«Куда бы я ни шел, я стараюсь немного менять свой внешний вид. Могу избавиться от бороды или надеть другие очки. Я никогда не любил холод, пока не понял, что шапка и шарф дают самую удобную и неподозрительную анонимность. Я меняю ритм и скорость походки и, вопреки мудрому совету моей матери, смотрю в противоположную движению сторону, когда перехожу дорогу», – передает его слова РИА «Новости».
Сноуден заявил, что не говорит свой адрес таксистам, вместо этого предпочитает дойти до автобусной остановки или одного из соседних домов. Москву он назвал «огромным странным городом».
По его словам, он также не достиг и особых успехов в изучении русского языка.
«Русский у Линдсей (Линдсей Миллс – жена Сноудена) лучше, чем мой», – признался Сноуден.
Он отметил, что до того, как к нему приехала Линдсей, он не испытывал потребности в выходе за пределы своей квартиры, однако она настояла на том, чтобы они посмотрели российскую столицу. С тех пор пара побывала в Большом театре, в музеях.
«Там (в театре) было так много народа, в зале было тесно. Линдсей почувствовала мой дискомфорт. Когда свет погас, а занавес поднялся, она наклонилась ко мне, ткнула меня локтем под ребра и шепнула: «Никто из этих людей не пришел сюда ради тебя. Они пришли ради этого», – рассказывает Сноуден.
Экс-сотрудник АНБ признался, что на него произвела особое впечатление Третьяковская галерея с ее коллекцией икон. Он обращает внимание, что иконописцы никогда не подписывали свои работы.
В книге Сноуден также рассказал об истории, как в музее его узнала девочка-подросток и попросила селфи с ним и Линдсей. После этого он долго со страхом ждал появления фотографии в соцсетях и в СМИ.
«Но, насколько я знаю, фотография так нигде не появилась и осталась просто частным воспоминанием о личной встрече», – отметил он.
Ранее сообщалось, что Сноуден тайно женился в России. Также он рассказал о жизни в Москве, заявил о красоте России, и признался, что попросил у французского президента Эммануэля Макрона убежища во Франции.