Глава Роспотребнадзора Анна Попова рассказала, что вирус мутирует для того, чтобы найти «лучшую форму», которая адаптирует его к организму человека. Однако в случае с коронавирусом вирус утратил один из рецепторов, «который обеспечивал его тропность, или способность проникать в легочную ткань».
«Вообще, мы не знаем, какие именно мутации вируса нас ждут в дальнейшем. Судя из логики происходящего и происходящей эволюции, есть главный тренд мутирования коронавируса – в сторону скорости передачи, чтобы все было максимально быстро и эффективно. Это та самая эволюционная борьба за ресурсы. Это мы видим начиная с уханьского штамма и вплоть до «омикрона», и даже подштаммы «омикрона» мутируют в сторону контагиозности (заразительности, – Прим. ВЗГЛЯД)», – говорит Волчков.
Однако, он не думает, что коронавирус продолжит мутировать в сторону контагиозности, поскольку уже сейчас разумные пределы максимально приближены. Поэтому он отмечает другой тренд мутирования коронавируса – уход от иммунной системы.
«Если и будут возникать следующие штаммы, то, наверное, им нужно как-то преодолевать сформировавшийся после вакцин или заболевания другими штаммами иммунитет. Другой штамм, если и появится, не будет похож на «омикрон» и станет сильнее отличаться от всех предыдущих. Но, в общем-то, это маловероятно, и единственное место, где такое могло произойти, оттуда вышел уже такой штамм», – рассуждает специалист.
Однако, сюрприз в виде нового штамма коронавируса, по мнению вирусолога, все еще может прилететь из восточных стран, например, того же самого Китая, где все еще очень большое количество непривитых людей. Но учитывая то, что там достаточно серьезная система ограничений, активно работает здравоохранение, зарождение какого-то нового штамма сводится к минимуму.
Кроме того, специалист не считает, что другие возможные мутации коронавируса будут более опасными для здоровья человека. «Все время отбираются именно бенефитные мутации, либо случайные нейтральные, которые наследуются с бенефитными. Но я не вижу, в чем бенефит для вируса, например, в высокой летальности. Гипотетически, можно было бы предположить, что следующий бенефит для коронавируса – переход в хроническую фазу, но для острых респираторных вирусов это невозможно. Это возможно только в случае каких-то системных иммунодефицитных состояний», – заключил Волчков.
Ранее стало известно, что в российскую национальную базу внесли 253 случая заражения мутацией «омикрона» BA.2, который называют «стелс-омикроном».