«Мы упомянули в пресс-релизе вчера, что мы активизируем процесс создания санкционного списка по режиму киберсанкций. Режим киберсанкций ЕС существует с мая 2019 года. Он до этого не применялся. Мы намерены внести туда (в список) лица. Этот санкционный режим позволяет замораживать активы, вводить ограничения въезда как для лиц, так и для организаций. Это процесс, который мы запускаем», – заявила представитель МИД ФРГ Мария Адебар.
Говоря о том, почему в пресс-релизе упоминалось дело об убийстве гражданина Грузии в берлинском парке Тиргартен, в котором немецкие власти также подозревают россиянина и усматривают причастность государственных органов России, и почему упоминалось, что Берлин оставляет за собой право дальнейших действий, Адебар заявила, что пока говорить об этих действиях рано, как и о том, будут ли новые санкции.
«Расследование федеральной прокуратуры по делу об убийстве в Тиргартене не окончено, поэтому говорить о дальнейших мерах, в том числе санкциях, было бы спекуляцией», – заявила она, передает РИА «Новости».
В то же время представительница ведомства пояснила, что оба дела представляют «деятельность российских государственных органов» в Германии, поэтому они были упомянуты вместе.
В четверг посол России в Берлине Сергей Нечаев был вызван в МИД Германии в связи с делом о хакерской атаке на бундестаг.
Напомним, в начале мая Spiegel написал о якобы «российской» хакерской атаке, в результате которой в 2015 году была скопирована переписка канцлера Ангелы Меркель. Также в СМИ утверждалось, что генпрокуратура ФРГ объявила в международный розыск по делу о кибератаке россиянина Дмитрия Бадина. Его также разыскивает ФБР – Вашингтон считает его сотрудником ГРУ.
Россия неоднократно отвергала подозрения в причастности к хакерским нападениям, так как доказательств представлено не было. Официальные лица ФРГ также признавали отсутствие доказательств.
Газета ВЗГЛЯД анализировала, зачем Германия раскручивает скандалы вокруг «русских ботов».