Гусаров напомнил, что в день трагедии «Суперджета» погода была нормальной: прошел интенсивный кратковременный дождь, но серьезных грозовых фронтов не было.
«Самолет залетел в облако позже, оно оказалось грозовым. На видео видно, что взлетал он при сухой взлетной полосе, а уж попадет ли самолет в грозовое облако, предугадать сложно: природа Земли такова, что электричество постоянно вокруг нас в атмосфере, и где, в какой момент разряд пробьет Землю, никто не знает», – заметил Гусаров.
«Никаких не было нарушений в том, что они полетели в это облако. Молния в самолет не бьет, она проходит через него и это считается безопасным, самолет на это рассчитан, и пассажиры в воздухе при этом не чувствуют никакого разряда», – пояснил Гусаров.
Однако несмотря на то, что удар молнии в принципе считается в авиации безопасным явлением, все зависит от характера разряда, уточнил собеседник.
«Молнии – это малоизученное явление, как пройдет электрический ток – лотерея. Иногда молния проходит, и электроника ничего не замечает, а в этом случае возникло возмущение магнитного поля, электроника это почувствовала и сработала защита, переведя самолет на резервные источники питания», – пояснил Гусаров.
Сработавшую защиту, по мнению эксперта, пилоты отключить уже не могли и вернуться к автоматическому управлению у них возможности не было.
«Самолетом управляет бортовой компьютер, возможно, если бы система оставалась включенной, то от прохождения разряда какие-то элементы могли сгореть, что привело бы к еще худшим последствиям. Поэтому компьютер все отключил и оставил ручное управление, на которое молния повлиять не могла», – полагает собеседник.
Отвечая на вопрос, почему пилоты «Суперджета» не начали сброс топлива, Гусаров отметил, что для выработки топлива требовалось много времени. «Чтобы выработать пять–шесть тонн керосина «Суперджету» надо летать часа три. Работая от аккумуляторных батарей, они не могли летать достаточно долго», – сказал собеседник.
Эксперт подчеркнул, что в экстренных случаях допускается посадка с превышением максимальной посадочной массы, однако в этой ситуации самолету нужно садиться очень плавно и мягко притираться к посадочной полосе. «Видимо, по какой-то причине им не удалось выдержать вертикальную скорость, и они приземлили самолет жестко, что вызвало отскок. Стойки шасси выдержали отскок как минимум дважды, а это означает, что при достаточно сильных ударах конструкция показала себя как надежная», – заметил собеседник.
По мнению эксперта, после второго отскока пилоты должны были предпринять попытку ухода на второй круг, однако он не уверен, была ли у них в реальности такая возможность.
«Скорость у самолета во время посадки значительно меньше, чем скорость во время взлета. На то, чтобы двигатель раскрутился и подал взлетную тягу, нужно время. Нужно вывести двигатели на взлетный режим, перевести на взлет всю механизацию и стабилизаторы – на перекладку всех систем нужно несколько секунд, возможно, у них их не было. Все скачки происходили очень быстро, за это время человеческий мозг даже не успевает сообразить, что делать», – пояснил Гусаров.
Эксперт также добавил, что пилоты могли опасаться, что им не хватит взлетной полосы для торможения. «Или же скорость была настолько низкой, что могло произойти сваливание – когда пропадает подъемная сила и самолет начинает опрокидываться. Легко рассуждать, сидя на диване, и сложно действовать, оказавшись в этой ситуации», – заключил собеседник.
Напомним, 5 мая «Суперджет» компании «Аэрофлот» сгорел при аварийной посадке в Шереметьево. Из 78 человек 41 погиб. По предварительным данным, пилоты приземлялись, не выработав топливо и с явным превышением скорости, что привело к повреждению судна с последующим возгоранием. Также они допустили еще несколько ошибок уже после остановки лайнера.
Газета ВЗГЛЯД отмечала, что трагедия «Суперджета» обнажила провалы в подготовке гражданских летчиков.