Директор Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов считает, что итоги нашумевшего совещания топ-менеджеров с вице-премьером Дмитрием Козаком не стоит называть договоренностями. На его взгляд, правительство просто воспользовалось своим положением.
«Нефтяные компании объясняют: «Ребята, ну нельзя так!». Вы увеличиваете налоги на бизнес во всех сегментах – в добытийном и в перерабатывающем, при этом вы девальвируете рубль. И за счёт роста мировых цен на нефть и девальвации рубля, мы получаем разный эффект от экспорта и от внутреннего рынка. Естественно, что преимущество экспорта становится слишком серьезным», – объяснил экономист. У государства основной аргумент простой: «Вы зарабатываете на дорожающей нефти и девальвации. И вы что, обалдели, нам ультиматумы ставить? Поскольку вы зарабатываете, вы должны цены держать», – пояснил эксперт.
Однако, по мнению Симонова, зарабатывает на этом, в основном, государство. Согласно новому законопроекту Минфина по изменению бюджета на текущий год, дополнительные доходы составляют 1,8 триллионов рублей, из которых подавляющее большинство – дополнительные нефтегазовые поступления.
«Но государство все равно эту сверхприбыль срезает. Я совершенно не сторонник изображать нефтяные компании бедными и несчастными, но вместо того, чтобы сесть и грамотно просчитать, что куда и как, мы видим другую ситуацию: с января 2019 года запускают новую налоговую систему – ускорение налогового маневра. Это означает дополнительный рост налоговой нагрузки и введение компенсирующей выплаты», – сказал эксперт.
Это означает, по словам Симонова, что правительство будет отслеживать экспорт и стоимость топлива на внутреннем рынке, считать неустойки – разницу между экспортом и внутренним рынком и компенсировать до 10 000 рублей за тонну, в случае серьезного превышения экспортных цен.
Компании будут платить налоги, а потом, если окажется, что экспорт слишком выгоден, то часть выплаченных налогов им будет компенсироваться.
«Неясно, почему нельзя было сделать схему более простой, налоги с 1 января все равно вырастут, но государство принимает вот такое политическое решение: «Ребята сейчас считать нам некогда, считать мы ничего не будем, мы догадываемся, что вы тоже зарабатываете, нефть подорожала, рубль упал, у вас образуются дополнительные доходы. Давайте не плачьте, вот вам приказ – выполняйте!», – добавил Симонов.
«Нефтяники, думаю, донесли до Козака, что эта схема приведет к очевидным последствиям, упадут инвестиции. В переработку они уже, кстати, упали в последние годы очень резко. Как только начался налоговый маневр, пострадала нефтепереработка – этот маневр ударил по ней. Нефтяные компании, конечно, сократили инвестиции – это отражается в статистике. Дальше они сократятся еще больше. Компании говорят: «Если вы все изымаете через налоги и еще и не даете нам повышать цены на внутреннем рынке, мы сокращаем инвестиции».
По мнению эксперта, первой пострадает переработка, а потом добыча, и если отрасль не будет услышана, то сценарий падения добычи может оказаться реалистичным.
«Такие решения приведут к сокращению добычи. Такой фокус уже был в начале 90-х, когда у нас добыча упала до 300 млн тонн, долгосрочные последствия этого будут крайне негативными. У отрасли забирают деньги, она не сможет увеличить инвестиции, и мы можем столкнуться не только с дефицитом топлива, но и с сокращением добычи, а значит и с сокращением государственных доходов. Легко рассказывать сказки про несырьевой экспорт, но пока его что-то не видно. А видно, что из дополнительных доходов в 1,8 триллионов 1,5 приходится на нефтегазовый комплекс. Вот и вся реальность», – добавил он.
На рядовых потребителях, отмечает Симонов, урегулирование пока скажется «самым позитивным образом», но дальше «опять развилка». Либо через несколько лет это добром не кончится, либо нефтяникам дадут возможность со второго квартала все же увеличивать цены.
Напомним, накануне правительство договорилось с топ-менеджерами нефтяной отрасли зафиксировать до конца марта оптовые цены на бензин и дизель. Как сообщил вице-премьер Дмитрий Козак, цены будут зафиксированы на уровне июня, а в следующем году они начнут расти в пределах инфляции. Письменное решение пока не оформлено. Но договоренности действуют уже с 1 ноября и после марта могут быть продлены.
О результатах совещания Козак доложил премьер-министру Дмитрию Медведеву. Накануне тот грозил ввести заградительные пошлины на нефть и нефтепродукты, если нефтяники не договорятся с правительством о стабилизации цен на топливо.
Таким образом, правительству удалось умерить аппетиты нефтяников, которые хотели поднять с Нового года среднюю цену на бензин на 4-5 рублей и компенсировать свои убытки, которые они несут при нынешних ценах на топливо. Согласно экспертным оценкам, из-за заморозки цен с 1 июня нефтяные компании недополучили около 150 млрд рублей.
Напомним, из-за весеннего скачка цен розничная цена на бензин к середине апреля превышала 40 рублей, а к началу июня – уже 43 рубля. Правительство уменьшило бензиновые акцизы, чтобы помочь нефтяникам. Однако ситуация негативно сказалась на независимых АЗС. Оптовые цены на дизельное топливо оказались выше розничных, по которым крупные компании продают его на сетевых заправках.
Президент Союза нефтегазопромышленников России Геннадий Шмаль считает, что вся ответственность за регулировку цен ложится на государство, которое устанавливает такие огромные налоги.
«Если посмотреть на структуру цены бензина и дизельного топлива, то видно, что 65-70% этой цены составляют налоги, самые разные. Государство само могло бы отрегулировать цены за счет снижения налогов, но правительство пошло по-другому пути – приглашают нефтяные компании и заставляют не повышать оптовую цену», – посетовал Шмаль.
«Нынешнее соглашение подписано под определенным давлением, другого пути у нефтяников не было. Они сами потом идут к государству и просят льготы для добычи нефти на трудноизвлекаемых запасах. Никуда не денешься, с государством надо дружить. Такое происходит уже не в первый раз», – заметил он.
По мнению эксперта, заморозка цен до марта, вызвана тем, что начале года повысятся акцизы на бензин и дизельное топливо, что автоматически приведет к росту цен себестоимости производства моторных топлив.
«В марте начинают готовится к посевным работам. Тогда, думаю, будут уже другие договоренности. Возможно даже более жесткие по отношению к нефтяным компаниям. Начинается весна – увеличивается спрос на дизельное топливо, и селяне тогда всегда просят снижать цены», – пояснил эксперт.
Пугать дефицитом топлива, по мнению Шмаля, оснований нет. «Половину дизельного топлива мы отправляем на экспорт, по бензину – меньше, но тоже. У нас сегодня достаточно мощностей, чтоб обеспечить потребности России во всех видах моторных топлив», – сказал он.
«Потребитель пока окажется при своих ценах, но везде по-разному. В районе Чукотки и Магадана литр бензина на заправке стоит 90 с лишним рублей. Власти на местах должны подключиться и установить контроль цен на местах», – добавил он.