Москва через «Роснефть» пытается проявить свое влияние в тех регионах, где Соединенные Штаты столкнулись с сопротивлением. Эта компания активно действует в таких чувствительных для США странах, как Куба, Китай, Египет и Вьетнам, пишет New York Times.
Кроме того, отмечает издание, «Роснефть» заключает сделки в странах Восточного Средиземноморья и Африки, а также обладает экономическим и политическим влиянием в Северном Ираке и претендует на контроль иранских нефтяных месторождений.
«Роснефть» становится чрезвычайно ценной в геополитическом отношении. Она действительно дает правительству России невероятное влияние на вопросы, имеющие значение для Соединенных Штатов», – заявила эксперт по энергетической безопасности Совета по международным отношениям США Эми Майерс Яффе.
С тех пор как Exxon Mobil и другие западные нефтяные компании из-за санкций были лишены возможности использовать свои технологические знания, чтобы помочь «Роснефти» разрабатывать глубоководные сланцевые и арктические нефтегазовые месторождения, компании пришлось искать новые нефтяные месторождения за пределами России.
В настоящее время самой важной для «Роснефти» зарубежной страной является Венесуэла, которая стала вторым по величине источником нефти после самой России. За последние три года Москва и «Роснефть» предоставили Каракасу финансовую помощь в размере 10 млрд долларов, помогая Венесуэле предотвратить дефолт.
«В этих сделках есть геополитический элемент. «Роснефть» приобретает дешевую площадь в Венесуэле, и это увеличивает влияние Владимира Путина на наш задний двор», – заявила глава отдела товарной стратегии RBC Capital Markets Хелима Крофт, имея в виду влияние России на США.
Аналогичная модель со стороны «Роснефти» действует и на Ближнем Востоке, где Россия поддерживает сирийское правительство Башара Асада, а также сотрудничает с Ираном и «вбивает клин между Турцией и Западом».
Издание также отмечает, что Россия официально выступает против курдской независимости, но это не помешало «Роснефти» заключить в октябре сделку в 400 млн долларов с региональным правительством Курдистана за права на бурение нефтяных месторождений.