сделали то же самое, но с опорой на собственные силы. И победили.
Однако опыт Ирана неприменим для остальных стран Ближнего Востока – и не только потому, что Иран – это шииты. В Иране традиционно сильна имперская националистическая идеология, опирающаяся на реальный исторический опыт многотысячелетнего имперского прошлого Персии. Сплав этой идеологии с исламом создал ту самую мобилизующую нацию идеологию, которая и сумела проломиться сквозь блокады и эмбарго.
За ваххабитские монархии Аравийского полуострова Соединенные Штаты были и остаются совершенно спокойны – исповедуя фундаментальный и не терпящий новаций ислам, монархи не способны провести модернизацию и вывести свои страны из углеводородного тупика, в котором они пребывают. Они объективно зависимы от внешних условий, и уже поэтому не представляют ни малейшей угрозы интересам США.
Однако светские режимы Ближнего Востока продемонстрировали, что суннитские страны тоже способны на модернизацию, причем стремительную и успешную. У каждой из этих стран – Египта, Сирии, Ливии, Алжира – были и остаются непреодолимые трудности, которые не позволяют им воспользоваться опытом Ирана. Однако потенциально именно на пути светского развития – и более никакого – они сумели достичь очень серьезных успехов за довольно короткий срок.
Неудивительно, что арабская весна, под лозунгами которой на Ближний Восток опускается архаика и фундаментальный клерикализм, стала желанной для США и во многом проектировалась именно ими. Именно дикий пещерный ислам напрочь и навсегда способен отбросить в развитии этот регион, ликвидировать опасность модернизации и в конечном итоге угрозу положению США. Именно поэтому предельно свирепо Соединенные Штаты громят Сирию и разгромили Ирак – просто потому, что в этих странах было создано общество, в котором ислам уступал место светскому развитию, создавалась новая и во многом принципиально отличная идеология сосуществования разных народов, конфессий и социальных групп. Ирак в списке целей для уничтожения стоял на первом месте, так как Саддам Хусейн помимо создания идеологической базы и мобилизационных возможностей для рывка обладал и колоссальными сырьевыми ресурсами. Именно они могли стать финансовой базой модернизации по-иракски, и именно поэтому на него был направлен первый и самый главный удар.
По сути, если удариться в лютую альтернативщину, без двух иракских войн на сегодня мы бы имели два мощных индустриальных государства Ближнего Востока – Ирак и Иран, которые на пару лидировали во всем регионе. Возможно, мы бы уже сейчас видели интеграционные процессы, собирающие регион в огромный конгломерат разных, но идущих к одной цели государств. Некий Исламский Союз, в котором, как и в Европейском, все держалось бы на двух ведущих государствах.
И именно этот вариант развития был категорически неприемлем для США. Собственно, поэтому они и раскатали Ирак в мелкий щебень.