«Что касается господина Павлова, этот мальчик попал не туда и не в то время. Это не его, как говорится. Он не будет никогда работать в экстремальных условиях и не может принимать участия вообще и помышлять о работе в экстремальных ситуациях», – заявила Щербина телеканалу «360».
По ее словам, курсы рассчитаны на сильных и волевых людей, при этом многие из участников «Бастиона» – женщины. «Девочки все проходят эти курсы, и никогда никаких жалоб, а наоборот, восторженные отзывы», – отметила представительница Союза журналистов Москвы.
По ее словам, спрос на эти курсы большой, чтобы на них попасть, нужно пройти конкурс.
Ситуацию прокомментировал и руководитель МИА «Россия сегодня» Дмитрий Киселев. Именно в этом медиахолдинге Павлов работает ночным редактором. «Это такая наша история, с которой мы разбираемся. Пока мало ясности. Я считаю, что мы сначала должны внутренний разбор провести, прежде чем это вываливать», – рассказал Киселев.
Во вторник Свят Павлов, который представился как автор проекта «Под лед» и ночной редактор РИА «Новости», написал в Facebook* о программе курса «Бастион». По его словам, на курсы его отправило МИА «Россия сегодня». Они проходили на территории воинской части 810-й бригады морской пехоты в Севастополе. Организатор мероприятия – Союз журналистов Москвы. По словам Павлова, проект непосредственно курирует первый секретарь союза Людмила Щербина. Также курсы проходят в сотрудничестве с Минобороны, НАК и другими силовыми ведомствами.
Павлов рассказал, что 18 сентября попал на полигон, где в ходе учений его колонна якобы попала в засаду. Когда их взяли в плен условные террористы, то журналист получил несколько ударов по корпусу. На следующий день во время неожиданного «захвата» «бандиты» связали ему руки, уложили на асфальт.
«Затем всех в мешках на голове погрузили в автобусы и повезли на полигон, где издевательства и унижения продолжились. Там нас заставляли ползать на коленях по острым камням и колючкам, причем с тем же мешком на голове. С меня сняли мешок, лишь когда я начал задыхаться и терять сознание. (...) Кульминацией стал обильный полив избитых журналистов бараньей кровью», – рассказал Павлов.
Он заявил, что в результате учений получил закрытую черепно-мозговую травму, сотрясение мозга и множественные ушибы. При этом он настаивает, что «бумаг о принятии всех рисков по здоровью на себя» до начала курсов не подписывал.
Между тем некоторые участники курсов не согласились с мнением Павлова. «Если на курсы направляли по разнарядке и в рамках обязаловки – это действительно ошибка Вашего руководства. Это единственное, с чем я согласна из всего, что было написано выше», – написала Виктория Савицкая, которая проходила соответствующий курс ранее по собственному желанию.
«Застрахованы ли ученики от синяков? Нет. Но все, кто едет на курсы, знают, что будут различные ситуации, тяжелые физические упражнения и надо брать с собой соответствующую одежду. Все, кто был или только планирует свою работу в так называемых горячих точках, наверняка знают, что там не будет ни пятизвездочного Radisson, ни мягких персидских ковров под ногами, ни барбершопа. Кроме того, уж не знаю, говорили ли Вам на курсах, но в нашем потоке (было 32 человека, из них пять – девочки; синяки и ссадины были у всех, и говна из бомб нанюхались, и говяжьих кишок повидали – все то же самое, что и у вас) организаторы скорее старались объяснить: ребят, если не уверены, лучше в горячие точки не ехать», – добавила она.
По словам Савицкой, без этих курсов «можно не сориентироваться, как правильно приземлиться в случае подрыва снарядов, чтобы не оторвало голову, можно не догадаться, что нужно обходить любые предметы, которые лежат на земле, потому что они могут быть заминированы, можно не суметь наложить жгут раненому и просто элементарно не понимать, что делать, если ты снимаешь в самом пекле, и как спрятаться от обстрела».
Она отметила, что «курсы готовят если не к худшему, то к действительно возможным неблагополучным условиям для работы. Это стоит понимать».
«Может быть, это тест на выносливость? В том числе психологическую? И хорошо, что вы сломались на этапе учебной постановки, а не реальных боевых действий. Теперь, по крайней мере, понятно, чего от вас ждать в критической ситуации», – добавила в свою очередь Наталья Урмацких.
«Был я на этих курсах, отличная штука. Была очень сильная группа, после первого неожиданного захвата в плен пару человек передумали заниматься военной журналистикой, но никто не ныл, даже девочка одна с RT распорола ногу, но она дошла до конца курсов и спокойно работает. В этом и есть цель курсов. Сразу видно, кто чего стоит», – написал Евгений Кель.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ