По словам Нестеренко, данный вопрос обсуждался в ходе двусторонней встречи Сергея Лаврова с Андерсом Фогом Расмуссеном «на полях» 46-й Международной конференции по безопасности в Мюнхене 6 февраля.
#{weapon}
Нестеренко заявил, что Лавров привлек внимание Генсекретаря альянса к соответствующим формулировкам новой Военной доктрины Российской Федерации, где говорится о том, что риски безопасности нашей страны создает не само НАТО, а «стремление наделить силовой потенциал Организации Североатлантического договора глобальными функциями, реализуемыми в нарушение норм международного права, приблизить военную инфраструктуру стран – членов НАТО к границам Российской Федерации, в том числе путем расширения блока», говорится в опубликованном на сайте МИД РФ сообщении.
Также, риски создает «создание и развертывание систем стратегической противоракетной обороны, подрывающих глобальную стабильность и нарушающих сложившееся соотношение сил в ракетно-ядерной сфере, а также милитаризация космического пространства, развертывание стратегических неядерных систем высокоточного оружия».
«Кроме того, - заявил Нестеренко, - в Доктрине четко фиксируется, что одной из основных задач Российской Федерации по сдерживанию и предотвращению военных конфликтов является развитие отношений с Европейским союзом и НАТО».
«Судя по всему, у Генсекретаря альянса было мало времени вникнуть в суть соответствующих положений новой Военной доктрины нашей страны. Российская сторона неизменно проявляет транспарентность в обсуждении в Совете Россия – НАТО (СРН) стратегических доктринальных документов. Так, на заседании СРН в Брюсселе 22 июля 2009 г. заместитель Секретаря Совета Безопасности Российской Федерации В.П.Назаров представил основное содержание и ключевые положения Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года», - сказал официальный представитель МИД.
«Мы готовы и далее продолжать такой диалог, давать необходимые разъяснения в СРН по нашей новой Военной доктрине», - добавил он.