Соответствующая информация была получена в ходе состоявшегося 1 сентября обмена данными о стратегических вооружениях США и России. Обмен этой информацией предусмотрен договором о Стратегических наступательных вооружениях (СНВ-3), который был подписан в Праге в 2011 году, пишут «Ведомости».
Рост развернутых боезарядов и носителей в обоих состояниях вызван тем, что Военно-морской флот России в последние годы начал получать на вооружение атомные подлодки нового проекта 955, оснащенные новыми ракетами «Булава» с несколькими боезарядами, отмечает глава проекта «Российское ядерное вооружение» Павел Подвига. Так, в конце 2013 года в состав ВМФ приняли вторую субмарину этого типа «Александр Невский»: каждая из ее 16 ракет считается по договору носителем и, как заявлялось, несет шесть боеголовок.
Эксперт также напомнил, что прекратилось развертывание МБР «Тополь-М» с одной боеголовкой и вместо нее развертывается ракета «Ярс» с тремя боеголовками. По его мнению, к 2018 году, когда вступят в силу определенные договором СНВ-3 ограничения для обеих сторон, будет сохраняться примерный паритет между стратегическими ядерными силами России и США. Между тем в 2000-е годы в России наблюдалась тенденция сокращения ядерных сил более быстрыми темпами, чем в США. Как добавил экс-чиновник Минобороны России, еще одним фактором, в связи с которым количество российских боезарядов догнало американское, является то, что темпы списания ракет «Тополь» снизились. Между тем, когда эти ракеты все-таки будут списаны к 2018 году, у США вновь появится некоторый перевес в боезарядах.
Договор СНВ-3 рассчитан на 10 лет с возможной пролонгацией по взаимной договоренности сторон на пять лет. Документом предусмотрено сокращение ядерных боезарядов до 1 тыс. 550 единиц, межконтинентальных баллистических ракет, баллистических ракет подводных лодок и тяжёлых бомбардировщиков – до 700 единиц.
В июле замглавы МИД России Сергей Рябков заявил, что договор СНВ предназначен для укрепления безопасности России и США, он «выверен с точки зрения баланса интересов», поэтому нет оснований ставить его под сомнение из-за политической конъюнктуры.