Всемирный банк, Международный валютный фонд и Организация Объединенных Наций уже подтвердили в апреле, что Палестинская национальная администрация приближается к признанию ее суверенитета. Для меня это свидетельство рождения нашего государства. Несмотря на то, что Израиль так и не прекратил оккупацию, реальность создаст такое давление, что независимость Палестины станет неизбежной.
#{smallinfographicright=503728}Если бы я на секунду подумал, что было бы возможным стать полноправным членом ООН через подачу заявки о признании суверенитета, я бы незамедлительно пошел по этому пути. Но есть разрыв между тем, что я хотел бы, и тем, что я могу. Я бы сказал так: давайте идти по пути, который гарантирует, что мы действуем рука об руку с нашими друзьями в международном сообществе. Мы должны иметь максимально большой альянс стран на нашей стороне, и Европейский Союз не разделится во мнении на наш счет. Если ООН утверждает, что Палестина готова стать государством, то одно наше признание было бы уже большим достижением для нас, палестинцев.
Сама ООН не признает страны – страны признают друг друга. После провозглашения нашей независимости, сделанного покойным президентом Ясиром Арафатом в 1988 году, многие страны уже признали Палестину. В последние месяцы наблюдается существенное пополнение уже и без того длинного списка стран, которые признают Палестину. Страны признают нас и обновляют наши представительства в своих столицах. Дела с Палестинской администрацией ведутся так, будто это суверенное государство. Мир уже признал нас.
Меня разочаровывает рефлексия наших противников и аргумент об односторонних действиях. Это не односторонность! Речь идет не об одностороннем провозглашении государственного суверенитета. Наша политическая цель – это суверенное государство на 22% Британского мандата в Палестине. Это полное воплощение решения о двух государствах. Разве это не то, чего хочет, по его заявлению, правительство Израиля?
Переговоры с Израилем необходимы. Не может быть никакого решения без политического процесса. Проблема переговоров – это не их нехватка. Наиболее прискорбно то, что после 18 лет переговоров уже неясно, о чем мы говорим. Мы ведем переговоры скорее о принципах, чем о гарантиях и договоренностях. Но то, что нам нужно – это прочные соглашения вместо траты времени на написание коротких заявлений. Я верю не только в то, что решение о двух государствах возможно, но и в то, что люди не должны торопиться объявлять его недееспособным. Где же альтернатива? Это вопрос, который должен задать себе Израиль.
Ненасилие – это наш стратегический выбор, и это то, что имеет огромную власть. Я не откажусь от этого пути. В то же время, наши люди имеют право на самовыражение. Это не преступление, если наш народ требует свободы.
Арабская весна в Палестине началась задолго до того, как она разразилась в остальном арабском мире. Какова же суть всех этих восстаний? Суть в руководстве страны и правах граждан. Именно об этом мы говорили в нашей программе два года назад: полные права граждан, избирательные права и правительство, созданное для народа. Но у вас на уме иная картинка: люди, которые выходят на улицы, чтобы протестовать против оккупации.
Почему правительство Израиля не реагирует на мирные демонстрации на палестинской стороне так же, как на мирные демонстрации на улицах Тель-Авива? В Тель-Авиве нет резиновых пуль, нет слезоточивого газа. Израильтяне не принимают этого. Оккупация угнетает нас, но она также разъедает и израильское общество.
Мы уже в разгаре кризиса. Выплаты заработной платы затруднены. Мы сокращаем наш бюджет с тем, чтобы существенно снизить зависимость от внешней помощи. Некоторые люди используют кризис как свидетельство того, что мы не можем существовать как независимое государство. Они говорят: «Смотри, у них даже нет денег, чтобы платить зарплату». Но десятки стран пережили подобный кризис. Делает ли их это не государствами? Нет.
Источник: Spiegel (перевод – ВЗГЛЯД)